Не отступать и не сдаваться. Том 1. Том 2 (СИ)

Ага, теперь я вижу твои минусы. Оказывается, мой соперник чувствителен к боковым. Или это очередная ловушка? Что же, от него все возможно. На всякий случай не буду слишком рассчитывать на боковые.
Продолжая запугивать противника, я сделал быстрый шаг вперед. Финт ступнями. Артюшев попался, он сделал быстро вскинул руки вверх. Думал, я буду снова атаковать голову. Ладно раз так, продолжим давление.
Я провел еще одну комбинацию. Джеб в голову. Уход от контрудара. Джеб в корпус, попал. Снова уход. Снова ответка, теперь уже от меня. И еще одна.
Попадание в голову противника. Артюшев неуклюже попятился. Да, оказывается я еще превосхожу его и по быстроте. Или это опять западня? Черт, с этими контрпанчерами ни в чем нельзя быть уверенным!
Что еще хорошо, так это то, что я имел массу времени для подготовки атаки. Артюшев никогда не нападал первым. Он ждал моего нападения. Ну что же, раз так, тогда получай.
Я усилил давление. Пробил очередной джеб. Отошел.
Снова подскочил. Пробил «двоечку», левый прямой в голову, правый прямой в корпус, уклонился под его левую руку. Да, так и нужно делать. Я бил коротко, незаметно, без замаха. Тут же отходил. Не давал заманить себя в убийственны круговорот. Кажется, этот раунд остается за мной.
Вскоре моя тактика начала приносить плоды. Артюшев занервничал. Не мог меня достать и это обеспокоило его.
— Жди, жди! — кричал его тренер. — Работай по плану.
Противник пытался действовать по плану, но это было трудно. Он старался уклониться от каждого моего удара. Но я продолжал вводить его в заблуждение. Когда он привык к джебам в голову, я пробил прямой ему в грудь.
Получилось здорово. Я немного сбил ему дыхание. Я продолжил комбинацию и теперь атаковал только корпус. Рисковал, правда, получить новый удар в челюсть, но не забыл о защите. В итоге мне удалось уйти от его новой атаки в мою голову. А затем зацепить печень Артюшева.
Вот это другое дело. Соперник запнулся, опустился на колено. Руку положил на пострадавший бок. Я отошел в свой угол, рефери начал отсчет.
В зале было много сторонников Артюшева. Моих фанатов вообще мало. Зрители освистывали меня, когда я бил соперника и радовались моим провалам. Правда, во втором раунде у них было мало поводов для радости. Больше причин для печали.
Не успел рефери досчитать до десяти, как Артюшев встал. Снова принял защитную стойку и раунд возобновился. Только теперь я знал, что с делать с противником.
Теперь я усилил давление. Касдаманов был прав. Надо найти и ощутить ритм противника, овладеть им. Тогда победа в кармане. Мне казалось, что я понял ритм боя Артюшева.
Новый подскок. Противник стоит почти неподвижно, только качает корпус, влево-вправо, как гигантская кобра. Хорошо, раз так, значит, я могу ставить ступни так, как нужно. Теперь длинный прямой в голову. Справа. Почти идеальный. У меня достаточно времени на подготовку.
Затем жесткий левый прямой по перчаткам, за которыми он укрыл голову. Пусть почувствует давление. Я целился в запястья, так сила удара пройдет лучше. Я продолжал атаковать Артюшева, вынуждая его блокировать мои атаки и забыть о контрударах.
То есть, я лишил его главного оружия. Я старался протиснуться ударами в его полуоткрытые зоны. Ничего, что мало вреда. Зато он вынужден уйти на более уязвимые позиции.
Впрочем, я сохранял бдительность. Пару раз Артюшев хорошо огрызался. Загнанная в угол, змея кусается и впрыскивает в рану весь свой яд. Но я успешно уходил от его контратак и блокировал их.
А потом я перешел к комбинациям. Я контерил его удары и тут же бил сам. Это оказалось довольно легко. Он контерил мои джебы ударом справа, так я делал то же самое. Теперь я бил длинными комбинациями. Вместо «двоек» — «троечки» и даже «четверочки». Короткие резкие удары. Проверенные.
Артюшев едва успевал отбивать и уходить. О контраударах он уже и не думал. Под конец я пробил длинную комбинацию и завершил ее джебом. Все прошло, как в песне. Вместо короткой серии 1-2-1-2 я пробил в конце джеб и получилось 1-2-1-2-1. Я попал в подбородок противника и он повалился на настил.
 
Рефери досчитал до девяти и завершил бой словами:
— Все, аут! Конец поединка!
Я стоял, тяжело дыша и глядел на поверженного соперника.
  
Том 2. Глава 7. Хрустящий леденец
 
Бой закончился в начале девятого часа.
Меня всегда удивляло ощущение времени до, после и во время боя. До и после казалось, что время идет быстро. Оставляет только яркие воспоминания, как вспышки фотокамеры.
А вот время поединка течет медленно, как густая карамель. И только потом я начал понимать, что эти мгновения надо смаковать, наслаждаясь их неторопливостью.
Короче говоря, глянув на часы, я увидел, что не прошло и десяти минут, а я уже закончил бой нокаутом. Артюшев оклемался позже. Его болельщики разошлись разочарованные.
А я, едва сойдя с ринга, наткнулся на Мазурова. Он стоял, сложив руки на груди, рядом несколько приятелей.
— Ну что, тебе в очередной раз повезло? — спросил он, не меняя позы. — Очередной слабенький противник?
Я был доволен проведенным боем. Поэтому благосклонно посмотрел на Мазурова.
— А это ты, мой друг, — сказал я. — Все ходишь кругами вокруг ринга и ждешь моего поражения? Чтобы потом кричать, как шакал Табаки: «Акела промахнулся, Акела промахнулся!».
Я думал, что Мазуров разозлится, но он только усмехнулся.
— Нет, я не жду твоего поражения, уродец, — сказал он. — Наоборот, я хочу, чтобы ты выиграл. Я хочу добраться до тебя в финале. Чтобы свернуть глотку и выбить все мозги. Все остатки твоих мозгов.
Однако, какая любезность. Это что же получается, до поры до времени он на моей стороне? Тогда где хвалебные дифирамбы, где поздравления? Я тоже усмехнулся.
— Тогда давай, ты должен кричать за меня громче всех. А то я что-то не слышал твоего голоса.
Мазуров продолжал зловеще усмехаться. Он стоял широкий, почти квадратный, занимая пространство для двух, а то и трех человек, со сплюснутым и искривленным носом, со сверкающей лысиной. Да, не позавидую его сегодняшнему сопернику.
— Если кто и будет кричать, то это ты, мой друг, — тихо ответил он. — Кричать от боли. На ринге. Уж я это устрою.
Очень вовремя подошел Худяков. Смерил Музарова настороженным взглядом, как будто заметил гадюку. Потом поглядел на меня и спросил:
— Все в порядке?
Я кивнул и расплылся в еще более широкой улыбке. Что еще делать, до поры до времени, пока мы не встретимся с Мазуровым на ринге, нам остается только обмениваться колкостями и оскорблениями.
Вообще, я заметил, что если бы мой непримиримый враг жил в двадцать первом веке, он бы стал мега популярен. У него врожденный талант устраивать трэштоки. Он бы уже был известен на весь мир. И заработал бы кучу денег.
— Мы с моим товарищем обменивались комментариями по поводу прошедшего поединка, — объяснил я. — Он был очень любезен и похвалил меня. Он в восторге от боя. Самый лучший мой поклонник. Я прямо не знаю, куда провалиться от смущения. Под землю, наверное.
Мазуров не стал ничего отвечать, еще раз смерил меня обжигающим взглядом и ушел. Худяков оценивающе посмотрел на меня.
— Он жаждет твоей крови. Ты знаешь, что его вчерашнего противника унесли с ринга со сломанной челюстью?
Ну, а чего еще ожидать от этого зверя в человеческом облике? Я пожал плечами.
— Ничего, в крайнем случае у меня всегда остается вариант рассечь ему бровь.
Тренер покачал головой.
— Второй раз такая уловка не пройдет, Витя. Скорее всего, бой продолжат. Так что готовься. Готовься морально и физически. Это будет тяжелое зрелище.
Я снова улыбнулся.
— Вы умеете ободрить перед боем. Но давайте лучше скажете, кто там завтра выйдет против меня? Кто на этот раз?
Теперь Худяков оживился.
— О, вот этого соперника я знаю. Очень интересный боец. Он предпочитает работать в смешанном стиле. Может драться на дальней дистанции, на средней и на ближней. Универсал. Мастер на все руки, короче говоря. Его зовут Харитонов Миша. Из ЦСКА. Кажется, уже старший лейтенант по званию.