Невеста по договору (СИ)

С большим интересом, Максим разглядывал мою “норку”.
– А это зачем? – он перебирал стеклянные фигурки которые были прицеплены к люстре.     
– Не зачем, просто для красоты, они меня успокаивают, –  попыталась я объяснить функцию безделушек.
– Лера! Ты дома? – раздался голос тёти Маши из прихожей. Максим смотрел на меня, ждал моей реакции.
– Мы тут, у меня в комнате, – сказала я выглядывая в коридор.
– Мы? – удивлённо спросила она и пошла за мной. – Ой! Вы, наверное, Максим? – расплылась тётя Маша в улыбке.
– А вы, наверное, Мария Геннадьевна? – в свою очередь спросил он, вставая с моего дивана.
– Как хорошо, что вы к нам зашли, – продолжала она не скрывая восторга. Максим не знал, как себя вести, я это увидела. – Лера, ты гостя чаем напоила? – переключилась тётя Маша на меня.
– Да, Лера кофе сварила! Спасибо, милая, – я чуть не засмеялась, Максим посмотрел на меня строго, от этого мне стало ещё смешнее.
– Я уже уходить собирался, приятно было с вами познакомиться, Лера про вас много рассказывала, – теперь я на него смотрела угрожающе, а Максим улыбаясь обнял меня. – Пойдём, Лера проводишь меня до дверей, – и потянул меня с собой.
– Заходите, Максим, к нам почаще, – добродушно и ничего не подозревая, сказала тётя Маша, и пошла на кухню.
Мы вышли в прихожую, я беззвучно смеялась над ним. Максим притянул меня к себе и поцеловал, подловил удобный момент. Я не вырывалась, делала вид, что жертва обстоятельств, а на самом деле мне это нравилось с каждым разом больше.
– Ты знаешь, я скучать без тебя буду, – Максим отодвинулся и смотрел какое-то время на меня.
– По договору не положено скучать, – я попыталась свести всё в шутку.
– Очень надеюсь, что мне это поможет, – он надел кроссовки.
– Утром же опять увидимся, – продолжала я рассуждать. – Ты мне расскажешь результаты нашей работы? – Максим заулыбался, видимо, упоминание о нашей работе, его развеселила. Согласна, так себе работнички.
– До завтра тогда, – и он вышел из квартиры.
Мы поболтали с тётей Машей, я ответила на все её вопросы. Тётя Маша рассказала, что Галина не соглашается переезжать к дочери, а сама постоянно болеет. Так что какое-то время ей придётся ездить к сестре, помогать.
Я зашла к себе в комнату, тут всё ещё был запах туалетки Максима. Вот зачем он мне сказал, что будет без меня скучать, теперь и мне его не хватает.
Неделя прошла быстро, по крайней мере мне так показалось, потому что в субботу ждал “судный день”. Одно дело кривляться перед коллегами, а тут родители Максима. Они же его знают и обязательно что-нибудь заподозрят, но деваться было некуда.
– Поехали ко мне, – сказал Максим вечером в пятницу.
– Я тётю Машу даже не предупредила, – запротестовала я сразу.
– Ну так позвони ей, в чём проблема, – интонация у него была злая, Максим первый раз так себя вёл. Я отвернулась и замолчала, потому что не собиралась общаться в таком тоне, и наверное пора заканчивать эту комедию.
– Прости, Лера, я не хотел, – Максим заметил, что мне не понравилось, как он со мной разговаривает. – Никифоров никак себя не проявил, нам обязательно надо съездить к родителям, – я не поняла, как он это связал между собой.
– Хорошо, поедем! Ты завтра за мной заедешь, – предложила я.
– До завтра ты так успеешь накрутить себя, что в итоге ничего не получится, – Максим высказал свои опасения и был не так уж далёк от истины.
Я вышла из машины, чтобы позвонить тёте Маше, Максим смотрел на меня через окно.
Естественно она теперь была обеими руками “за”, да хоть я жить к нему переезжай. Понятно, что тётя Маша радовалась за меня, она же себе такое и вообразить никогда не сможет, то что я ненастоящая невеста. А я ей вру! Ради чего? Слёзы катились по щекам. Максим не выдержал и вышел из машины.
– Лера! Что-то случилось? – может и ему наврать, хотя, я это уже сделала, про мать свою наврала. От этой мысли, я разревелась ещё больше. – Что-то с Марией Геннадьевной? – Максим, взял меня за плечи и потряс не сильно.
– Нет, со мной случилось, – едва выговаривала я сквозь слёзы. – Я нагло вру, самому близкому человеку, – он прижал меня к себе и гладил меня по волосам. В детстве меня так папа успокаивал, но Максим об этом не знал. И я успокоилась, как в детстве. 
 
– Поехали, Лера, пожалуйста! – а сам не выпускал от себя.
– Поехали, – согласилась я, но тоже не пыталась освободиться. Наконец, Максим взял меня за руку и посадил в машину.
На самом деле обиднее всего было понимать, что я его не очень-то интересую. Максиму нужно Никифорова подловить. А что потом? Потом я стану ненужной! Возможно я ему уже надоела со своими соплями. Ладно, буду довольствоваться обещанным повышением и квартирой, аж бизнес-класса!
– Ты устала, я это вижу, – проговорил Максим, когда мы подъезжали к его дому. – Сейчас чего-нибудь поедим, в душ и спать, – я понимала, что он меня успокаивал, но мне от этого было только хуже, поэтому я молчала. – Или можно кинушку какую-нибудь посмотреть, если хочешь? – в другом состоянии, мне стало бы смешно, но не сейчас.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
В прихожей я заметила тумбочку, которая в прошлый раз стояла в спальне.
– Ты сделал перестановку? – спросила я, показывая в сторону тумбочки.
– Подумал, что она здесь нужнее, – да уж , теперь прихожая не кажется такой пустой и огромной.
В знак одобрения, я положила на неё свою сумочку, и пошла сразу в спальню, чтобы переодеться.
Открыла дверь и замерла на пороге. В первые секунды, от переполнявших меня эмоций, не могла произнести ни слова.
– Они такие красивые! – наконец-то выдохнула я. На люстре были подвешанные фигурки, они переливались на солнце, разбрасывая блики по всей комнате. – Это просто фантастика, – я не могла на них налюбоваться, Максим стоял сзади и подталкивал меня внутрь комнаты.
– Нравится? – он кажется был счастлив не меньше моего.
– Очень нравится! Они ведь не стеклянные, да? – уж слишком эта прелесть сверкала, по сравнению с моими. – Надеюсь, они не бриллиантовые? – с недоверием я посмотрела на Максима.
– Они хрустальные, – засмеялся он. Я поцеловала его сама, конечно Максим сразу включился в процесс.
– Спасибо, Максим! Они классные! – я прижалась к нему и мы продолжали смотреть на фигурки, и шнуры на которых они качались, тоже были красивые, серебристые.
Только сейчас я заметила, что ещё был стол, тоже напоминавший мой, но только круче. Шторы тоже были другие, цветом почти, как у меня дома. От всего этого настроение моё поднялось до небес!
Значит мне нужны были доказательства, что Максиму не всё равно, теперь я их получила и счастлива!
Я прошла в комнату и уселась за стол, пооткрывала все ящички и отправила Максиму воздушный поцелуй.
На столе стоял ноутбук, к столешнице прикреплён светильник. Значит, он думает обо мне, хотя не обязан ведь.
Конечно же я была не справедлива сегодня к Максиму, ну, а как он вообще себе представляет этот приём у родителей. Я когда устраивалась в “ЭлитСтрой”, смотрела на Павла Александровича, как на небожителя, он же сделал эту огромную компанию, а теперь я заявлюсь к нему домой, и “Здрасте!”. От одной только мысли мне дурно становилось.
Я переоделась и пошла к Максиму на кухню.
– Ты всю неделю молчишь, ни слова про договора не сказал, – я села на подоконник, и молча ждала, что Максим скажет.
– Я недосчитался примерно около сорока миллионов, но это очень приблизительно, – у меня от услышанной суммы, чуть глаза на лоб не вылезли. – Хотел сверить документацию с Полиной, у которой я забирал договора, но она ушла на больничный, попытался позвонить, а она трубку не берёт. Я допускаю, что в финансист, тоже человек и может даже болеть, – он усмехнулся, и в голосе я уловила нотки сомнения. – Сказал отцу, он выслушал, мотнул в ответ и всё, – Максим при этом выразительно развёл руками.