Маяк (СИ)

— Я не хочу пить, извини.
— Брось, подруга, — Вика вопросительно выгнула бровь, — Расслабляйся и получай удовольствие. Я тебя ненадолго оставлю, не скучай, — девушка подмигнула и послала воздушный поцелуй, ехидно посмеявшись.
Оставшись одна в большом клубе, она поболтала полупрозрачную бирюзовую жидкость в бокале, лед лежал на дне, и решила все-таки выпить. Сделав глоток, Вика наслаждалась приятным кисловатым послевкусием, а затем одним движением допила коктейль. Крепкий алкоголь быстро дал о себе знать, появилась тяга к новым знакомствам, танцам и еще большему количеству выпиваемого. Спустя короткое время, разум начал затуманиваться, а конечности становились ватными. Неожиданно появилась та девушка, которая угостила напитком. Она стала что-то сладко шептать на ухо, и Вика расплылась в игривой улыбке.
  
Глава 2
 
Голова кружилась, руки отказывались шевелиться, во рту была ужасная сухость. Пришлось применить огромное усилие, чтобы хотя бы приподняться и открыть веки. Первое, что бросилось в глаза — это знакомая мужская одежда на теле. Продолжая оглядываться, она до конца поняла свое местонахождение и попыталась вспомнить, как вообще тут очутилась. К сожалению, сил на умственную деятельность совсем не было. «Что ж, сначала кофе, а потом все остальное» — подумала девушка и встала, с небольшой болью в теле, непонятно откуда взявшейся. На кухне никого не было, поэтому, налив себе напиток из кофемашины, Вика решила осмотреть квартиру на наличие в ней знакомого лица, но, к сожалению, кроме нее никого не было. Проходя мимо зеркала, она краем глаза увидела непонятную красноту на себе, поэтому сделала шаг назад и развернулась к нему лицом. Некоторое время девушка даже не верила, что видит свое отражение. Бледное лицо, красные глаза с потемневшей радужкой, сухие потрескавшиеся губы, а нижняя и вовсе была разбита ближе к левому уголку рта, синяк, который перекрывал почти половину ее лица. Хоть картина и была ужасающей, но сильной боли она не чувствовала. Картина ее потрясла, и пока она стояла, рассматривала себя, дверь в квартиру хлопнула, а затем послышалась возня в коридоре. Бедолага слышала это, но не обратила особого внимания, поэтому Артур застал ее за этим занятием и впал в небольшой ступор.
— Я думал, ты еще спишь, прости, что ушел, — очнулся он и сделал шаг ей на встречу, — Как ты себя чувствуешь?
— М? — растерянно оглянулась девушка, — Вроде нормально, только, что это?..
Она снова отвернулась к зеркалу и трясущимися руками потянулась к лицу. Видно было, что мужчина замялся, подбирая слова, но вместо каких-либо объяснений подошел к ней и положил обе руки на плечи, едва поглаживая их. Теперь уже испуганным взглядом, не понимая, что происходит, она развернулась, сбросив с себя чужие запястья, и вопросительно уставилась на него.
— Ты совсем ничего не помнишь? — взволнованно проговорил Артур.
— А что, собственно, я должна помнить?
— Я должен извиниться, что оставил тебя одну в том клубе. Думаю, нужно начать с самого начала, — Когда ты отошла к столикам, Юля потянула меня в дальний угол этого проклятого заведения. Я тогда довольно много выпил, поэтому не сразу сообразил, зачем она меня сюда притащила, — он сделал небольшую паузу, — Краем глаза я видел, как тебя постепенно начало уносить от коктейля, но не придал этому значения, к тому же, твоя подруга меня тогда начала целовать, — мужчина прервался, наблюдая за реакцией девушки, которая сидела в шоке, — Не смотри на меня такими глазами, это была не моя инициатива и до сих пор жалею о произошедшем, — он попытался оправдаться, но сразу понял, что идея плохая, — В общем, я сам мало что понимал в тот момент, поэтому отдался воле случая ненадолго. Когда я оторвался от нее, то стал искать тебя глазами, но так и не нашел, подумав, что ты отошла в уборную, и вернулся к нашему столику. Потом понял, что тебя слишком долго нет и пошел к Юле. Она сказала, что видела, как тебя уводит какая-то кудрявая девица, а ты при этом была в не самом адекватном состоянии. Также твоя подруга видела как к вам подходили какие-то мужики, поэтому подумала, что тебя просто вышвырнули из клуба. Опустим тот факт, что она даже не напряглась никак, когда говорила это, но на улице я тебя не нашел. Тогда спросил у ребят, которые сидели за столиками довольно долго, и они показали мне, в какую сторону тебя увели. В результате вышел в какой-то склад, — он тяжело вздохнул, собираясь продолжить рассказ.
 
Девушка жестом остановила его, приложив руку ко рту. Воспоминания начинали к ней возвращаться. Она вспомнила эту привлекательную особу с смолянистыми волосами, а затем и двух здоровяков, один из которых отвалил этой кудрявой приличную сумму.
На мгновение к Вике вернулось осознание. Она быстро огляделась по сторонам и поняла, что находится среди кучи мусора и стеллажей, забитых непонятно чем. Также посмотрела на тех мужчин, которые держали ее: оба были как минимум на полторы головы выше ее и раза в два шире в плечах и спине.
— Где я?! Кто вы?!
— Заткнись, девка, дай рассчитаться!
Ее сильно тряхнули.
— Отпустите меня! Я буду кричать! Помогите!!!
Удар по лицу. Металлический привкус во рту. Кровь, медленно стекающая по подбородку. Глаз начал заплывать.
Сквозь пелену девушка увидела удаляющуюся женскую фигуру, которая ехидно смеялась и пересчитывала только что полученные деньги. Страх пронзил осиновым колом насквозь. Она попыталась вырваться, но снова получила удар — теперь в область живота. Ее поволокли в дальний угол, слезы текли с ее глаз несдерживаемым потоком. Здоровяки грубо кинули ее на бетон и залились противным смехом. Один из них взял ее за подбородок так, чтобы она не смогла вырваться, посмотрел в опухшие глаза и облизнул ее щеку. Второй изучал руками тело Вики, периодически нанося увесистые удары. Первый подошел и раздвинул ее ноги, любуясь страданиями девушки. Другой же снял с нее ее любимое голубое худи, разорвав тонкую футболку под ним.
Она кричала.
Она звала.
Она молилась.
Их лицо изобразило недовольство. Бугаи взяли ее за руки и потащили к одному из стеллажей, кинули, удар о железную ножку пришелся ровно по позвоночнику, и под громкий вой приковали девушку к нему. А потом посыпались хаотичные удары кулаками. Затем она вспомнила, как кто-то очень громко выкрикнул ее имя, а затем крик. Нечеловеческий. Крик ярости и душевной боли. А дальше все как в тумане.
— Это ты вытащил меня? — спросила Вика сквозь слезы.
— Да. Не мог поверить, что там действительно ты, — слова давались ему тяжело, — Но увидел знакомый силуэт, который лежал, свернувшись калачиком. Вызвал полицию и ломанулся к тебе. К сожалению, они тогда сбежали. Скорее всего, их откупит хозяин, видел его, противный тип, вряд ли не в курсе того, что там происходит, — он шумно вздохнул, — Тебя сразу повезли в больницу, осмотрели и сказали, что угрозы жизни нет, только множественные ушибы и ссадины. Отпустили со мной. Привез тебя домой, переодел и дал обезболивающего со снотворным. Написал Саше, чтоб не терял тебя.
— Ты сказал ему?
— Нет, я не знал, захочешь ли ты ему говорить об этом, поэтому, если захочешь, скажешь сама.
Девушка лишь вымученно кивнула и упала на его плечо, позволив себе разрыдаться. Артур взял ее руку в свою и крепко сжал. Этого невесомого жеста хватило, чтобы понять, что он рядом и не оставит, разделит эту боль с ней.
Когда удалось немного успокоиться, Вика оказалась настолько вымученной, что уснула на плече у друга. Он аккуратно взял ее на руки и отнес обратно в свою спальню, чтобы она могла хорошо отдохнуть.
Вечером девушка проснулась от разговора на, мягко говоря, повышенных тонах. В какой-то момент ее охватил ужас, а мысли прошибли воспоминания, не считая физических последствий, которые дали о себе знать, ведь обезболивающее перестало действовать. Поняв, что она все еще в квартире друга, а значит в безопасности, Вика решила пойти на голоса. Пришлось приложить немало усилий, чтобы встать, сквозь крепко сжатые зубы раздался едва слышимый стон. Держась за стены и косяки, она дошла до кухни, дверь в которую была закрыта. В ушах гудело, поэтому разобрать слов не получилось, но стало понятно, что спорили двое ее «опекунов». Сделав последний рывок, она открыла дверь и зашла к мужчинам. Те же, в свою очередь, уставились в недоумении на девушку и простояли в ступоре пару секунд. Когда до них дошла суть происходящего, то оба бросились к ней, чтобы поддержать, но хозяин квартиры был первым. Артур подхватил измученное тело под руку и приобнял за талию, позволяя повиснуть на себе. В глазах Александра читался неподдельный ужас при виде её. Было понятно, что в его голове возникают образы того, что именно ей пришлось пережить. Когда он перевел взгляд на товарища, усаживающего девушку на кухонный стул, то некогда нежно-голубого цвета глаза стали темно-синими, словно бездонное море. Одного этого взгляда было достаточно, чтобы понять, что он в ярости. Вика вымученно смотрела то на одного, то на другого. Ей было сложно понять, на каком моменте их спора она ворвалась, и о чем он, собственно, был. Именно поэтому она просто уставилась на них с немым вопросом в глазах.