Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Сдавленные звуки блюющей девки дали понять, что речи не будет. Ржущий орк попытался забрать флягу у призма, но Хван с легкостью уклонился и выбулькал остатки самогона себе в пасть. После чего с интересом произнес:
– А мне башню не снесет от алкоголя? Я же не человек… как начну тут шинковать стены и лавки…
– Вот и проверим – пожал я плечами и ткнул Рэка в жилистое плечо – Че там?
– Прикопала. Дерном закрывает – проинформировал орк и спросил в окно – А еще бухло есть? Не жмись!
– Есть – вздохнули оттуда – На продажу оно. Но… дритт! Лакайте!
– Командир? – для порядка орк первому протянул флягу мне.
Не став отказывать, сделал небольшой глоток, смывая с языка вкус мемваса.
Очередной гребаный срыв…
– Как закончишь захоронением дерьма – топай ко входу – велел я, вставая и потягиваясь – Тебе входить в гостевой дом можно?
– Да. Но если у вас че вшивое Мать найдет – с вами там попутного дракка ждать придется. А за то, что зашла в гостевой дома с зажженной над входом желтой лампой получу штраф. А мне каждый сэб нужен сейчас.
– Ясно. Раз бабло собираешь – значит бежать вздумали – фыркнул я – Тупицы!
– Эй! С чего ты взял! Тупой вывод! И почему тупицы сразу?
– Нет лучшего способа объявить себя преступником, чем удариться в бега – буркнул я – По вашим следам пустят опытных выносливых вергов. Они догонят вас. Запутают в сети. И притащат назад на суд – попутно трахнув каждую по кругу раз десять. Этой будет основным мотивом приложить все силы, чтобы догнать непокорных красивых сучек. Хотя к тебе это не относится – ты та еще уродина.
– Да пошел ты, дритсек гребанный!
– Волосы на груди выщипываешь? Или факелом обжигаешь?
– Да у ней плечи как у меня – добавил Рэк, забирая наконец флягу из ножниц призма – А сиськи у меня побольше будут…
– И ты шагай в жопу, хрен одноглазый!
– Быстро пришла в себя – заметил Хван, после чего с хрустом и щелками потянулся пару раз и внезапно закрутился в колесе, укатившись нахрен из комнаты. В коридоры раздался грохот удара о стену, булькающий смешок, щелканье жвал и быстрый топот. Затем снова удар о стену – уже в центральном зале, где мы игрались с системой.
Вот мля…
– Зря он сделал последний глоток – заметил орк.
– Что это за фрик был? – с легким испугом спросила прилипшая к окну Нанна.
Получила от орка щелчок по лбу, с ойканьем отшатнулась и разразилась проклятьями. Рассмеявшись, я шагнул в коридор, велев:
– Топай ко входу. Беседовать будем у всех на виду. Верни ей флягу, Рэк.
– Зачем нектар убогой?
– Пусть хлебнет. Ее работа еще не завершена.
– Эй! Я на тебя не работаю! Понял?!
– Тут ты ошибаешься – отмахнулся я.
Оборачиваться не стал. А зачем шеей зря ворочать? Уверен, что она меня встретит у входа. И будет сидеть на том странном каменном возвышении, что расположено у передней стены прямо под тройным окном, дающим обзор на экологичную деревушку.
Моя уверенность полностью оправдалась. Перешагнув через ритмично дергающегося на полу призма, хихикающего, щелкающего и смело портящего воздух и чистоту новых трусов смрадными выхлопами, остановился у окна и встретился со злым и чуток растерянным взглядом Нанны. В себя она пришла полностью – сработали наши язвительные комментарии. Да и самогон вкупе с физической работой помогает убрать дурь из башки.
Тянуть время за сиськи я не стал и сразу перешел к делу:
– Кто такой Сьюг?
– Дружок закопанного.
– Первого или второго закопанного?
– Да обоих. Но больше второго. Они в группе одной.
– Верги?
– Не. Группа не боевая. Трусы они. Предпочитают за деревню не соваться, а к Тропе так и близко не подходят. Дритсеки сыкливые!
– И чем зарабатывают?
– Да всем кроме социалки.
– Социалки?
– Ну работа в городе. Стены чистить, канавы, отхожие места вычерпывать. Этим недрексы занимаются.
– Кто?
– Ну недрексы. Низшие. Грязные вонючие ублюдки не пойми какого пола. Живут в общем доме на той стороне деревни. Некоторые без рук или ног – потеряли на охоте или еще где, а денег на новые конечности нет. Долбанные низушки.
– Ага – кивнул я, вытягивая ногу и пиная сунувшегося к окну орка в живот, чтобы заткнул уже разинутую гневную пасть – Ну да. Низшие те еще вонючие ублюдки, верно?
– Дритт! Само собой! Вонь – не подойти! Вся социалка на них.
– А Сьюг с компашкой что делал? И кто у них главный?
– Главному ты глотку перепахал, а я закопала его тушу. Сьюг… шакал на подхвате. Из тех что любит за ухом подбадривающе вякать. Хитрый похотливый ушлепок.
– И что они делают, если не работы по городу?
– Почему? Работ много. Дерн на крыши стелить, общинные огороды копать, дары Матери собирать – с тех же огородов или из леса.
– Тут везде снег. Или зима щас?
– Да всегда так.
– Так какой огород?
– Солнца хватает. А земля теплая как жопа.
– Понял – медленно кивнул я, живо вспомнив «миграцию» сыроедов и появляющийся свежий ягель – А почему недрексы этим не занимаются?
– Шутишь? Ты бы хотел жрать салат залапанный вонючими низушками?
– Ну что ты! В жопу терпимость в таком вопросе!
– Ну вот. Сам понимаешь. У вас на острове тоже низушных вонючек хватает?
– Сейчас?
– Ну.
– Пара рыл найдется – усмехнулся я – Но не больше. Про нас уже наслышана?
– Весь городок гудит. Тунцами трахнутые сыроеды на дельфинах приплыли, вергам лапы обломали и пинками их в город пригнали. И Мать приняла их радушно… все задумчиво чешут в жопах и затылках… поочередно…
– Сьюг умный?
– Ну… так…
– Ага. То есть три касты верно? Недрексы, обычные и боевые.
– Ну да. Недрексы, жители и воины. К чему ты столько вопр…
– Давай заголяй ляжки, делай испуганный вид, часто вытирай ладонью губы – и как отрепетируешь, веди сюда Сьюга. На могилку босса.
– Охренел?
– Решать тебе – развел я руками – Жить хочешь?
– Ты поможешь, если приведу?
– Поможем – ответил я.
– И что взамен? Я девочка ученая. Бесплатно даже дритт не раздают.
– Само собой – кивнул я – Заплатишь.
– Чем?
– Баблом, информацией, вещами. Если много знаешь – откупишься словами. Ну и проставишься в каком-нибудь баре. Бар есть у вас?
– Инн Алый Дракк.
– Вот там и проставишься. Жратвой и разговором. Давай! И помни – выгляди испуганной! Ну ка скорчи рожу…
Полюбовавшись на перекошенное убожество, я тяжело вздохнул и поманил:
– К окошку наклонись-ка. Поможем с красотой перепуганной…
Нанна в недоумении подалась вперед. Я незаметно ткнул стоящего рядом с окном орка. Тот с готовностью сунул кулачищем в окно.
Бух.
Шлеп.
Слетевшая с возвышения в грязь девка ненадолго замерла, медленно ощупывая лицо. Наконец зашевелилась, поднялась, утерла кровь из-под носа, злобно зыркнула.
– Так иди, чтобы кроме Сьюга никто красоты не заметил – добавил я и махнул рукой – Бегом давай. А то карантин кончится, и мы свалим. Если Сьюг спросит – скажи, что полностью удовлетворенный твоими губами босс приложил печать качества к носу и велел бежать за корешом Сьюгом – чтобы и того порадовать теплым и смачным.
– Хорошо… ты сука больной на голову… понял?
– Булками бодрее шевели.
– Ща…
«Ща» заняло минут двадцать.
И когда к тому же окну лениво прислонилась очередная жирная спина с плохо стриженным затылком и послышался голос:
– Греджерс где, сука ты початая? – я коротко кивнул призму.
Хван шагнул вперед, ткнул с силой правым лезвием.
Переборщил.
Повернутое плашмя лезвие как сквозь масло прошло через шею, расхерачив позвоночник и прорезав мясо. Призм дернул рукой в сторону. И почти отрубленная голова упала на плечо, повиснув на лохмотьях кожи. Тело наклонилось вперед. Ударивший из шеи фонтан оросил ошеломленно замершую Нанну от макушки до пяток, окрасив ее красным. Следом послышался шлепок упавшей туши, что недолго поскребла ногами и затихла.