Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

  
Глава шестая
 
Порт – громко сказано.
Портовая зона – тоже.
Уж не знаю почему, но тема океанов и портов мне очень близка.
И я отчетливо сознавал, что здешний «размах» – полное убожество. Но при этом убожество добросами любимое и старательно оберегаемое.
Резкое и явно искусственно созданное понижение берега к морю забрано в каменную броню косой стены поросшей до тошноты милыми цветущими кустиками, молодой изумрудной травой, темными солидными лишайниками. Все выглядит до того естественно – природа мать мол постаралась – что сразу все становится ясно. Тут постаралась не природа, а старательные руки социальных работников.
Стоило нам начать патрулирование и пройти треть портовой зоны, труды эти тут же бросились в глаза – пятерка улыбчивых добросов старательно выкорчовывали из щелей между камнями пожелтевшие растения. А следующая пятерка, двигающаяся куда медленнее, обильно брызгала в опустевшие земляные гнезда из мощных наспинных спреев чем-то серым и знакомым, не жалея медленно стекающую слизь.
Серая слизь…
Похоже, но просто совпадение. Хотя я невольно и поискал взглядом ведра.
Третья пятерка добросов сажала в опустевшие и промоченные неким раствором гнезда молодые зеленые кустики, рассыпали семена, впихивала толстые и сочные ломти лишайника.
Так и просилась добрая улыбка на уста сахарные.
Но мой злобный разум больше интересовался причиной возникновения этого огромного жухлого желтого пятна прямо посреди стены – почему умер кластер растений именно в этом месте? Что скрывается за каменной броней?
Разум интересовался, но не настолько, чтобы тратить на расспросы время.
Я предпочел полюбоваться тихим морем и поглазеть на покачивающиеся у причала парусные кораблики с высокими гордо задранными носами. В центре, подобно гордому папе в окружении отпрысков, замер двухмачтовый крупный корабль. Почерневшие от какого-то вещества деревянные борта, дрожащие тросы и канаты парусной оснастки, ни малейшего намека на флаг, штабеля ящиков и ряды бочек неподалеку и на палубе, бухты и бухты толстых канатов, стоящие в специальных гнездах здоровенные хищно загнутые крюки такого размера, что на них как раз нацепить средней жирности ампутанта.
Вбить крюк в жопу, хорошим усилием провести жало через пузо в грудную клетку, не обращая внимания на просящий взгляд червя. Хотя нет… не вариант. Наживка же сдохнет от такого внутреннего надругания, а призмов в воду бросают живыми. Чтобы привлекали к себе здешнюю особо привередливую и особо крупную рыбку.
Мы с Рэком покосились на призма. Хван, поведя с треском плечами под курткой, бесстрастно поинтересовался:
– А кто сучий капитан сей лодки?
– Красиво сказал – признал я невольно и толкнул его в спину – Вперед!
– Я просто хотел задать пару вопросов.
– О чем? – с интересом спросил я – Типа – не ты ли хотел мне крюк в жопу вбить и в море бросить, кэп? А он тебе – да мне нахрен откуда помнить? Я каждый день преступные жопы крюками рву и таких сученышей как ты в море ногой пихаю. Так вот ответит он тебе. И? Ты что сделаешь?
– Отреагирую – спокойно ответил Хван.
– Красиво гнида сказала – заржал орк и, сделав голос неестественно спокойным, пробубнил – Отреагирую…
– Не наш вариант – фыркнул я – Ты что конкретно хочешь узнать, насекомое? Кто тебе копье в пузо вбил? Кто на корабль приволок, решив наживкой сделать? За что тебя в призма обратили, через эшафот проведя?
– Все вместе взятое.
– Все вместе взятое – повторил я – Ладно. Пусть будет все вместе взятое. Но помни, Хван – в некоторые темные места лучше не светить фонариком. Иначе столько там дерьма прилипшего к стенкам увидишь…
– Да не будет в жопе света! – во всю мочь легких заорал бухой Рэк – Ибо нехер!
Рухнул за борт один из широкоплечих грузчиков, булькнув вместе с толстым стальным крюком. Грузчик вынырнул. Крюк остался на дне. Над портом послышалось разъяренное:
– Какой дритсек орал?! Где эта сука?! – дюжий парень торопливо подгреб к берегу, одним махом вытащил себя красиво на пирс, содрал облепившую тело мокрую рубаху, показывая мускулистый торс – Где этот дри…
 
– Вот он я! – с готовностью ощерился выросший перед ним орк, нанося мощный удар своей страшной «родной» рукой, жилистой, ставшей невероятно сильной за время ампутантного выживания.
Нос грузчику даже не расплющило, а словно бы расплескало ровным слоем по харе. Он рухнул обратно в воду. А Рэк потоптался на его рубахе, демонстративно вытерев сыроедские сапоги и спокойно пошел к нам.
– Стоять, ублюдок! – звучный властный голос донесся с палубы, где появился высокий и крепкий мужик лет пятидесяти, держащий в руках самое настоящее гарпунное ружье – Я тебе, дритт, в жопе вторую дырку проверчу щас!
– Давай! – повернувшийся орк шагнул к кораблю, не обращая внимания на высыпавших на подмогу мужику троих парней. Двое из них правда тут же прыгнули в воду – спасать безвольно обмякшего на воде бедолагу.
Я не вмешивался. И Хвана придержал, поранив чуток ладонь о его локтевой шип. Повернув лицо, коротко глянул на сидевших поодаль Нанну и Джоранн, получивших наказ оседлать ящики у стены и сидеть на попах пока не позову. Поймавших мой взгляд девки откинулись назад и снова замерли. Нанна смотрела с испугом. Джоранн, что продолжала держать в руке бокал с морошковым ликером, глядела с очень нездоровым интересом.
Рэк же тем временем продолжал шагать, нацелившись грудью на гарпунное ружье:
– Давай! Стреляй! – орал он, стуча ладонью по груди – Ну же, хреносос! Стреляй! Чего замер?!
Седой мужик состроил зверскую гримасу. Приподнял ружье. Блеснул на солнце наконечник. В голос расхохотавшись, я сплюнул под ноги и пошел дальше. Призм шагнул за мной. Рэк, покачавшись чуток в метре от корабля, с презрением выставил средний палец, продемонстрировав обгрызенный почерневший маникюр команде, тоже сплюнул – на лицо вынутого из воды грузчика с разбитым носом. Наступил на чью-то случайно подставленную под сапог ладонь. И пошел за нами, больше не оборачиваясь на корабль.
У берега противно закричали белые грязные птицы, занятые ленивым склевыванием мелкой дохлой рыбешки выброшенной прибоем. И сверкающей чешуей дохлятины было немало. Реши я набрать пару ведер – хватило бы нескольких минут.
Я глянул на мертвую выкорчевываемую растительность, перевел взгляд на дохлую рыбу.
Гребанный мир гниет со всех стороны. И жалкие попытки по его приукрашиванию свежими зелеными кустиками похожи на попытку заткнуть дамбу пальцем. Может и сработает – ведь однажды вроде сработало – но надолго ли? Сколько не замазывай штукатуркой трещины в фундаменте – они никуда не денутся…
– Трусливые дерьмоеды – разочарованно проворчал Рэк – Командир… есть чего выпить?
– С бухлом завязали – качнул я головой – Патрулируй, орк, патрулируй. Призм! Башку от корабля уже отверни!
– Я просто хочу знать.
– Я узнаю – пообещал я – А пока наматывай круги, гнида. Сэбы лишними не бывают.
– Что с бабами делать будем? – поинтересовался Рэк, покосившись недобро на сидящих на скамеечек старушек, что ответили орку столь же недобрыми взглядами и пробормотали что-то крайне злое. На том и закончили короткое общение к обоюдному удовольствию. Рэк добавил – Ну хоть у старперов злоба есть. Командир…
– Да?
– Ты зачем бучу хотел в трактире? Чтобы от поисков тех двух конченных внимание отвлечь?
– И это тоже – кивнул я – Видел разбежавшихся по городу и его окрестностям добросов?
– Они ищут Сьюга и Греджерса – вернулся в разговор призм, наконец-то отвернув башку от кораблей – Вокруг гостевого дома толпятся задумчиво верги. Засыпанные могилы они точно найдут.
– Уже нашли – возразил я – Мнут не тупой. Еще парочка таких – и почти дельная бригада правопорядка. Смогут расследовать пару не слишком запутанных дел деревенского масштаба.
– Могилы нашли. И что дальше?
– А дальше поиски мельчайших следов. Отпечатки, кровь, слизь, предсмертные косоватые надписи.