Закат империи
"Гардарика" - и сама оружие, да ещё какое!
Джеймс приобнял жену за плечи, Галка обхватила его правой рукой за торс, и они намертво вцепились свободными руками в поручни квартердека. Миссис Эшби чувствовала каждое содрогание своего корабля. Ей казалось, что "Гардарика" живая, и способна отвечать добром на добро. Почти десять лет Галка заботилась о ней так, как мало кто из капитанов заботился о своих посудинах. И всё это время "Гардарика" служила Галке верой и правдой.
"Давай, родная! Не подведи!"
Огромный, изуродованный дырами борт английского линкора приближался с фантастической скоростью - так казалось Галке, так же казалось матросам на палубе. Англичане палили из своих скорострельных ружей. Пираты пока прятались за фальшбортом, не отвечая: пусть постреляют, коль пороха не жалко. Цыплят-то по осени считают… Вот утлегарь[Утлегарь - элемент рангоута, продолжение бушприта.] "Гардарики" пересёк линию борта, разрывая абордажную сеть. Ещё через мгновение - удар! Всех швырнуло вперёд, Галка с Джеймсом едва не вылетели с мостика. Оглушительный треск ломаемой обшивки, стон меди, крики, разноязычные ругательства… Обшитый медными листами форштевень врубился в борт линкора словно колун в деревяшку. Оба корабля по инерции протащило по ходу "Гардарики" на несколько метров, и наконец они остановились…
- Огонь! Огонь! Не жалеть патронов! - звонко выкрикнула Галка, выхватывая из-за пояса револьвер и целясь в фигуры на полуюте линкора.
Вот тут пираты с рёвом повскакали с палубы и - кто встав на одно колено, кто уложив ствол ружья на планшир, кто вообще стоя - открыли ураганный огонь по палубе противника. Высокий бак "Гардарики", наследие её "галеонистого" прошлого, позволял пиратским стрелкам буквально подметать полуют и шканцы англичан свинцовой метлой. Сыны туманного Альбиона в долгу не оставались, яростно отстреливаясь из своих ружей новой конструкции. Но снайперы из них были примерно такие же, как и канониры, а за что пираты особо ценились на всех флотах мира, так именно за меткость. Жизнь научила. Плюс, у англичан не было картечных патронов. А что мог наделать один такой патрончик, снаряженный девятью мелкими картечинками, джентльмены удачи знали очень хорошо. Проверили в Алжире на охране тюрьмы, где мусульмане держали рабов… Галка и Джеймс, вооружившись револьверами, тщательно целясь, вели огонь по мостику линкора. Они давно приметили там знакомую фигуру - мистера Хиггинса. Тот, повалив на палубу адмирала - жизнь командующего следовало спасать прежде всего! - стрелял из пистолета. Но поскольку это был обычный кремнёвый пистолет, то по скорострельности он на порядок уступал новейшим оружейным разработкам мастера Ламбре. Затем мистер Хиггинс разжился у кого-то, не иначе у погибшего матроса, скорострельным ружьём и принялся палить уже из него. При этом так же тщательно целясь по двум фигурам на мостике "Гардарики"…
5
- Джон, ты слышишь?
- Ничего не слышу, Ричард. В чём дело?
- В том-то и дело, что ничего не слышно. Канонада стихает. Видать, линкоры срыли форты к чёрту и добивают флот.
- Ага… - Харменсон быстро произвёл в уме некие подсчёты. - Выходит, они высадят десант на набережную аккурат когда мы выйдем на позиции… Дьявол! Эдак они успеют распотрошить городишко раньше нас!
Они и так потеряли время, отыскивая ямы-ловушки на дороге. Отстрелялись от нескольких засад, устроенных какими-то индейцами ("А говорили - испанцы их тут всех перебили… Враки!"), при попытке обойти скопление выявленных ямок дважды нарывались на "сюрпризы" - протянутые в траве тонкие верёвочки, приводившие в действие полулегендарный сен-доменгский "холодный запал", в свою очередь подрывавший привязанный к кофейному кусту небольшой картечный фугас. Результат - десяток трупов. И это они ещё к окраинам не вышли, хотя, по наезженной дороге должны были давно уже быть там. В одном месте, заметив какое-то движение в кустах, принялись палить в ту сторону. Харменсон мог поклясться, что слышал приглушённый вскрик. Оттуда не ответили, и несколько парней сдуру кинулись туда - догнать и хорошенько порасспросить… Капитан Харменсон всякое видел. Но чтобы земля под ногами без всякого запала или фитиля взрывалась - такого ещё не бывало. Заряд был, правда, не очень сильный. Одному из парней оторвало ногу. Другой, сгоряча не разобравшись, в чём дело, ринулся к нему на помощь… и наступил на вторую такую же мину. А в том, что это именно мины новейшей конструкции, Харменсон уже не сомневался. Сен-Доменг - та ещё штучка. Остальные, застыв на месте - боялись ступить в сторону, черти - принялись стрелять по кустам… Снова примчался капитан Фолкингем: "Что опять у вас случилось, чёрт бы вас побрал?" Чуть не присоветовал господину капитану поменьше времени проводить в арьергарде. Парни тем временем осторожно вернулись по собственным следам, а раненые… Этих оставалось только пристрелить, чтоб не мучились. Всё равно не жильцы, а пока их вытащишь, ещё кто-нибудь подорвётся… Словом, приключений хватало. Теперь приходилось расходовать пули, время от времени постреливая по дороге. Пару раз это сработало: мины взорвались, и ямайцы спокойно прошли по образовавшейся "тропинке". Но в итоге они всё-таки опоздали.
- Прибавить ходу, - скомандовал Харменсон.
- А мины? - покривился капитан Пауэлл.
- Пусти вперёд кого не жалко, - хмыкнул Харменсон. - Ладно, шучу. Пусть твои парни идут впереди, простреливая дорогу. Если есть мины - они взорвутся, и мы проскочим. Потратим порох, зато целее будем.
Так и сделали, пожалев, что не нашли по дороге стада свиней или коз. Так бы прогнали скотинку по дороге. А так приходилось расходовать боеприпасы. Но и правда - целее останутся.
Наличие баррикад на окраинных улицах Сен-Доменга никого не удивило. Помнится, испанцы в Панаме использовали ту же тактику. Ну, так ведь их там и побили. Сама же Алина-Воробушек и применила против баррикад отбитую у донов артиллерию, да ещё поддала жару "адским ромом", секрет которого оказалось разгадать мудрено, но возможно. Здесь англичане прихватили с собой четыре корабельные пушки. Пупки бы надорвали, да очень кстати оказались мобилизованные в добровольно-принудительном порядке ямайские негры.
- Пушки вперёд! - скомандовал Харменсон. - Щиты вперёд! Стрелки - в две линии!… Залп!
Иные пираты, и не только на Сен-Доменге, умудрялись попадать с двухсот шагов в бутылку. Но для защитников баррикад, укрывшихся за телегами и мешками с землёй, этот первый залп прошёл без последствий. Ямайские братки преследовали чисто психологические цели - по возможности запугать ополченцев. Следующие залпы производились уже с совсем другой целью - не дать защитникам высунуться, пока канониры заряжают пушки. И под прикрытием щитов стрелки постепенно продвигались к баррикадам…
- Готово, кэп! Сейчас наведём - и дадим им жару!
Омерзительный понижающийся вой заставил ямайцев укрываться за щитами: они хорошо помнили осаду Картахены и дальнобойные пушки, стоявшие на линкорах "стервы". Если это разрывные, то сейчас полетят осколки. А деревянные щиты - самое то, что при этом нужно. Однако, молодцы, придумали стрелять навесным огнём с закрытой позиции, как из мортир. Из пушек, на которых есть пороховые полки, так не постреляешь. А жаль… Ямайцы ждали взрывов на земле, но снаряды взорвались… у них над головами. И осыпали дождём смертоносной картечи. Харменсону такая картечина - проклятые сен-доменгцы догадались зарядить не свинцовыми пульками, а щебнем! - располосовала предплечье. Пауэлл вообще сел на землю, тупо глядя перед собой, и завалился лишь спустя пару мгновений. Харменсон не сразу понял, в чём дело, а потом догадался взглянуть Ричарду на затылок. Так и есть: камешек вошёл точно сверху и - всё…
- Чёрт бы их побрал! - заорал Харменсон, морщась от боли. - Где Фолкингем, мать его так? Где его чёртовы вояки? Надо или срочно отступать, или пробиваться к баррикадам, пока нас тут не перебили!
Отчаянные ямайские братки склонились ко второму варианту: отступать, а потом снова идти по простреливаемому месту? Они и так потеряли слишком много людей. И, пока воцарилось короткое затишье, канониры оперативно выстрелили по баррикадам. Только в одном случае из четырёх ядро попало довольно точно, разметав верхний слой мешков. Но и это Харменсон посчитал удачей - надо было ближе подбираться, чтобы разбомбить баррикады с полной уверенностью в их дальнейшей небоеспособности. Воробушек в Панаме приказывала стрелять с тридцати шагов… Пираты, бросив пушки и прикрываясь щитами, подобрались как можно ближе. Снова услышав знакомый вой снарядов, они немедленно вскинули эти щиты над головами и столпились под ними как смогли… Словом, кто не успел, тот опоздал. А затем, переждав разрывы картечных фугасов, ямайцы побросали щиты и ринулись в атаку. В знаменитую пиратскую атаку, сметавшую на своём пути всё живое.