Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Принято, командир. Ждем тебя в той кафешке, где завтракали в прошлый раз.
– Хорошо… – постарался я вложить в голос побольше бодрости и, приподнявшись, взглянул на смятую кровать.
Никого…
Обманула меня зеленоглазая, обманула…
Поведя мутными глазами, наткнулся взглядом на стену напротив, удивленно моргнул, прочел и широко улыбнулся. На стене размашистым алым было написано: «Еще увидимся, гоблин! Смотри в небо, придурок!».
Я так люблю теплые любовные послания поутру…
Встав, с кряхтеньем направился в душ, разминая на ходу онемевшие мышцы.
Текущее время: 09:27.
Наступил новый прекрасный день в стальном раю.
Прогноз погоды – пасмурно. Льет и льет небесная моча…
Конец третьей книги
  
Дем Михайлов
 
Низший-4
   
Глава первая
 
– И че ты лыбишься? – с глубоким подозрением поинтересовалась Йорка.
– Да просто люблю я утро после боя – пробурчал я.
– И кто она?
– Кто она?
– Да та она с кем ты всю ночь воевал так, что шум стоял на весь коридор.
– Да мало ли кто из здешних любит покричать? – удивился я.
– То-то и оно – заржал Рэк – Местные сукки с ног сбились, ища ту счастливицу в своих рядах. К нам уж раз пять подбегали. А найти все не могут.
– Передайте – и не найдут – отмахнулся я, наваливая себе на тарелку холодной рыбы и зеленого пюре – Не было никого. Я сам себя удовлетворял. Оттого и орал оргазмично.
– Не трынди, гоблин.
– Да не знаю я кто это был – признался я чистосердечно – Пьян был. Не рассмотрел. А она – да первая попавшаяся. Повторюсь – с чего такой интерес, гоблин?
– Да мне как-то до жопы эльфийской – дернула плечом Йорка – Это бордельные расспросами задолбали. О… идет… он особо сильно интересовался. Разве что только напрямую не спросил – кого именно трахнул гоблин Оди?
– Какая ты грубая – поцокал я языком – На Окраине рожденная што ли?
– Што ли…
К нам на самом деле направлялся «бордельный» – юный паренек с ослепительной профессиональной улыбкой, толкающий перед собой тележку с моими вещами.
– Доброе утро, господин Оди.
– Доброе. Спасибо за доставку. Слышал тебя интересует моя постельная жизнь?
– Ну что вы…
– Да вот она так говорит – я ткнул пальцем в поперхнувшуюся Йорку.
– Я задавал вопросы – согласился паренек – Но лично меня ваша постельная жизнь никак не интересует, господин Оди.
– Честный ответ – хмыкнул я.
– Могу я еще чем-нибудь помочь?
– Как погода на улице?
– Дерьмо и моча льют как из ведра – невозмутимо отрапортовал паренек – Погода как с цепи сорвалась. Уровень воды вдвое выше обычного.
– Ясно. Свободен – отпустил я его и отвернулся к огромному настенному экрану, изображающему чаек бродящих по мокрому грязному песку.
С легким поклоном паренек удалился, но не успел он скрыться за дверями, как внутрь впорхнул десяток разнополых ночных бабочек.
Ну как впорхнули… опущенные плечи и головы, сгорбленные спины, тяжелая бредущая походка, хриплые усталые голоса, лица в потеках макияжа, потерявшие блеск тряпки висят на их немало повидавших за ночь телах как пожухлые дырявые листья.
И ведь это элита – раз их пустили перекусить в этот зал.
Элитные смачные сукки отработавшие всю ночь. Истерзанные, изможденные, ненавидящие всех и вся.
Почему это зрелище кажется мне знакомым – возвращение домой усталых и переставших имитировать счастье шлюх. Почему это зрелище не кажется мне отталкивающим? Скорее привычным, но очень давним…
Я был сутенером в прошлой жизни?
Очень сомневаюсь. Не те у меня навыки. Не тот характер.
Но мне определенно знакомы эти вытянувшиеся и посеревшие от усталости лица с размазанным макияжем, отчего сукки больше похожи на списанных в утиль несмешных клоунов, нестройно шагающих в жерло крематория…
– Оди!
– Да, гоблинша ты неугомонная – поморщился я – Слышу тебя.
– Мы… я… – девушка запнулась, сделала небольшую паузу и, глянув на стоящего рядом Баска, решительно продолжила – Мы обговорили все с Баском. Мы с тобой.
 
– Тайные переговоры рядового состава за спиной командира – сокрушенно покачал я головой – Вас бы к стенке поставить за это дело. Но не расстрелять, а ласково улыбнуться каждому, а затем вбить вас прикладами игстрелов в эту самую гребаную стену – да так чтобы прямо идеально ровненько все получилось.
– Командир… – на обычно невозмутимом лице слепого зомби разом проявилось целое море эмоций – Ты не подумай…
– Шутка – буркнул я – Сам же велел каждому хорошенько подумать, все взвесить и решить. Хвалю что начали разговор первыми. Ну? Чего решила бравая пехота? Я хоть и слышал – но ты повтори.
– Ну… мы остаемся! – выпалила Йорка.
– В борделе?
– С тобой!
– Вот как – перестав горбиться над почти опустевшей тарелкой, я задумчиво смерил напарницу долгим взглядом – Со мной что? Мне мало пафосных слов, тупица. Мне нужна жесткая и уверенная конкретика. Вы со мной куда? Зачем? На каких условиях? Будете идти со мной до тех пор, пока не станет слишком жарко и вот тогда незаметно уйдете, успев подзаработать несколько тысчонок солов? Будете со мной до тех пор, пока ваши нравственные гоблинские принципы не посчитают, что Оди стал конченным кровавым психопатом и от него пора уходить? А если через пять минут кто-то прострелит голову Баска, и он сдохнет в луже мозгов и крови – ты останешься со мной? А ты Баск? Если умрет Йорка – ты продолжишь шагать в ногу со мной или отправишься таскать серую слизь, а вечерами глушить душевную боль самогоном и наркотой? Или же вы готовы принять любую возможную потерю, любой мой поступок, выполнить любой мой приказ и пройдете со мной весь путь до конца – каким бы долгим и страшным он не был?
Тишина…
Я понимающе кивнул:
– Не ожидали, да? Думали – мы с усталой небрежностью выразим согласие, Оди радостно улыбнется – и все закончится. Так?
Тишина…
– Ну – надавил я – Время у вас было. Всю ночь обсуждали. Так чего решили?
Вперед шагнул зомби, повел рукой и, наткнувшись на живот Йорки, надавил, оттесняя ее назад. Поднял исполосованное лицо, наставив на меня неприкрытую пустую глазницу:
– Мы с тобой, командир. До самого конца – каким бы он не был.
– Готовы выполнить любой мой приказ?
– Да.
– Да – подтвердила и Йорка.
Тихо хрюкнул орк Рэк, поставивший на соседний столик поднос с остатками рыбы и занятый важным делом – сованием самых жирных кусков себе в пасть и отправлением остального в большой пластиковый контейнер с пюре, прихваченный с того же многострадального общего котла. Молодец орк. Хорошая жратва – не мелочь для солдата.
– Ну это же отлично – расцвел я широкой улыбкой и, снова наклонившись над тарелкой, буднично велел – Йорка, Баск – вон за тем столиком инкуб и две сукки слишком громко чавкают. Таких упырков нравоучениями не исправить. Убейте их.
– А? – это надо было видеть, насколько сильно выпучились глаза Йорки – Что?
– Убейте их – повторил я – Прямо сейчас.
Молчание… переглядываются…
Пришлось напомнить:
– Я отдал приказ. Тот самый что из разряда «любой». Чего стоите? Можете убивать шилами, ножами, голыми руками. Можете забить им долбаную рыбу в долбанные глотки – и пусть они задохнутся, а мы покушаем и посмотрим.
– Да ладно тебе приколы такие кидать – бледно улыбнулась Йорка.
Я смотрел на Баска. Слепой зомби колебался. Он хотя бы развернулся к столу со жрущими сукками, наклонил голову, наводясь на цель, рука опустилась к ремню и легла на рукоять шила, но он продолжал стоять.
– Давай – подтолкнул я его голосом – Давай, зомби. Вперед. Убей сукк.
– Командир… – зомби не обернулся и сделал небольшой шаг к обозначенным мною целям – Ты не шу…
– Я не шучу. Я отдал приказ. И вынужден его повторить – убей сукк, зомби!