КД 7 (СИ)

  
Пролог
 
Я застыл как изваяние, крепко прижимая бомбы к груди, не видя и не слыша, что творится вокруг меня. Ожидая удара в спину и отсчитывая секунды. Те, казалось, превратились в года и падали на весы вечности с грохотом рухнувших со звонарни колоколов. Но они прошли и меня охватил неукротимый грохочущий вал пламени.
Затем грохот затих и мир поглотила тишина.
— Кхэм, кхэм. М-м, Пахан? Ты все же добрался до меня, приветствую! Я слегка недоумеваю, на счет устроенного тобой взрыва, надеюсь, это не был акт агрессии, а ты просто хотел устроить мне теплую встречу!? Не так ли? Кхм, Пахан? Ты еще здесь? Хотелось бы пообщаться, и для завязки диалога можно начать с приветствия. Ну, там: здоровья желаю, привет, приветствую, день добрый… что никак? Давайте я еще раз покажу пример и, хотя я уже здоровался, но могу поздороваться еще раз. Приветствую тебя, Пахан!
Секунд десять в зале висела тишина.
— Да что такое? Сломанный пришлый мне что ли достался? Залагал он что ли? Эй, тук, тук, есть кто дома?
— Ты, кто такой? — прохрипел я, глядя на начавшие взрываться бомбы, но так и не взорвавшиеся, огонь, вырывающийся из треснувших бутылей, начал разрывать мне грудь, но так и застыл, не успев родиться. — Ты, кто такой? — повторил я, — и что ты сделал, как остановил взрыв?
— О! Заработал! Чудесно! Я Крогон! С ударением на первый слог. Крогон — Нерождённый Дракон, Смотритель Драконьих гор, правда, сейчас их называют Гномьими, но не суть. А взрыв я не останавливал, нету у меня пока такого умения. Я просто остановил время, на некоторое время. Ха, шутка получилась, надеюсь смешная, я рос без общения и в этих делах несилен.
— Что ты хочешь от нас, Нерожденный? Зачем пытался нас убить, зачем похитил моих людей?
— Людей? Я только пару похитил, там в основном эльфы, есть огр, полуорк…
— Зачем? Зачем, ты разговариваешь со мной, раз ты победил? Делай, что хотел сделать, нечего зря лясы точить!
— Так я и делаю, я поговорить с вами хотел.
— Давай, поговорим, — легко согласился я, — отпусти моих людей, и мы поговорим.
— Так, а я их и не держу, просто они сейчас на лечении и не могут никуда уйти…
— Хватит! — Взорвался я (что-то нервы в последнее время ни к чёрту), — хватит нести чушь! Ты — убийца, твои сподручные заманили в ловушку и убили четырех гномов, мирно едущих по своим делам; ты множество раз натравливал своих слуг на нас, пытаясь покончить с нами, а потом похитил моих друзей, пытаясь заманить в ловушку и меня. У тебя получилось, радуйся!
— Не поверишь, я и радуюсь, но позволь один вопрос, разве все пришлые не бессмертны?
— Причем здесь это?
— Ты обвинил меня в том, что я пытался вас убить, но разве вы не возрождаетесь каждый раз после этого?
— Возможно, но к тем четырем гномам это не относится, — не стал сдаваться я.
— Верно, но давай не будем смешивать мух с котлетами, или как там у вас говорят? Гномов убил я, это верно, но их уже невозможно было спасти, но есть те, кому мы еще можем помочь, для этого я и привел тебя сюда.
— И для чего же, конкретно?
— Давай, я начну с небольшого рассказа. Я бы мог тебе все показать, но твой разум отгорожен от любого внешнего воздействия, и это хорошо, это тебе еще пригодится, но раз я не могу показать, включай воображение: …восемьсот лет назад в наш мир пришла смерть, но не просто обычная смерть, ведущая к перерождению, а смерть окончательная, полное изничтожение всего и вся…
— Я знаю, — перебил я его, — Морана к вам прилетела на метеоре из нашего мира, но что-то пошло не так, метеор раскололся в воздухе, Морана лишилась большинства своих слуг и бла, бла, бла, а сейчас она заперта на другом континенте местным Богом смерти, но при чем, здесь, все это?
— О, хорошо, самую нудную часть истории ты уже знаешь, так что рассказ не будет долгим. Морана при взрыве метеора не только лишилась своих тварей, впоследствии преобразовавших безобидных ползунов в свое подобие, а также непонятных механизмов, воспроизводящих странных ментальный созданий, но и сама очень сильно пострадала. Тело ее было до крайности изувечено и ей ничего не оставалось, как погрузить себя в сон, мало чем отличающийся от смерти. Все, с чем мы имеем дело, это ее овеществленные сны. Однако, и их достаточно, чтобы погубить весь наш мир. Пока созданные ей монстры безуспешно пытаются пробиться через возведенный барьер, ее мысли, словно корни растений-паразитов пронзают плоть нашего мира, через ослабленные зоны пробиваясь все дальше и дальше, а, найдя выход, дают свои ядовитые плоды.
 
— Можно как-то без патетики, попроще что ли.
— Можно. Конкретно, в моих горах произошло вот как: примерно четыре сотни лет назад в одной глухой пещере на самом обычном камешке, появилось совсем крошечное серо-зеленое пятнышко. Оно очень медленно росло, за год не увеличиваясь и вдвое. Ничего особенного, обычная плесень, или лишайник, вот только корни этого безобидного пятнышка ведут прямиком к Моране. Прошли десятилетия и на слегка разросшемся пятне стали образовываться крошечные шарики, которые росли так же неспешно, постепенно превращаясь в грибы. К тому времени, как они вызрели, облюбованный ими камень превратился в прах и не от времени, а от того, что из него высосали всю жизненную энергию. Да, да, не удивляйся, даже обычные камни переполнены ею, но у этого ее не осталось, он распался, перезревшие грибы лопнули и взорвались облачками спор — это стало катастрофой для наших гор. Грибы начали распространяться очень быстро. Споры разносили и животные, и подземные воды, а потом и разумные существа. Споры проникали им в мозг и паразитируя на нем, постепенно начинали подчинять их себе. На первых порах заразившийся становился вялым, затем начинал временами терять сознание…
На этих словах я вздрогнул.
— Знакомые симптомы, правда? Но к этому мы еще вернемся. Потом, через неделю или две болезнь отступала, вернее отступали эти симптомы, но зараженный становился неизлечимым. С этого времени, он почти не спал и не ел, единственной его задачей становилось дальнейшее распространение заразы. Больные приносили грибы Мора себе в дома, разбрасывали на улицах своих городов… В общем, ты понял. Плюсом к этому тоже самое делали и животные, и подземные течения. За десяток лет практически все, кто жил внутри наших гор превратились в разносчиков Мора и поглотителей энергии нашего мира. Единственные у кого оказался иммунитет к этой напасти были мои сородичи. Это их кровь спасла немногих из живших тогда здесь гномов, им вообще повезло, большая их часть тогда была на войне, которая длилась два десятилетия…
Я хотел было сказать, что им не больно всем повезло, ведь с той войны вернулись считанные единицы, но промолчал, и без этого болтовня Нерождённого непозволительно затягивалась, а у меня терпение не бесконечное, мне давно надоело смотреть, как застывший взрыв разрывает мою плоть и проламывает кости.
… остальных, отпоенных кровью драконов выгнали в степи и запечатали все входы в гору. После чего началась Великая Чистка. Дни и ночи, недели и месяцы напролет мои сородичи выжигали и выжигали всю заразу, заполонившую наши горы. Что случилось дальше я не знаю, высиживавшая меня мать больше ничего не успела рассказать. Знаю только, что им удалось остановить Мор. Однако, однажды мать ушла и больше не вернулась, а без ее помощи и я не смог выбраться наружу. Шли месяцы, года, неодолимая тоска поглотила меня, но и предала решимости. Появиться на свет я так и не смог, но научился преобразовывать окружающее меня пространство, создал вот это свое убежище, ты наверняка заметил, что оно похоже на яйцо, но тогда, кроме этого, я ничего и не видел. Яйца драконов не похожи на яйца других существ, они имеют небольшие отверстия, забранные мембранами, сквозь которые нерожденный дракон может дышать, вот через них я и стал выдавливать окружающее меня вещество. Застывая, она превращалась в паутину, паутина собиралась в коконы, внутри которых мне удалось создать новую жизнь. Мне нужны были глаза, и я их создал, мне нужны были ноги, и я их вырастил. Они часть меня, тех кого ты называешь крогонами, а я часть их, я никуда не могу уйти отсюда, но теперь мне это и не нужно, я вижу их глазами, я действую их телами…