Не отступать и не сдаваться. Том 1. Том 2 (СИ)

— Я же говорю, нет в нем инстинкта убийцы, — сказал Касдаманов тогда. — А вот в тебе есть. И над этим мы и будем работать.
Но все это случилось позже, а сейчас я сразу после тренировок все-таки поехал к Лене. Как я и говорил, мне надо было с ней поговорить и разобраться, что к чему. Если она решит дальше вот так обижаться на меня на ровном месте, то скатертью ей дорога. А если станет более разумной и спокойной, то мы сможем строить отношения дальше.
К тому времени уже незаметно наступил вечер. Я ехал на трамвае, его колеса дребезжали по рельсам. Иногда водитель протяжно сигналил зазевавшимся прохожим или автомобилям, пересекающим дорогу. Я ехал, чувствуя приятную усталость в мышцах, с чувством хорошо проработавшего сегодня человека. А затем сам не заметил, как уснул.
Проснулся снова от протяжного гудка. Продрал глаза, огляделся. Черт, это ведь совсем другая местность! Я проехал нужную остановку. Пришлось соскочить на следующей. Потом прошелся до дома Лены и сразу поднялся к ее квартире.
На этот раз девушка сама открыла дверь. Увидела меня и нахмурилась. Сначала хотела закрыть дверь, но не тут-то было. Я схватил дверь за ручку и задержал ее:
— Ты не хочешь со мной поговорить, красавица?
Лена попыталась закрыть дверь, дернула пару раз и нахмурилась еще больше.
— Отпусти, мерзавец!
Вот что у нее за характер, прости Господи?! Как можно быть такой заносчивой стервой вот в такие минуты? И это в восемнадцатилетнем возрасте, что же с ней будет, когда она станет еще старше? Хотя, надо признать, что в другие мгновения, когда между нами все хорошо, на свете нет ни одной девушки нежнее и добрее Лены.
Она готова тотчас же прийти на помощь и оказать любую поддержку. Правда, как уже выяснилось, ровно до той секунды, пока ей в голову не втемяшится какая-нибудь блажь или нелепость. И тогда она превращается в самое злобное и лютое существо на земле.
— Лена, — сказал я как можно убедительнее. — Тебе не кажется, что нам надо поговорить? Скажи мне, что происходит, а то я ничего не могу понять. Что такого случилось между нами.
Говоря все это, я потихоньку взял девушку за руку и немного подтянул к себе. Даже сейчас, в обычном домашнем халатике и с платком на плечах, Лена была дьявольски привлекательна и соблазнительна. Я вспомнил, как она рассказывала мне как-то, что частенько у нее ничего нет под халатиком и она носит его на голое тело. Интересно бы проверить, сейчас у нее тоже там ничего нет?
Но после моих слов глаза Лены вспыхнули дикой яростью. Между прочим, это делало ее еще красивее, как мне кажется.
— Ты издеваешься, Витя? — зашипела она с плохо скрываемой злобой. — Что значит «я ничего не могу понять»? Ты что, играешь со мной? Так вот, в таком случае вынуждена тебе сообщить, что это вовсе не игра, а самая настоящая жизнь.
Она поглядела на меня и увидела искреннее удивление в моих глазах. Я и вправду не понял, с чего это она так взбесилась.
— Ну, а что ты хотела? — спросил я. — Чтобы я оставил вот так безнаказанно поступок того парня и позволил ему толкать тебя. Мне пришлось вступить в драку с ним, тут уж ничего не поделаешь.
Лена глядела на меня с расширенными глазами. Теперь она удивилась до самой крайней степени.
— Витя, ты дурак или притворяешься? — изумленно спросила она. — Причем тут этот придурок? Речь идет о той самой девушке, что была с ним! Она спросила, не завел ли ты новую подружку! И еще назвала тебя сердцеедом! Ах, я ведь была права, когда сказала, что ты настоящий бабник! У тебя с этой девушкой наверняка что-то было, только не смей отрицать это. Поэтому она и подговорила того парня толкнуть меня. Она хотела отомстить тебе!
Так вот оно в чем дело. Уф, наконец-то я понял, что произошло. Хотя, признаться, от этого понимания не стало легче, даже наоборот, все еще сложнее. Что делать? По-моему, ничего не остается, кроме как отрицать все. И попробовать помириться с Леной. Она, оказывается, просто-напросто приревновала меня к Ольге. А я, дурак, ломал голову, почему это вдруг девушка стала такой холодной и обиженной.
 
— Лена, милая моя, — сказал я и обнял девушку. Она пыталась вырваться, но не смогла. — Я тебя уверяю, что если у меня и было что-то с той девушкой, то это все осталось далеко в прошлом. Мне никто не нужен, кроме тебя.
Девушка пыталась сопротивляться и заставить меня убрать руку, но куда там. Хотя, что-то я заметил, что с каждым мгновением ее оборона слабела и сопротивление выглядело простой формальностью. Чтобы показать, что она не готова простить меня за просто так.
— Что мне сделать, чтобы доказать тебе это? — спросил я, прижимая ее к себе все ближе и ближе.
Спиной девушка стояла к стене, а впереди я все крепче зажал ее. Дверь в квартиру была прикрыта, а ее личико оказалось как раз напротив моего. Она тут же отвернула его в сторону и выглядела от этого еще красивей и сексуальней. Я поднял руку, взял ее за подбородок и потихоньку повернул личико к себе.
— Отпусти меня, бабник, — бессильно прошептала Лена.
Я, разумеется, не послушался. Наоборот, сделал нечто совсем противоположное. Взял и поцеловал ее в губы. В сладкие и манящие губы. Затем взял обеими руками за затылок и прижал ее голову к себе, чтобы она не смогла оторваться от меня.
Но Лена и не думала отрываться. Наоборот, она с радостью целовалась со мной. Я не знаю, сколько длились сладостные мгновения, но вскоре из квартиры напротив вышла грузная бабка с авоськой в руках.
— Здравствуйте, баба Нюра, — звонко сказала Лена, мгновенно отвернувшись от меня и покраснев.
— Здравствуй, Леночка, здравствуй, — сказала бабка, внимательно оглядев меня. — Это твой кавалер, что ли?
Лена покраснела еще больше.
— А что, симпатичный, — заметила бабка и переваливаясь с ноги на ногу, начала спускаться вниз. — Ты не замерзнешь тут? Накинула бы пальто, что ли, в подъезде холодно.
Точно, здесь гуляет прохладный ветер. Я стянул с себя пальто и накинул на Лену. Мы стояли на лестничной площадке еще пару часов, болтали и целовались, пока с работы не пришла мать Лены. Она загнала девушку в квартиру, а меня отправила восвояси.
Впрочем, мне действительно надо было уходить. Ведь, как выяснилось позже, товарищеский матч должен состояться уже в самое скорое время, чуть ли не завтра. Туда я вскоре и отправился.
  
Том 2. Глава 15. Товарищеский матч
 
Сколько же прошло дней, с момента победы на городском первенстве и до начала товарищеского матча?
Я точно знаю, потому что каждый из них был наполнен тренировками до упора, до полного отказа. Ровно пятнадцать, уж это известно мне точно. Если быть точнее, то всего пятнадцать. Потому что, откровенно говоря, этого срока мало, чтобы подготовиться к выступлению.
Вообще, если быть совсем уж критичным, то надо признать, что я с самого начала задал себе просто сумасшедший темп. С самого мгновения моего попадания в эту реальность я все время действовал с барабанной дробью.
Все время я как будто шел по краю лезвия. Один неверный шаг и пожалуйста, можно остаться без рук или ног.
Вот и сегодня, когда я ехал ко Дворцу спорта имени Ленина, а в двадцать первом веке называемом просто «Лужники», я думал о том, что снова взвалил на себя груз громадной ответственности. Сразу после городского турнира я ведь снова встретился с Козловским и напомнил ему про выполненное с моей стороны обещание взять первое место.
— Все верно, юноша, — сказал спортивный функционер. — Я не спорю, вы умеете держать слово. Я тоже умею, поэтому да, вы участвуете в товарищеском матче.
Разговор происходил не в тесном закутке директора «Орленка», а в просторном кабинете самого Козловского, в городском комитете по делам спорта. Мы прибыли туда через день после завершения чемпионата Москвы, все в том же составе: директор «Орленка», Худяков и я.
Чтобы, значит, поговорить о товарищеском матче. И сразу получили согласие, что уже само по себе было достижением.