Как я не хотела спасать мир (СИ)

Я вздохнула, закуталась в одеяло и отвернулась к стене, смежив веки. Вдруг мне все же повезет?
— Эй, сонное царство! — разорялись где-то неподалеку противным голосом. — Вставай! Пора обед варганить! А то всех принцев проспишь! Так и будешь всю жизнь с лягушками целоваться!
— Да не нужны мне ваши принцы! — подскочила я спросонья. И поняла: мне не повезло! Я все еще в своем глюке. Видимо, мне попалось какое-то супер-крепкое лекарство. Со стойким побочным эффектом. Только почему этот эффект имел черную шерсть и разноцветные глаза?
— Вот и хорошо, что не нужны, — довольно мяукнул кошак, стоя над чем-то, очень похожим на зайца. Мертвого зайца. — Тогда давай приниматься за дело, потому что тут принцев нет, да и ты не принцесса.
— И кто б сомневался, — пробурчала я. — Но все достигается с опытом. Знаешь, одна тоже принцессой не была, а поспала на горошине — и сразу стала.
— Это ей так с мужем не повезло? — вытаращил на меня глазюки пушистый извращенец. — В смысле, долго искала, ничего не нашла и просто выспалась сверху?
— Это была обычная горошина, — нахмурилась я, не зная — то ли мне смеяться, то ли плакать. — Сушеная.
— А-а-а, — кивнул лобастой башкой кот. — Ну ты тоже можешь попробовать. Вон там в углу целый мешок стоит. Хочешь — спи на нем, хочешь — стой. Но я предпочитаю его есть. Так что меня в свои заведомо провальные эксперименты не втягивай. Лучше давай шевели своими телесами к этому зайцу. Надо с него шкуру снять и разделать.
— Я? — вытаращила я на него глаза. — А ты сам не можешь? Ты же все же мужчина, как я предполагаю.
— Можешь быть в этом уверена, — фыркнул на меня блохастый паразит. — И, как мужчина, я добыл нам обед, а все остальное — твоя забота. Давай, не отлынивай.
— А может, мы его прямо в шкуре сварим? — попробовала я улизнуть от женского долга.
— И есть мы его тоже будем в шкуре? — оскалился рабовладелец. — Чтобы удовольствие продлить? Представляешь, ешь и отплевываешься.
— Тьфу на тебя! — сплюнула я в сердцах. — Не умею я шкуру сдирать. Давай ты меня научишь, а в следующий раз я, может быть, сама справлюсь.
— И чем, по-твоему, — вытаращился на меня кошак, — я буду это делать? Или ты не знаешь, что коты не могут держать нож? — Он продемонстрировал мне свои лапы.
— Коты и разговаривать не могут, — вздохнула я, понимая, что отвертеться не удастся, потому что есть хотелось даже в этом чертовом состоянии.
— Это парадокс, — согласился со мной довольный паразит. Махнул лапой: — Ножик вон там. Дерзай.
И я подерзала…
Через пару часов, кучу вырванных у меня нервов и еще большую кучу вырванной у кота шерсти, я смотрела на растерзанную на мелкие кусочки тушку зайца, на которой все еще оставалась шерсть.
— Ты бы не мог в следующий раз, — растерянно попросила я у икающего кошака, — принести что-то без шкуры?
— Ты предлагаешь, — упал на пол кот и задрыгал лапами, — пугать зверей заранее, чтобы они сами раздевались? А может уговорить их сразу и зажариться? Ну, чтобы время не терять…
— А так можно? — покосилась я на него с дикой надеждой, отметая сарказм.
— Ты ж у нас ведьма, — заржал мерзавец, помахивая роскошным хвостом, которому недолго оставалось быть роскошным. Я так думаю, что крысиный стиль этой зубастой акуле как раз по рогам. — Наколдуй и заставь их еще и пережевываться сразу. А что? Будешь напрягаться только в сортире!
— Бытует мнение, — уставилась я на него с неприкрытой ненавистью, — что коты мимишки и лапочки. Так вот! — ткнула я в него ножом (жалко, не попала) — Врут, как брешут! Ты если и лапочка — то только с изнанки! И вообще, я есть хочу!
— Заяц почил смертью храбрых, — заявил кошак, — даже два раза. Ты хочешь его еще и третий раз поиметь?
— Есть варианты? — надулась я, пытаясь сообразить, что сделать с этими скорбными останками. Милосерднее всего было похоронить, то, как понимаю, мне готовую еду никто на дом не принесет.
— Есть, — спокойно ответил козел в кошачьей шкуре. — Все же хоть что-то спасти и сварить похлебку. Если ты, конечно, умеешь готовить.
 
— Готовить я умею, — призналась я. Почесала нос и повинилась: — Но я совсем не знаю, как пользоваться этой допотопной печкой. Так что еще вопрос, смогу ли вообще хоть что-то приготовить.
— Убоище, — с тоской посмотрел на меня кот и пошел в другой конец комнаты. Пошарил там и притащил крынку сметаны и половину краюшки хлеба. — На, немочь, закуси свое горе.
— Спасибо! — впилась я зубами в горбушку и заурчала от удовольствия. — Откуда такая роскошь?
— Так от твоих клиентов, — зубасто улыбнулся кот, отливая себе в маленькую чашку сметаны. — Кстати, через пару дней к тебе за заказом придут. Так что, если не хочешь голодать или жрать зайцев в шкуре, давай собирайся и свари пару зелий!
— Чего я должна сделать?.. — чуть не подавилась я. — Чего сварить? Какие зелья?
— Одно приворотное, — на полном серьезе сказал кошак. — Второе для потенции. К слову, если ты вместо него сваришь зелье от прыщей, то это ему тоже поможет. У пацана только одна проблема: отсутствие мозгов, а это никакими зельями не лечится. Если только его в них не утопить.
— Но я не умею, — растерялась я до такой степени, что даже есть перестала. — Откуда я знаю, как варить эту бурду? Да и нужного образования у меня нет. И, наверное, нужен какой-то сертификат качества, да? И, как минимум, стерильность…
— Мозги у тебя стерильные! — нагло перебил меня блохастик. — Кто ж к тебе, такой красивой, придет без должного антуража? Нет, ведьма должна быть злобной, старой, грязной и с метлой. Тогда она вызывает уважение и страх! А ты… — Он окинул меня нечитаемым взглядом и распушил хвост. — Ты пока что вызываешь исключительно жалость!
— Да и ладно! — обиделась я. — Подумаешь, какой разборчивый! Я, между прочим, в аварию попала. Оттуда и шрамы. И вообще, это невежливо говорить такие вещи… — и скривила губы.
— Да мне чхать на твою внешность, — откровенно признался кот, обходя меня по кругу. — Меня больше интересует, смогу ли я тебя чему-то научить, или ты будешь умирать на моих лапах от голода.
— И как же ты меня можешь научить? Чему? — не выдержала я марку, сгорая от любопытства. — Рецептик запишешь на долгую память? Так у тебя ж лапы, а царапины я читать не умею.
— Научишься! — как-то очень зловеще пообещал мне потенциальный учитель, запрыгивая на стол. — Если, конечно, умеешь читать, — на этих словах он замерцал и превратился в громадную книгу в черном кожаном переплете.
Я испуганно всхлипнула. Книга вздрогнула, открылась, еле слышно щелкнув застежками, и зашелестела страницами. Наконец остановилась на каком-то рецепте, записанном витиеватым почерком.
— Вот, — сообщила мне книга противным менторским голосом кошака. — Это — рецепт для приготовления магического зелья для приворота. Сначала собери перечисленные ингредиенты, потом будем учиться пользоваться ведьминским котлом.
— Ты — самоубийца, — честно констатировала я, осмотрев предлагаемый инвентарь. — И я вместе с тобой. Убьемся на пару.
— Глаза боятся, — откомментировал мое замечание… даже не знаю теперь кто, — а руки делают! Давай уже все подготовим.
— Ну и как мне тебя называть, о Великий Йода? — фыркнула я, изучая список.
— Можешь называть меня Мой Лорд, — на полном серьезе предложил этот блокнот для сортира. — Или Лорд Ректор. Тоже пойдет.
— Нет, — отказалась я, начиная против воли хихикать, — так мы далеко не уедем. Давай, серьезно. Меня, например, зовут Зоя. А тебя?
— Ладно, — смирился книжный кот. — Называй меня Гри.
— Приятно познакомиться, — проявила я запоздалую вежливость. И не удержалась: — Почему Гри?
— Почему-почему, — пробурчал собеседник. — Потому что я твой гримуар, сокращенно — Гри. Что тут непонятного?
— А непонятно мне, — тыкнула я в книгу пальцем, — что такое мозгокрут тысячеголовый?
— Щекотно! — вздрогнула книга и отодвинулась. — Травка это такая — синенькая с фиолетовыми цветочками и пурпурными листиками. Посмотри наверху внимательно.