Запретный предел (СИ)

Чем ближе они подъезжали к Григоту, тем больше встречалось возделанных полей, на которых работали в основном люди с ошейниками рабов. Хотя встречались и свободные люди и даже вампиры-пахари. Иной раз навстречу им брели овечьи стада, и Дилль каждый раз вздрагивал, услышав блеяние — в памяти у него всплывали оскаленные морды овец безумного мага.
Когда в сумраке показался Григот, Дилль даже остановился. До этой минуты он представлял, что клан вампиров живёт в какой-нибудь деревушке, обнесённой деревянным частоколом, поскольку никогда не расспрашивал об этом ни Тео, ни Илонну. Увиденное потрясло его — Григот оказался настоящим городом с массивной каменной крепостной стеной, за которой виднелись высокие постройки.
Григот разительно отличался от городов людей — он весь был каким-то угловатым и мрачным. А если учесть тёмный камень, из которого были построены дома и крепостные стены, да ещё и сумрачное тёмно-серое небо над городом, то Григот производил гнетущее впечатление. Во всяком случае, на Дилля.
Впечатление не улучшилось, когда они въехали в город. Зато Дилль удивился ещё раз — на улицах он увидел множество людей. В основном это были слуги и ремесленники, но встречались также и солдаты. И, как он заметил, воины-люди чувствовали себя здесь очень уверенно — они не уступали дорогу даже вампирам, к воинскому сословию не принадлежащим. Тео коротко пояснил, что независимо от расы, воин всегда выше по положению в обществе.
В отличие от Тирогиса и, уж тем более, от Тригорода, улицы Григота были прямыми и пересекались друг с другом только под прямыми углами. Это создавало ощущение, что город на самом деле гораздо просторнее. Дилль подивился — какие, оказывается, вампиры аккуратисты.
— Не забудь, о чём ты должен говорить, — шепнул ему Тео, когда впереди показался высокий трёхэтажный дом с полусферой на крыше.
Дилль хмуро кивнул. Они втроём уже не раз обсуждали предстоящий разговор со старейшинами вампиров. Илонна и Тео считали, что избежать поединков можно только убедив старейшин в важности переговоров с драконами. Дилль, честно говоря, сомневался, что вампирские старики отнесутся к этому серьёзно — слишком хорошо он помнил смех патрульных, когда рассказал им о целях своей миссии.
Перед высоким крыльцом сопровождавшие их воины остановились, двое остались, а третий ушёл внутрь здания. Дилль посмотрел ему вслед и спросил:
— И что теперь?
— Сейчас он доложит старейшинам о нашем прибытии, совет тут же соберётся, выслушает нас и вынесет решение, — ответила Илонна.
— Вот прямо так сразу и соберётся? — удивился Дилль.
— В отличие от Ситгара, в Григоте все вопросы решаются быстро. Тем более, важные.
Дилль всё равно не поверил. Где это видано, чтобы правители бросали все дела и мчались на собрание только потому, что какой-то рядовой разведчик попросил их об этом? Однако уже через десять минут, входя в просторный полутёмный зал совета, он был вынужден признать, что система управления вампирским городом куда эффективнее, чем в Ситгаре. В Тирогисе, чтобы добраться до любого министра, не говоря уже о самом короле, нужно было пройти не одну инстанцию. И не факт, что это удалось бы сделать за один день.
Простые деревянные кресла с высокими прямыми спинками в большинстве своём пустовали. Дилль посчитал — их было двадцать пять. Только шесть старейшин оказались на месте, причём, один из них дремал. Дилль всмотрелся в лица древних вампиров и непроизвольно выпрямил спину и поднял подбородок, словно получив команду «смирно». Старейшины оказались глубокими стариками — лица их были изборождены морщинами, волосы были белыми, как снег, но от каждого из них веяло внутренней силой. Дилль не смог бы объяснить, что именно он почувствовал в этих старых вампирах, но это чувство внушало если не трепет, то глубокое уважение. И оно было знакомым — словно он уже испытывал нечто подобное. Он покопался в памяти и вспомнил — примерно то же самое он испытывал при виде великой драконицы Тринн.
— Докладывай, ученица Илонна.
Голос одного из старейшин оторвал Дилля от раздумий. Он отметил, что вопрос был задан на ситгарском. Это обнадёживало. Илонна вышла вперёд, поклонилась и коротко сказала:
 
— Ваша честь, я всего лишь сопровождаю посла короля Юловара, рыцаря и боевого мага сэра Диллитона. Прошу вашего дозволения рассказать ему самому.
Дилль недовольно подумал, что эти выкрутасы вампирского этикета ему совсем не по душе. Но друзья не раз предупреждали его, что с воинами будет говорить только воин, поэтому Дилль должен ждать разрешения, чтобы сказать своё слово.
— Рыцарь? — надтреснутым голосом спросил ближайший к Диллю старейшина — старик с переломанным носом. — Значит, он воин?
— Сэр Диллитон получил звание рыцаря за освобождение Неонина от Хранительницы Тринн, — ответила Илонна.
Старики переглянулись.
— Я помню, Орхам рассказывал об этом. То есть, воином он не является.
Дилль гневно подумал, что вампиры просто зациклены на касте воинов. С трудом подавив раздражение, он постарался сохранить каменное выражение лица.
— Сэр Диллитон — боевой маг, ваша честь.
— Маг? — с оттенком презрения спросил всё тот же старик. — Преподобный Герон невысокого мнения о магах, и я склонен с ним согласиться. Истинная доблесть — поразить врага в рукопашной схватке. А все эти летающие заклинания, как и арбалеты, и луки — так, игрушки. Вот Теовульф, который служит подтверждением этому. Из него так и не получился воин, потому Орхам и сплавил его в маги.
Бледное лицо Тео стало совсем белым, он закусил губу, но промолчал.
— Мы разрешаем сэру Диллитону обратиться к нам со своей просьбой, — сказал старейшина Илонне, насмешливо выделив его титул.
— Сэр Диллитон, вам разрешено обратиться к их чести, — поведала Диллю Илонна, словно он был глухой.
— Я не планировал посещать Григот, но имею письмо от Его Величества Юловара второго к своим вассалам, — Дилль достал письмо короля и протянул его старейшине. — Раз уж из-за вашего патруля я был вынужден задержаться, клану Григот надлежит выделить воинов для моего сопровождения в Запретный предел.
Илонна бешено сверкнула глазами, а Тео постарался незаметно ткнуть Дилля локтём в бок. Он сейчас сказал совсем не то, о чём они договаривались. Точнее, совсем не таким тоном. Старейшины по очереди прочитали послание короля Ситгара, кроме того, который так и не вышел из состояния дрёмы.
— Ситгар вёл неравную войну против объединённых армий нескольких государств, — сказал Дилль. — Сейчас основные города Ситгара находятся в осаде, и столица тоже. Я должен призвать на помощь драконов — это и есть цель моей миссии.
— Хранители больше не оказывают помощь людям — это всем известно, — сказал старейшина, у которого не было одной руки. — С чего бы они изменили свои принципы?
— У меня есть, что им предложить.
— Что?
— Это не подлежит огласке. Просто запомните одно: если падёт Ситгар, вампирские кланы прекратят существование. С юга вас поджимают хиваши — один клан уже погиб. Из Запретного предела каждый день лезет всяческая нежить, а когда с запада придут тилисцы, вам настанет конец. Тилисский король, в отличие от Юловара, не считает вампиров равными людям. Тилисский архиепископ с превеликим удовольствием сжигает на кострах ваших воинов. Госпожа Илонна может вам рассказать, чем для вампиров закончился ночной поход в лагерь тилисцев.
Взгляды старейшин обратились на девушку. Илонна склонила голову и глухо сказала:
— Генерал Куберт дал нам задание уничтожить как можно больше командиров тилисской армии. Мы незаметно проникли в их лагерь, но… нас обнаружили. Не понимаю, как это произошло — такое впечатление, что нас ждали. Двое были убиты арбалетчиками, а остальных забросали железными сетями и оглушили. Вырваться сумел лишь Орри — он добрался до ситгарского лагеря, где и умер от ран. Троих тилисцы казнили сразу — содрали с них кожу живьём, после чего сожгли на костре. Нас пятерых оставили для торжественной казни, — Илонна сглотнула комок в горле и продолжила: — Нас прибили к крестам. Мастеру Улваму вырезали сердце. Меня так засекли кнутами, что я потеряла сознание и больше ничего не помню.