Разбойник (СИ)

– Не бойтесь, правоверные даворцы! – провозгласил он, театрально воздев руки. – Воля Моргона была исполнена!
Солдаты перевели удивлённые взгляды на Чижа.
– Этот колдун, – Чиж указал на труп Суолиля, – подлым образом прикинулся слугой Моргона и втёрся к вам в доверие, расчищая себе дорогу своей нечестивой магией! На самом же деле он – друг Нардахона, посланный им, чтобы погубить вас всех!
Солдаты начали неуверенно шушукаться, хотя какая-либо чёткая мысль в их глазах по-прежнему отсутствовала. Отлично, нельзя снижать темпа и накала!
– Сей лиглинг, – Чиж указал на Квадуна, – стал тем, кто открыл нам, слугам Моргона, проход в ваши земли! Если бы не он, этот колдун и дальше сосал бы ваши силы и отправлял бы вашу землю!
Шушуканье стало громче, и в нём слышались нотки недовольства. Что ж, ожидаемо. Но останавливаться нельзя: действие только началось!
– Этот… – Чиж смекнул, что грайдцем Гросоха лучше не называть, а то мало ли, как их тут зовут, – воин, Гросох, был послан самим Моргоном, чтобы истребить этого самозванца! И он повелевает вам исполнить следующую волю великого Моргона: освободить тех лиглингов, которых слуга Нардахона осмелился пленить!
Внимание солдат было успешно отвлечено на грайдца. Тот, к счастью, стоял как вкопанный, пускай и с раззявленной от такого же удивления, как и у людей, пастью. Несмотря ни на что, его грозная фигура производила пугающее впечатление, и вдвойне пугающее – на людей из Примитивного мира.
– Сделайте это! – Чиж снова воздел руки. – И тогда Моргон будет знать, что вы ему благодарны! Сделайте – и он и дальше будет покровительствовать вам и спасать от друзей Нардахона!
Солдаты снова перестали шушукаться и раскрыли рты. Так, теперь – какое-нибудь достойное завершение!..
– Гросох, – как можно меньше шевеля губами шепнул Чиж, – скажи что-нибудь внушительное.
– Ы?..
– Хотя бы так. Давай!
Чиж снова величественно улыбнулся и широко раскинул руки. Гросох несколько похмурился, но наконец вскинул вверх кулак.
– Ы-ы-ы!!!
Это оказалось ровно тем, что нужно. Кучка стражников словно очнулась ото сна и заволновалась.
– Брахан! – послышался выкрик со стороны людей.
– Великий брахан, слуга Моргона!
– Мы исполним святую волю!..
Люди зашумели, стремясь выйти. Скоро их шаги послышались на лестнице. Вертлявый Чиж гордо улыбнулся. Возможно, его прозвище ему не нравилось – но он его заслужил, это точно.
– Итак, – он повернулся, потёр руки. – Дело осталось за чистыми формальностями.
– Т-т-ты… – Квадун вздохнул, собираясь с мыслями. – Т-т-ты уверен?
– В том, что твоё племя отпустят? Почти также как в том, что я скоро получу свои сорок тысяч, – ухмыльнулся Чиж. – Правда, поторопиться тебе и правда стоит: вряд ли такое их благодушие продлится больно долго, да и мало ли офицер какой встретится по дороге…
Лиглинг взглянул тёмными глазками в лицо разбойника.
– Спасибо.
– Потом поблагодаришь! Теперь давай: время в самом деле не терпит!
***
Чижу не нужно было несколько раз повторять. Квадунгурарашава сорвался с места и припустил прочь из башни.
Солдаты тоже уже вышли из башни и разбежались по всему людскому поселению. Там царил переполох и беспорядок: кто-то что-то кричал, трубил какой-то рог, пришельцы из разных людских племён махали руками, пытаясь понять, что происходит. Едкий запах пота, отдающий страхом и недоумением, только усугубляли всё это. Бренчащие доспехами вожди пытались что-то выяснить у тех, кто только что выскочил из башни. Но Квадунгурарашаве было не до них: он бежал на всех четырёх лапах, проскальзывая между людьми.
– Лиглинг! – крикнул кто-то, и Квадунгурарашаве пришлось срочно уворачиваться от копья. Над ним навис какой-то бородач с перекошенным лицом. Квадунгурарашава отпрыгнул, потянулся к мешочку с пылью на поясе…
– Стой! – руку человека перехватил другой. – Этот лиглинг – посланник Моргона! Не трогай его!
– Чего?! – первый вырвал руку. – Лиглинг! Посланник Моргона! Ты в своём уме?!
Неизвестно, как бы пошло дело дальше, но тут со стороны башни послышались новые возгласы и крики.
 
– Ы! – последовало за ними. Человек чуть не выронил копьё и широко раскрыл рот.
– Б-б-брахан…
Квадунгурарашава, пользуясь случаем, проскочил мимо и бросился дальше, к воротам. Заполонившие небольшую дорожку до ворот охали и ахали, видя Гросоха. Кто-то бросался на колени, кто-то совершал какие-то странные действия руками. Толпа пока металась из стороны в сторону, не в силах понять, что же делать. И это было Квадунгурарашаве на руку: он прекрасно знал, как отреагируют лиглинги, если увидят кучу бегущих к ним людей.
Вот он уже протиснулся сквозь кучу приезжих и оказался вне поселения; вот увидел большую клетку, в которой сидело племя – то, что от него осталось. Сердце Квадунгурарашавы отчаянно забилось, дыхание сбилось. Мысленно проклиная собственную медлительность, он приблизился к клетке. Ему повезло: первый же лиглинг, которого он встретил, был ему хорошо знаком.
– Брат! – воскликну Мушгандарваранива. – Как ты здесь оказался?
Остальные выжившие, только заслышав его продвижение, отпрянули в сторону, с опаской поглядывая на Квадунгурарашаву.
«Они боятся машарагадунгвы, – понял лиглинг. – И пускай: главное, что я их спасу…»
– Нет времени, брат, – Квадунгурарашава достал отмычку и припал к человеческому замку. – Надо уходить, пока нашвагуны не передумали…
– Передумали?! – послышалось грозное шипение. Мушгандарвараниву оттолкнул в сторону Нарвангурдарагаш. – Откуда тебе знать, что у них на уме?!
Раньше Квадунгурарашава бы отступил, услышав такие слова, попытался как можно скорее возразить или скрыться. Но ему надоело постоянно быть слабым.
– Не сейчас, вождь! – зашипел он в ответ и открыл дверь. – Вам надо уходить в лес сейчас, пока нашвагуны думают, что их духи велят вас отпустить!
По толпе лиглингов прошёлся удивлённый шумок. Из клетки никто не вышел.
– С каких это пор духи нашвагунов заботятся о лиглингах? – удивился Мушгандарваранива.
– Не заботятся, хи-хи! Один нашвагун притворился, что говорит от имени этих духов, и обманул других. Но нам надо спешить!..
Ответом Квадунгурарашаве было могильное молчание.
– Нашвагун? – с торжествующим оскалом переспросил Нарвангурдарагаш. – Ты снюхался с нашвагунами, отродье?
Со стороны остальных лиглингов послышалось возмущённое шипение. Квадунгурарашава отпрянул.
– Что?! Нет!..
– Ты отрицаешь это? Даже после того, как нашвагуны нашли наше логово?
Квадунгурарашава хотел ответить, огрызнуться, осыпать Нарвангурдарагаша самыми страшными проклятиями, доступными лиглингу. Но слова застряли у него в горле.
– Ты можешь дюжину дюжин раз отрицать это, машарагадунгва, – Нарвангурдарагаш вышел из клетки, – но все лиглинги знают: нашвагуны не могут ориентироваться в лесу. Кто-то должен был им помочь.
Квадунгурарашава отступил ещё на шаг.
– Это не я… – слабо пробормотал он. Лиглинги в клетке презрительно зафыркали. Квдунгурарашава поймал потрясённый взгляд брата.
– Не может быть… – покачал головой Мушгандарваранива.
– Теперь ты видишь, кто перед тобой, Мушгандарваранива, – Нарвангурдарагаш сочувственно похлопал соплеменника по плечу. – И знаешь, что я был прав, когда говорил, что он заслуживает смерти.
Лиглинги согласно заголосили за спиной вождя.
– Я вас спас!.. – отчаянно выкрикнул Квадунгурарашава.
– Ты лжёшь, – отрезал Нарвангурдарагаш. – А если и нет, это ничего не меняет. Ты не лиглинг.
Слова, слышанные уже дюжину дюжин раз, сейчас ударили больнее, чем самые яростные чары мага, с которым только что сражался Квадунгурарашава. Нарвангурдарагаш приблизился, присел, обнажил клыки…
– Вождь! – вдруг сказал Мушгандарваранива. – Врёт Квадунгурарашава или нет, нам всё равно нужно уходить в лес сейчас, пока нашвагуны не смотрят за нами. Какой будет толк от убийства машарагадунгвы, если сразу после этого нас самих убьют нашвагуны?