Не отступать и не сдаваться. Том 1. Том 2 (СИ)

Третий добавил:
— Эй, как там тебя? Ты вообще, боксер или нет? Что ты позоришь свою секцию? Почему не дерешься, как все?
— Уклончивый, изворотливый и подлый, — снова сказал первый, тот, что позади. — Вот такой у тебя стиль. Как у буржуев. Это у них ты учился боксу, а? Ты не можешь драться достойно и честно? Как нормальный советский боксер?
Ого, какие предъявы. И главное, насколько нелепые. То есть, это мне, современнику 2020-х годов, такие претензии кажутся смешными. А сейчас, глядя на серьезные и угрожающие физиономии собеседников, я видел, что их притязания вполне себе важные.
Черт, если кто-нибудь из них додумается накатать на меня жалобу, за стиль бокса, свойственный буржуям, в спорткомитете живо мной заинтересуются. И постараются вычеркнуть из списка участников. Под тем или иным предлогом.
Впрочем, эти парни вряд ли додумаются до такого. Но им достаточно пожаловаться тренеру или какому-нибудь спортивному журналисту, а тот уже раздует из мухи слона. Короче говоря, надо что-то делать. И для начала, в отличие от только что проведенного боя, я должен поменять тактику. И напасть на них самому.
— Вы парни, совсем тронулись? — спросил я, придвигаясь к Кольке вплотную. — Что за тупые наезды? Вы про Енгибаряна слышали?
Колька презрительно усмехнулся.
— Слышали, конечно. Только ты себя не равняй с олимпийским чемпионом. Не примазывайся. Ты с ним, как небо и земля.
— Эй ты, балерина, — добавил третий. — Ты далеко не Енгибарян. Ты танцор на ринге. Иди, в парижских кабаках выступай.
— Вы придурки, — ответил я и постучал себя пальцем по виску. — Победа вот здесь куется. А не в кулаках. В этом я следую за Енгибаряном, идиоты. А ваш Дикий Вертков только и умеет, что воздух лупить. Ему поваром или мукомолом надо идти. Тесто хорошо месить будет.
— Ты смотри, он ни фига не понял, — усмехнулся Колька.
Поскольку аргументы у него исчерпались, он размахнулся и ударил меня. Вернее, пытался ударить. Но я давно видел, к чему идет дело. Поэтому успел уклониться и уйти в сторону.
При этом я мог ударить драчуна поддых или в лицо. Но рисковать не стал. Во-первых, не хотел опять получить травму в разгар турнира. Во-вторых, за драку в раздевалке по головке не погладят. Поэтому мне надо до последнего избегать ее.
Поэтому я просто толкнул Кольку и он повалился на дверцу шкафчика. Я отскочил дальше, а на меня бросились двое оставшихся противников. Не желая с ними связываться, я пихнул им под ноги скамейку.
Потом развернулся и побежал к выходу. Ну его к дьяволу. Не хочу связываться с придурками. Себе дороже выйдет.
— Куда, падла? — захрипели сзади сдавленные голоса. — А ну, стой!
И затопали ботинками следом за мной. Я выскочил из раздевалки и напоролся на Худякова.
— Ты чего это носишься, как угорелый? — удивился тренер.
В этот момент из раздевалки вывалились преследователи. Не заметили было Олега Николаевича и бросились на меня.
— Что тут происходит? — загремел Худяков. — Вы кто такие? Что за хулиганство?
Незадачливые птенцы «Буревестника» только теперь заметили его.
— Полундра! — завопил Колька. — Тикаем отсюда!
Они развернулись и вспорхнули в разные стороны. Вскоре они скрылись за поворотом коридора. Стукнула дверь и фанатики Дикого пропали насовсем.
— Тебя ни на секунду нельзя оставить одного, — гневно сказал Худяков. — Что такое опять? Что это за паршивцы? Чего они хотели?
— Это ребята из «Буревестника», — ответил я, отдышавшись. Потом посмотрел на ноги. В суматохе я растерял ботинки и босиком выскочил из раздевалки. — Хотели научить меня правильному боксу.
— Вот стервецы, — пробормотал Худяков. — Совсем распоясались. Я поговорю с Павлом Ефимычем, их тренером.
Поскольку оставаться в спорткомплексе мне было опасно, я быстро собрал вещи и оделся. Худяков стоял рядом, охранял меня.
— Завтра ты дерешься с Артюшевым Артемом, — сказал он. — Это какой-то боксер из ДЮСШ «Трудовые резервы» Октябрьского района. Вроде, тихий и смирный. Любит держать оборону, на рожон не прет. Ты с ним быстро справишься.
 
Я кивнул. Наверное, мне предстоит столкнуться с контрпанчером. Это почти что мой стиль сегодня, за некоторыми исключениями. Ну, я знаю, как справляться с этими мудрецами.
Сначала мы договорились встретиться уже завтра, уже здесь, на соревнованиях. Худяков хотел, чтобы я приехал сегодня в «Орленок», там должен быть кто-то из спорткомитета, но я упросил его перенести встречу на завтра. Очень уж я устал. Хотя, подумав, я сказал:
— Ладно, я заеду, — ведь мне надо знакомиться с шишками из чиновников. И заводить с ними полезные связи.
— Тогда до встречи, — сказал тренер, пожал мне руку и побежал дальше по делам. Ему надо было еще посмотреть несколько боев и переговорить с нужными людьми по делам нашего клуба «Орленок».
Перед уходом я позвонил домой. Трубку сначала долго не брали. Потом ответила Светка. Она громко выпалила:
— Ало, кто это? А, это ты Витька? Как дела?
— Я выиграл этот бой, — сказал я. Ура, доставайте все флаги и машите ими над головами. — Можете поздравить.
Но Светка меня не слышала. В квартире доносился какой-то посторонний шум, слышались чьи-то голоса, бурчало радио и еще звучала музыка. Сестренка крикнула кому-то в квартире:
— Сейчас, иду, — потом снова обратилась ко мне: — Что ты говоришь? Все хорошо? Ладно, я поняла. Давай, мне надо идти.
Эге, куда это она заторопилась? Что там такое происходит? Подружек позвала?
— Эй, что там у вас стряслось? — сразу насторожился я. — Все в порядке?
— Угу, — спокойно сказала сестренка. Она к тому же еще и что-то жевала. — Даже более чем. У нас гости. Мамины дальние родственники. Они привезли мне подарки.
Ну вот, еще этого не хватало. Стоит только прийти, как сразу начнется. Восторженные воспоминания и возгласы. Ой, Витенька, как же ты вырос! А я помню, какой ты был карапуз в детстве, сидел на горшке и носил колготки с раздваивающимся узором на заднице.
Хотя, ладно. Раз привезли подарки, наверное, хорошие люди. С удовольствием познакомлюсь вечером.
— А, ну хорошо, — сказал я. — Ладно, я приду позже. Ты там передай бабушке…
— Понятно! — крикнула Светка и торопливо сказала: — Ну давай, потом поговорим.
И бросила трубку, егоза. Ну хорошо, главное, чтобы дома все было спокойно. Похоже, их не очень интересует, выиграл я сегодня или нет. Наверное, только бабушка переживает об этом.
Выйдя из спорткомплекса, я поднял воротник пальто и плотнее запахнул шарф. Несмотря на весну, погода выдалась холодная. Небо нахмурилось. Задул ветер и пошел легкий снег.
А пальтишко у меня, между прочим, тоненькое. Давно уже не мешало бы сменить, кстати. Не знаю, когда родители купили его Виктору, наверное, в десятом классе, потому что я давно перерос эту одежду. Кисти рук вылезали из рукавов. Ткань на локтях потертая. Я же говорю, давно пора купить новое.
Недавно я получил стипендию. Деньги есть. Зашел в столовую, с аппетитом пообедал.
Потом поехал к Касдаманову. Усталость прошла, но захотелось спать. Я задремал в трамвае. Голова стукалась о мерзлое стекло, но мне это не мешало. Я уснул так крепко, что проехал свою остановку. Пришлось возвращаться пешком.
Паша сегодня отсутствовал. Егор Дмитриевич тоже отправил его на какие-то соревнования. Записал в секцию к знакомому тренеру, чтобы соблюсти все формальности и благословил на первое боевое крещение.
Сам старик находился в своей комнате. Разговаривал по телефону, я слышал его приглушенный бубнеж. Я подождал деда на кухне. Странно то, что я вошел тихо, специально, чтобы проверить инстинкты своего тренера, но так и не смог его провести.
Я прокрался на кухню. Около печи лежал кот, лениво посмотрел на меня, остался лежать дальше. Я взял со стола рогалики и сел возле окна. Грыз хлебушек и ждал, когда придет Касдаманов. Надеюсь, увидит меня и вскрикнет от неожиданности.
Но все случилось по-другому. Я, впрочем, совсем не удивился. Так уже случалось не раз. Дед всегда видел меня, как будто у него во всех комнатах расставлены скрытые камеры.