Синдром разбитых коленок (СИ)
Тяжело дыша, я отошла назад и уселась на свой стул.
─ Итак. ─ Нотариус поправил галстук-бабочку. ─ Я обдумал наш ночной разговор, месье Тулинов. Действительно, будет лучше для всех, если мадемуазель сочтут погибшей. Во всяком случае, так Вы выведете её из-под удара.
─ Но почему я непременно должна становится его дочерью? ─ сдув со лба чёлку, я с яростью посмотрела на предполагаемого папашу и наткнулась на непробиваемую стену. Только огонь, блестевший в янтарных глазах, говорил о том, что в душе Тулинова бурлили весьма противоречивые чувства. Мозг понимал, что тридцатипятилетнему мужчине и во сне не снилось стать отцом шестнадцатилетней девицы. Но долг перед моей семьёй обязывал.
─ Мы не знаем, кто заказчик, Настя. Скорее всего, он осведомлён, что у месье нет ни сестры, ни кузины. А на внезапно появившуюся внебрачную дочь вряд ли кто обратит внимание. Всякое в жизни бывает. ─ Монро развёл руками. ─ И не забывайте, мадемуазель, что теперь Ваш друг стал единственной мишенью. Думаю, некто убрал всё семейство Максимовых и мадам Тулинову с той целью, чтобы напугать единственного фигуранта. Так с месье будет легче договориться.
Я не слышала объяснения. Что сказал нотариус про мадам Тулинову? Кого он имел в виду? Тётю Надю? Но как? Я вновь взглянула на Игната. Теперь мне всё стало понятно. Он прятал своё личное горе за каменной маской, боясь показать мне боль, разрывавшую сердце.
─ Вы слышите меня, мадемуазель?
Я вздрогнула и кивнула.
─ Игнат, прости. Я только узнала…
Тулинов скрипнул челюстями и отвернулся.
Ангус подошёл к шкафу и достал очередную папку.
─ Распишитесь тут, молодой человек. С этой минуты Ваше состояние увеличивается вдвое. К тому же Вы стали отцом. Надеюсь, у Вас всё получится.
Игнат подписал бумаги и поднялся из-за стола.
─ Благодарю за помощь. Нам пора.
Монро протянул пухлую руку, покрытую пигментными пятнами.
─ Завтра мадемуазель получит новые документы. Я пришлю посыльного. Всего доброго.
Мы спускались в полной тишине. Уже в машине я взглянула на мужчину и тяжело вздохнула.
─ Почему ты ничего не сказал про тётю Надю?
Игнат помрачнел.
─ Они сделали вид, что согласны продать акции. Твои родители и моя мать поехали на встречу. Автомобили взорвались по дороге. Ума не приложу, как это случилось? Погибли все, Галина, Пётр. Остался только Егор.
Я закрыла рот ладошками, чтобы не закричать. Значит, Галя согласилась занять моё место, когда я в её наряде мчалась в аэропорт!
─ Теперь я должен решить, что делать с тобой.
─ А у тебя есть варианты?
Тулинов пожал плечами.
─ Ты же слышала, что я остался единственным наследником. Одно из двух, либо меня убьют, либо со мной попытаются договориться.
─ Попытаются. ─ Я пристегнулась, предчувствуя экстремальную езду. ─ Иначе как они получат акции?
Игнат усмехнулся.
─ В случае моей смерти корпорацию пустят с молотка. Акции упадут, и их можно будет скупить за гроши.
─ ЕМУ не нужны акции. ОН мстит.
Тулинов, нажавший на газ, резко затормозил.
─ ЕМУ?
─ Да, заказчику. ОН ищет выход ярости. ЕМУ мало пролитой крови, страданий, слёз. ОН дал нам возможность пережить, подуспокоиться, чтобы потом покончить со всеми разом.
Сердце опять застучало сильно и неровно, дыхание участилось.
─ Отдай мне бумаги. Мне нужно знать, что раскопал отец.
Игнат нагнулся ко мне, и наши глаза встретились. Меня обжёг этот взгляд, а щёку полоснуло горячее дыхание.
─ Не смей лезть во всё это.
Внутри мужчины полыхал настоящий огонь. Я съёжилась в кресле и отодвинулась к окну. Ничего, я всё равно получу информацию, чего бы мне это ни стоило.
Мы проехали большую часть пути, когда я решилась заговорить.
─ Почему Инна?
Тулинов даже не повернулся в мою сторону.
─ Когда-то у меня была девушка. Мы встречались недолго. После она вышла замуж и родила дочь Инну. Не от меня, от мужа. Жизнь моей возлюбленной не сложилась. Не буду вдаваться в детали. Шесть неудачных браков, клиники, где лечили наркоманов, нелепая смерть.
─ Она была наркоманкой? А что стало с девочкой?
Игнат пожал плечами.
─ Понятия не имею. Её следы затерялись. ─ Он на мгновение оторвался от дороги. ─ Знаю, легенда притянута за уши. Она не выдержит серьёзной проверки, но это лучшее, что я смог придумать за две минуты. Какое-то время наша версия поработает, а дальше решим, что делать.
Я не собиралась ждать. Я хотела действовать немедленно. Пусть в моём арсенале не было опыта и силы, я не умела стрелять, не владела приёмами рукопашного боя, но умом и интуицией я выгодно отличалась от своих сверстников. Доказывать что-то Тулинову не хотелось. Я чувствовала всю бесполезность попыток. Придётся притвориться хорошей девочкой и дождаться того момента, когда бдительность моего нового папочки притупится.
─ Ладно. Я не буду вмешиваться. Но что собираешься делать ты?
Игнат пожал плечами.
─ У меня нет службы безопасности, как у твоего отца, нет осведомителей и телохранителей. Но у меня есть друзья. Нужно посоветоваться кое с кем.
─ И для этого тебе придётся попасть в Россию?
Тулинов усмехнулся.
─ А ты догадливая.
Наконец-то понял.
─ Возьми меня с собой, пожалуйста.
Я очень боялась возвращаться в отчий дом, опустевший после смерти родителей, в дом, где прошла вся моя жизнь, где я была счастлива, где всё ещё витал запах Галиных пирогов, а в вазах стояли живые цветы, которые так любила мама. Я боялась идти на похороны, но в то же самое время была уверена, что должна перешагнуть через свои страхи.
Игнат вновь затормози и стукнул кулаком по рулю.
─ Нет. И это не обсуждается.
─ Не обсуждается? ─ я снова начала закипать.─ Даже отец обсуждал со мной важные вопросы, а не приказывал. Ты не имеешь права…
Тулинов больно схватил меня за плечо.
─ Запомни раз и навсегда. Я не твой отец. Сейчас волей обстоятельств нас втянули в игру, где на кон поставлены наши жизни. Если я сумею всё разрулить, мы выживем, если нет ─ погибнем оба. Поверь, я не в восторге от того, что обзавёлся дочерью. Да ещё такой настырной. Но ты должна меня слушаться. Для твоего же блага. Понимаешь?
Резко дёрнув плечами, я отвернулась к окну. Я понимала, всё понимала. Сейчас Игнату было очень тяжело. Он потерял мать, его жизнь висела на волоске, а теперь ему на голову свалилась шестнадцатилетняя девица со своими заморочками. Но внутри всё клокотало. Я успокоилась только тогда, когда машина въехала в просторный двор.
Тулинов заглушил мотор и молча вышел, давая мне возможность делать то, что я сочту нужным. Когда мой папочка исчез в особняке, я покинула автомобиль и пошла по дорожке вглубь парка. Ухоженный и аккуратный, этот уголок словно сошёл с картинок о жизни состоятельных людей, ценивших комфорт и роскошь. Была ли я состоятельной? Пожалуй, нет. Всё моё наследство, согласно воле отца, перешло к Тулинову. И только от него зависело, как я буду жить дальше.
Отыскав под огромным дубом скамью, я присела и подставила лицо тёплым солнечным лучам. Вот вам и каникулы. Вместо моря и яхты мне предстояло прозябать в этом холодном доме, оплакивая родителей и свою искалеченную судьбу. А взамен прекрасного юноши я получила угрюмого адвоката, для которого стала тяжкой обузой.
─ Доброго дня, мадемуазель!
Я вскинула голову и увидела перед собой высокого худого старика в соломенной шляпе. Он широко улыбался, демонстрируя безупречные для своего возраста зубы.
─ Я Пьер, садовник. Слежу за порядком в этом парке. А Вы гостья месье?
Да что же это за страна такая? Тут все за всеми следили.
─ Меня зовут Инна. Я дочь месье Тулинова.
Старик присел рядом и достал из кармана фартука пачку сигарет.
─ Вы не против? Вредная юношеская привычка, от которой я так и не смог избавится.
─ Курите, если Вам так хочется.
Пьер с наслаждением затянулся и выпустил в небо струйку сизого дыма.