КД 7 (СИ)

— Не, не пойдет.
Улыбка на симпатичном личике погасла.
— Как нет?
— Так нет, маловато будет. Нет, диадема зачетная, врать не буду, стоит того, что я потеряю в плане боя, однако я теряю не только боевую единицу, но и друга, а это надо тоже компенсировать.
Твою мать, никогда так не было мне стыдно, последним сутенером себя чувствую, даже хуже, я ведь друга продаю, но существование мира на кону, приходится так низко падать.
— И что же вы хотите за потерю друга? — Холодно спросила меня хозяйка дома.
Вот черт, нет я так не могу.
— Во-первых, я не хочу его терять, так что я оставляю за собой право, раз в неделю, на одни сутки призывать его себе на помощь. Он и от вашего уютного общества отдохнет и мне поможет. А во-вторых, мне нужно, чтобы вы связали меня с богом.
На минуту в комнате повисла тишина, затем Марго очнулась:
— Что? С богом? В каком смысле связала с богом? Это что, какая-то новая поза? Или наркотик для выхода в астрал? Я не понимаю.
— Нет, самая обычная связь с богом, любым. Да не делайте такие большие глаза, будто я книжек никогда не читал. У вас самый элитный бордель в Другмире, к вам тайно или явно наведывается весь бомонд, так сказать, все сильные мира сего. И как всем известно, нет более болтливого существа, чем пьяный и распушивший свой павлиний хвост мужчина перед очередной знойной красоткой. Ваше заведение идеальное для этого место, а в пьяном угаре чего только не наговоришь. У вас должно быть что-то такое, что поможет мне в этом непростом деле.
Непонимающее выражение лица Марго сменилось на задумчивое, затем его осветил внутренний свет озарения.
— Есть такой! Есть! Это Жордус, старый пень, глава всех друидов. Он где-то купил очень редкое зелье «ВИАГРа» и теперь дня не проходит, чтобы он моих девочек не навещал, старый извращенец. И где такое добыл только? Я только от бабки своей о этом эликсире слышала, сто лет их в продаже не было. Ноги бы повыдергивала изготовителям.
— Вы давайте не отвлекайтесь, что там с этим друидом?
— А то, что он к Богу жизни напрямую обращаться может. Силы просит, долголетия, все что в голову взбредет, в общем, и тот ему отвечает, это точно, а то, как бы он до пятисот лет дожил?
— А вот это интересно, как с ним можно связаться?
— А никак, он или здесь ошивается, но, если вы не молодуха с необъятными сиськами, он разговаривать с вами не будет. А когда он не здесь, то он или дома, где тоже никого не принимает или на рыбалке. Однако там к нему тоже лучше не подходить, терпеть не может когда его от рыбалки отвлекают.
— Давайте-ка поподробнее, конкретно, где и когда дедушка рыбачит? Есть у меня тоже один знакомый старый пень — любитель рыбалки…
Полчаса спустя я выходил за порог борделя с самыми точными сведениями по господину Жордусу. Сама хозяйка проводила меня до порога.
— Ладно, передавайте привет Грыму и не забудьте про наш уговор, я должен знать все, что касается тех, кто имеет дело с божественными сущностями.
Марго согласно кивнула и прикрыла за мной дверь.
Я вдохнул морозного ночного воздуха и отчаянно зевнул. Срочно надо лететь домой, поспать хоть пару часиков перед отлетом к эльфам, а то вереница сегодняшних событий превратилась в настоящий калейдоскоп в моем засыпающем мозгу. Хорошо, что есть телепорт, и я за один миг могу перенестись к своей комнате.
— Черт, черт, черт! — Мои хриплые ругательства тихим шёпотом разлетались по коридору, — твою мать! Что делать?
Нет, телепортация сработала как надо, миг и я оказался у дверей своей комнаты, только вот к дверям кухонным ножом был прибит лист бумаги с незатейливым посланием.
Оно состояло из трех картинок. На первом была изображена большая блестящая кастрюля, на втором — побитый парень, над которым, наверное, чтобы никто не перепутал, было написано «Пахан», на третьем — парень с выпученными глазами был насажен на деревянный кол и с яблоком во рту подвешен над жарким огнем. Не трудно было догадаться, что на третьем рисунке тоже Пахан, хотя там уже никакой надписи не было.
 
— И, чё делать?
Чё, чё? Надо кострюлю добывать, вот только где? В магазины нас не пускают, да и глубокая ночь на дворе…
— Олдриг… Олдриг! — Я на цыпочках прокрался в спальню к нашей паре эльфов и еще раз шепотом позвал, — Олдриг, подъем, дело есть…
Я замолк, потому что мне в нос уперся наконечник стрелы, а из темноты на меня сверкнули гневные глаза Альдии.
— Пошел отсюда, извращенец проклятый! С Каляном и Майором не прокатило, так ты теперь к моему мужу решил подкатить?! Я тебе сейчас между ног стрелу всажу, чтобы куда не надо не заглядывался!
Несмотря на то, что все это было произнесено шёпотом, но холодок по моему позвоночнику прокатился весьма ощутимый. А может это не из-за шёпота, а оттого, что наконечник стрелы сместился в указанном направлении? Возможно…
— Да нет, у меня задание для него есть, он же рога…
— В три часа ночи? Знаю я твои задания, в публичный дом тебя обратно сопроводить?
— Что? Да я…
— Да от тебя до сих пор дешевыми духами воняет! Нет, не пущу, он женатый человек! И точка.
— Значит так, я глава клана! Я приказываю отпустить твоего мужа на задание!
— Я сейчас тетиву отпущу, и больше шляться по борделям тебе не понадобится!
— Считаю до трех!
— Три, два, пальцы уже соскальзывают…
— Ладно, хрен с тобой, утром поговорим!
Я в жутком раздражении вышел из комнаты. Черт бы побрал, там и дел-то на две минуты, дольше спорили. Ладно, что я сам кастрюлю, что ли, не украду?
Цель для ограбления века я выбрал сразу, наши конкуренты вниз по улице. Хотя какие конкуренты? В наш ресторан приходили зажиточные люди, а здесь была харчевня для простого народа: честная жральня, где за пару серебряных монет можно было набить пузо простой, но вкусной пищей. У тамошнего толстячка-повара, наверняка, найдется подходящая для меня посудина.
Телепортировался я прямиком к задней двери его заведения. В доме по позднему времени было абсолютно темно, и я очень надеялся, что на первом этаже, где располагалась харчевня никого нет. Ключ, в виде лезвия моей глефы, легко вошел в замочную скважину и с хрустом провернулся в ней, выламывая как внутренности замка, так и сам замок. Стряхнув искореженный механизм на землю, я на цыпочках зашел на кухню, в свете фонарика осматривая ее небогатое убранство, и, практически, сразу наткнулся на то, что нужно — большая, блестящая, и судя по весу, толстостенная кастрюля. Жаль только, что свет был очень слабым, я положил вместо нее кошелек с десятком золотых и вышел на улицу, чтобы рассмотреть ее получше.
— Да, это то, что нужно, — обрадовался я.
— Да, это действительно то, что нужно, — обрадовались окружившие меня с трех сторон стражи. Пришлый Пахан, вы арестованы за кражу, и будете препровождены в тюрьму!
  
Глава 18
 
Не думайте, что я не попытался сопротивляться. Телепорт у меня был наготове, однако его действие было заблокировано непонятной магией, а пока я безуспешно пытался его открыть, на моих руках защелкнулись браслеты кандалов, заодно пристегивая ко мне вещественное доказательство моего участия в ограблении века. Затем была неспешная прогулка по улицам ночного города, сопровождаемая жаркими спорами и тихим позвякиванием цепей. Убедить стражу, что я, оставив на месте преступления кошелек с золотыми, фактически купил ее, мне не удалось, как и отвязаться от них, на месте заплатив штраф. Уже к концу нашего похода мне удалось узнать причину этого. Оказывается, это было распоряжение Ванденбрука, который как не верил, что мы сможем две недели просидеть дома, так и верил, что мы при этом обязательно что-нибудь или разрушим, или нарушим, и приказал за любую провинность сажать нас в темницу.
 
— Понравились вы чем-то ему, — неожиданно закончил свой рассказ, седоусый ветеран — стражник, запихивая меня в клетку, — не хочет, чтобы вас с наших земель выгнали, и приказал пару недель подержать вас здесь. Вот и посиди: отдохни, выспись наконец, а то вид у тебя — краше в гроб кладут!