Подземелье Кадхаса (СИ)

Старик замолчал и всхлипнул, попутно затягиваясь трубкой. История старика тронула меня, но я совсем не понимал, к чему он клонит. Мне захотелось его поддержать, но я не успел. Влад повернулся в мою сторону и улыбнулся:
— Прости, Цербер. Я затянул свою историю, но я посчитал, что тебе нужно было это знать. Ведь ты! — Он усмехнулся. — Ты был создан по образу и подобию моего Тошки. Идея, возникшая в моей голове тогда, была взята из детства. И только сейчас я понимаю, что Висп был ничем иным, как олицетворением Баги. Лучшим другом Цербера, которого он потерял. Почти вся твоя история была построена на моей собственной жизни и собственных упущениях. Именно я тогда создал тебя и весь этот мир, в котором и поселился после своей смерти. Я просто хотел ещё раз увидеть своего Тошку и знаешь, ты очень на него похож. Да, этот мир искажён, он совсем не похож на тот мир, в котором жил я, но в нём та же самая душа! Та же самая истина, и убрав из этого мира Агудара, ты лишь улучшил его. Сейчас я понимаю, что создав Агудара, я воплотил в жизнь свои сильнейшие страхи и свою собственную безответственность в былые времена. И мне очень жаль, что тебе чуть не пришлось за это поплатиться. Я вовремя сумел всё изменить и это хорошо…
Он замолчал и тяжело выдохнул, ожидая моих вопросов. Сам я и не знал, что сказать. Я понял рассказ старика и чётко осознал, что я лишь герой книги, которая лежит передо мной, на потёртой тумбочке. Я — ничто иное, как образ, записанный на бумаге, но оживший в чьём-то подсознании. Я ощущаю себя живым и вероятнее всего, таковым для себя и являюсь, но для него, я лишь персонаж, записанный в книгу.
Первый вопрос, который возник в моей голове, был вовсе не про меня. Почему-то мне очень хотелось узнать побольше про того человека, что сидел сейчас передо мной. Он излил мне душу, и я не хотел порочить его историю своими глупыми вопросами, никак к ней не относящимися.
— Скажите, как вы смогли попасть в этот мир? Я ведь правильно понимаю, мы сейчас в книге?
— Верно… — Старик едва заметно кивнул. — Мы в книге, но я тебя уверяю, всё вокруг — более чем, реально. В том мире, откуда я родом, существует поверье, что любая вещь, придуманная нами в голове, где-то существует или появляется в моменте, когда мы её придумываем. Ведь нельзя придумать то, чего нет. И я был склонен в это верить. Именно поэтому, прямо перед самой своей смертью, я записал себя в книгу, надеясь, что смогу после смерти перенести туда своё сознание.
— Выходит, раз вы здесь, у вас получилось?
— Не знаю. — Влад покрутил головой. — Возможно, я являюсь лишь отголоском того человека, который писал эту книгу. Я помню всё, что было в его жизни, но вероятнее всего, лишь пародирую его повадки, желания и мечты. Если немного об этом подумать, то я уверен, что это именно так. Душа того человека, должно быть, уже давно покинула настоящее тело и отправилась скитаться по мирам. В любом случае, это уже не важно. Главное, что с тобой всё хорошо и я этому очень рад. Уверен, знай, настоящий я, что его история и в самом деле обрела жизнь, он был бы так же счастлив! И гордился бы тобой!
— Мной? Почему?
— Потому что ты напоминаешь ему о его лучшем друге, которого он потерял. И ты олицетворил в себе всё то, что я хотел увидеть.
— Но я ведь не Тошка. — Произнёс я и покрутил головой в разные стороны. — Я не он.
— Нет, ты не он. — Старик улыбнулся. — Я надеюсь, что он сейчас в лучшем из миров. Пожирает самый вкусный стейк и радуется жизни.
— Так причём тут я?
— Притом, что пускай ты и олицетворяешь потерянного друга, ты и сам стал мне другом. Со своими качествами, чертами, целями и мечтами. Цербер — ты моё лучшее творение. Я вложил бесчисленное множество часов на создание этой книги. И сейчас я понимаю, что делал это не зря.
Я отвёл взгляд и посмотрел на книгу.
— Интересует? — Старик вздёрнул бровями в сторону книжки. — Могу одолжить. Перепишешь её так, как сам того пожелаешь.
— А я могу? — Мой голос вздрогнул, ведь о большем я и пожелать не мог. — Разве это не разрушит Ваши труды?
 
— Не разрушит. — Влад откинул голову на спинку кресла и выдохнул. — Мой труд окончен. В том мире, книгу я дописал, но концовку не помню. Здесь я множество раз старался её придумать, но она совсем никак не шла мне в голову, представляешь? Это в очередной раз наталкивало меня на мысль, что я лишь храню в себе воспоминания того, кто написал это произведение. Ведь мой образ был вписан в книгу задолго до её конца. Видимо, он просто не мог вложить мне в голову воспоминания о концовке и потому я не знаю, как её завершить. Сегодня я решил предоставить это тебе.
— Но, почему?..
— Всё дело в моём товарище. Я отъезжал в нижний город, чтобы закупиться кофейными зёрнами. В этом мире невероятно тяжело достать, но если постараться, то нужных поставщиков найти труда не составит. Пока я отсутствовал, он дописал концовку вместо меня, и это повело всю историю в ужасное русло. Ты чуть не погиб. Мне пришлось вмешаться, а Агудар это почувствовал. Не знаю как, но он ощутил, что кто-то извне влияет на этот мир. Он не успел догадаться, что это делаю я, прямо у него под носом. В итоге, ты я смог до тебя достучаться, и ты открыл силу, которая таилась в тебе с самого начала. Как я уже говорил, Агудар был пустышкой, прообразом лени, забав и бесцельного прожигания времени. Он не создавал этот мир, а просто таился в его сердцевине, строя из себя невесть что. Ты же, наоборот, имел все задатки для того, чтобы стать тем, кто сможет менять этот мир и искоренять даже самое гнусное зло. Просто… ты был скован сюжетом, который я задал, находясь в том мире. Скажем так, я снял с тебя эти ограничения и теперь ты способен на всё, что только пожелаешь.
— Выходит, стерев Агудара, я не сделал этому миру хуже? — У меня отлегло от сердца, когда эта информация дошла до моих ушей.
— Вовсе нет. Можно сказать, он был паразитом, живущим здесь за твой счёт. Ты просто от него избавился. — Старик вновь закурил трубку и заметно успокоился. История, которую он мне рассказал, заметно его растрогала, и сейчас ему стало значительно легче. — Скажи, Цербер. Что планируешь делать дальше?
— Даже и не знаю. — Я задумчиво почесал затылок. — В голове столько мыслей. Хочется сделать всё и сразу, но я совсем не представляю, как это провернуть.
— Что приходит на ум первым? — Влад повернулся ко мне и посмотрел мне прямо в глаза. В этот самый момент, я отчётливо понял, чего хочу.
— Увидеться со старым другом. — Я улыбнулся и посмотрел на книгу. — Точно могу взять?
— Делай всё, что хочешь. — Старик кивнул. — Рад, что ты, наконец, свободен. Надеюсь, ты воплотишь в жизнь все те мечты, что таились в тебе всё это время.
— Не сомневайтесь. — Спокойно ответил я и протянул старику руку.
— Ты чего? — Он с сомнение посмотрел на мою ладонь, потом поймал мой уверенный взгляд и, хмыкнув, крепко сжал мою руку. — Рад был повидаться. Удачи.
— И я был очень рад, спасибо за всё. — Я уже хотел встать и забрать книгу с собой, как вдруг понял, что не сказал самое главное. — И Вы ни в чём не виноваты. Уверен, он в лучшем из миров и вспоминает Вас с теплотой. Судя по тому, как сильно Вы переживаете, даже спустя столько времени, Вы и в самом деле его любили, а значит, и вины Вашей в его пропаже нет. Он сам сделал такой выбор и сам сбежал. Если я создан по его подобию, то я с уверенностью Вам говорю, что это так. Он бы Вас не бросил, если бы у него не было на то причин. Вероятнее всего, он просто не хотел, чтобы Вы видели, как он умирает. Это бы могло оставить неизгладимый шрам на вашей душе. Он о Вас позаботился. Цените это.
На глазах старика проступили слёзы. Он встал и потянулся ко мне, чтобы обнять. Я без всяких сомнений крепко обнял старика и хлопнул по спине. Старик сделал тоже самое, и после отпрянул назад, посмотрев мне прямо в глаза:
— Ты и в самом деле очень хороший. — Влад хмыкнул. — Демон с чистой душой, да?
Я улыбнулся и кивнул. Книга уже была в моих руках и более меня здесь ничего не задерживало. Бросив последний взгляд на комнату, в которой всё это время жил мой настоящий создатель, я закрыл глаза и перенёс себя в новое место, сокрытое от чужих глаз. То место, где я мог написать новую историю.