Жорж Милославский. Начало (СИ)

Мдя, они-то меня вчера последний раз видели, у них никаких особых эмоций, кроме просто любви и просто озабоченности по поводу возможного опоздания. Вот и надо так выстроить отношения, чтоб не сильно отличались от прежних, но потихоньку всё дальше и дальше от тех отношений. Я уже как-то разучился быть ведомым. На автомате поковылял в санузел. Качало, как пьяного матроса, ноги дрожат, вестибулярный аппарат бунтует.
Вспомнилась старая привычка — собирать портфель в школу с вечера, значит полезем в портфель за дневником. И что тут у нас? Дневник ученика 6-го «Б» класса школы № 59, листаем дальше, третья четверть, 1981-й год. Мне двенадцать лет, в июне тринадцать будет. Рояль, я нашел рояль в кустах! Мозг, думай тише, гормоны, не засоряйте кровь так бурно. Хорошо, не рояль, а губная гармошка в траве — я попал в удобное для себя время. По времени выходит, что я только-только перешел в другую школу. Помню, несколько раз чуть не опоздал на уроки, когда подходил к школе и вдруг понимал, что пришел не туда. Вписаться в новый коллектив с новой личностью легче, чем переродиться в старом, где тебя наизусть знают. В Москве могу на автомате добраться от дома до офиса, не отдавая себе отчета в происходящем. Наверняка, такое со многими происходит. Продолжаем, физкультуры сегодня нет? А когда сегодня? «Маааам, какой сегодня день недели?!» Четверг, еще три дня в школу ходить. Учеба по субботам, проклятье советского школьника. Отголосок тех времен, когда и взрослые работали шесть дней в неделю. Косность педагогической науки, вечная история. Они и школьную программу сто лет не могли привести к современным реалиям. Ага, а потом привели, лучше б не приводили… Ладно, мозги постепенно приспосабливаются к обновленному сознанию, наверняка попытки мыслить по-взрослому их чуток разгонят. А если еще и дополнительную гимнастику для извилин делать, результат будет.
Голова думает, руки как бы сами по себе одевают это тельце, рот пережевывает бутерброд с маслом и прихлебывает чай. Да-а-а, а вкус оставляет желать лучшего. Вкусовые пупырышки возмущены. Вспомнились интернет-истерики некоторых адептов СССР на предмет божественного вкуса советского хлебушка. Забыли болезные, а может просто сильно везло им. В нашей Тульской области качество хлеба было очень нестабильное от «полбуханки сгрыз, пока из магазина донес» и до «не хлеб, а глины кусок». Чай грузинский, который еще лучше азербайджанского, настолько лучше, что пить не противно. Если с сахаром и слабо заварен. Вспомнилось: когда мой сын пошел в первый класс, мы его пытали, чем их кормят на завтрак. Оказалось, что давали кашу и какой-то напиток. Через неделю сын заявил: «Сказали, что это не напиток, а чай» Вот и у родителей эпохи развитого социализма дома был напиток с названием «чай». Опять подвис на минуту.
Ой! Я же не представился вам, дорогие читатели! Зовут меня по-разному, то Жориком, то Жоркой, а по документам я Георгий. Всем понятно, что Жорой может быть только крупный улыбчивый добродушный парень. Видимо под влиянием своего имени из тощего мелкого шкета я вырос в такого крупного склонного к полноте, но мощного парня с широченными плечами. До широченных плеч теперь мне еще дорасти надо, а полноту постараюсь не допустить, хотя бы на период молодости. После показа по телевизору комеди «Иван Васильевич меняет профессию» меня во дворе и школе стали звать Жорж Милославский, благо и родная фамилия располагает, вполне располагает. Нас в классе трое с «княжескими» фамилиями: Ира Ольжевская, типичная польская панна; Шурка Московский, типичный урка и я. Ира была одна из двух девушек в нашей школе, носящих школьное платье длиной ниже колена. А Шурка меня приятно удивил потом — вырос человеком труда парень, таксистом стал. Впрочем, в 2000-х таксистами стали многие. «А фамилия моя… фамилия моя слишком известна, чтобы я ее называл!» В конце концов, чем Милославский из комедии не образец для подражания советского школьника восьмидесятых годов. Активная жизненная позиция, целеустремленность, готовность бороться с нетрудовыми элементами до последнего рубля спекулянтов и расхитителей. Впору на доску почета вешать. Там таких много висит под шапкой «Их разыскивает милиция». В первой версии фильма «Иван Василич…» Милославского посадили. Но худсовет решил, что эта концовка выглядит грустно, дали сбежать герою. Тем более тому, кто Кемску волость отстоял от шведов.
 
Задуматься на ходу — моя обычная история, ноги сами несут по привычному маршруту, голова не думает, ноги идут в школу. Но ситуация не та — кругом целая затерянная страна, которая живет по другим законам и понятиям, выученным мной сорок лет назад и забытым за ненадобностью. Тут могут остановить сверстники и поинтересоваться, из какого ты района. Могут защитить от хулигана прохожие, они же могут надрать ухо за хулиганство или за то, что таковым является с их точки зрения. Тут ключи от квартир лежат под ковриками, а школьников могут на месяц отвлечь от занятий для работы на колхозных полях. При этом детский труд запрещен конституцией, а деньги за детский труд получит школа и потратит их на нужды школы. В этом мире «Человек труда — это звучит гордо!» — только что прошел мимо плаката. При этом рабочий зарабатывает больше инженера, но меньше продавщицы. А больше продавщицы из ликеро-водочного получает только шахтер или профессор. Шахтеры и профессора — легальные покупатели Жигулей. Артисты и заведующие оптовыми базами — реальные владельцы предметов роскоши. Здесь дорогу могут раскопать через неделю после укладки, а засыпать через полгода, а снова заасфальтировать еще через полгода. А могут и не асфальтировать совсем.
Иду верчу башней, впитываю пейзаж. Конец зимы, валы снега по обочинам, ледяные языки на тротуаре пунктиром обозначают путь в школу. Разогнался, проехал, подпрыгнул, разогнался, проехал… Скорость движения выше, чем на скейте. Отвлекся, чебурахнулся, подобрал ушанку, разогнался. Удовольствие неописуемое! Как накаркал про дороги и ямы, напротив моей школы котлован поперек дороги глубиной в пару метров. И никакого ограждения — ловушку на мамонта выкопали?
На разминку я опоздал, видите-ли. На какую разминку? Перед самой Олимпиадой-80 какой-то умный человек придумал, что уроки теперь начинаются с физкультурной пятиминутки прямо в классах за пятнадцать минут до начала уроков. Гады, отняли у всех пятнадцать минут сна. Записали как опоздавшего, хрен бы с ним, не накажут. Еще в прошлой жизни заметил, в этой школе отношение к ученикам выстраивается от их успехов в учебе. Если ты хорошо учишься, то смотрят сквозь пальцы на некоторые косяки с дисциплиной. А если на пятерки — то можно даже на посещаемость забивать слегка. Лично я в старших классах не ходил в школу по субботам, если родители уезжали куда-нибудь. Первым уроком история у Мормышки. Пожалуй единственная никем неуважаемая учительница в нашей школе Мормышка, она же Хомяк. Бесформенная женщина без возраста и харизмы. Что у нас вообще проходится-то? История средних веков, тема «Начало реформации в Германии». Надеюсь, к доске не вызовут, из курса истории помню про Германию одну фразу «Карта Германии к 17-му веку была похожа на лоскутное одеяло…», скукота! И вообще, обманули! Это уже нифига не средние века, сплошной огнестрел, товарно-денежные отношения, становление буржуазии и национальное пробуждение. Во как сказал, самому страшно стало. Прикидываюсь ветошью и слушаю, досидим как-нибудь. Да, не зря не любят училку — без огонька рассказывает, не любит свою работу. Вспомнил опять, в восьмом классе она же ухитрилась заявить: «Кому неинтересно, тот может уйти!» Все мальчишки тогда, не сговариваясь, встали и ушли.
Урок высидел, чуть голова не открутилась, рассматривал одноклассников. Удачно так получилось, я в классе новенький, знаю не всех, любопытство объяснимо, незнание имен тоже. На самом деле почти всех помню, кого по фамилии, кого по имени. Куча Наташ в классе, мальчишек всего одиннадцать из тридцати учеников, что необычно. Все Наташи в старших классах вытянутся в рослых барышень, это такое влияние имени на носителя или случайность? А вон самая махонькая Маша Акимбаева, так и останется пуговкой с ростом 148 см. Фамилия казахская, на внешность типичная кореянка. Витька Филипов, самый красивый парень, умный и музыкальный, но без стержня. Таких девчонки не сильно привечают. Олег Листратов, добродушный и спокойный как удав, химик-самоучка. Три Женьки на класс, почти каре! Спокойный подобрался класс, умный и позитивный, из тридцати учеников половина учится в музыкальной школе. Когда из двух восьмых классов сформируют (или сформировали?) один девятый, получился вообще класс мечты. Практически все ходили на всякие курсы и факультативы, собрали классный ВИА, все поступили в институты. Вот только вышку получили меньше половины. Мало уметь идти к цели в коллективе единомышленников, оказывается. Надо уметь идти одному или даже одному против всех туда, куда нужно тебе. Взрослая жизнь сбивает с курса. А пришедшие девяностые годы сбивали с ног. А?! Звонок? Как я задумался, эдак можно в чудаки попасть.