Запретный предел (СИ)
Он вернулся в комнату, открыл дневник Адогорда и пролистал в конец.
'При создании муаров я использовал драконью магию, чтобы они чувствовали своё родство с охраняемым яйцом. Никогда не используй её против муаров — это твоя быстрая смерть.
Попытка унести яйцо из подземелья равносильна нападению на муаров. Они лишатся цели существования, что грозит им гибелью, и контур послушания разрушится. Это твоя мучительная смерть.'
— Действительно, бред какой-то, — пробормотал Дилль. — Он допускал, что я могу отдать яйцо драконам, и тут же написал, что это закончится моей смертью.
Он перечитал эти отрывки, затем ещё раз.
— Муары чувствуют родство с яйцом через драконью магию, — прошептал Дилль. — Вот оно!
Он вылетел из комнаты и спросил:
— Первый, вы чувствуете родство с драконьим яйцом?
— Да, мастер.
— А скажи-ка… — Дилль набрал воздуха, страшась узнать, что его догадка была неверной. — Если бы вдруг вместо этого яйца оказалось яйцо какого-нибудь другого дракона? Стали ли бы вы его охранять, как прежде? Не лишило бы это вас смысла существования?
— Это не противоречит завету первого мастера.
Дилль без сил опустился на порог комнаты. Победа! Значит, всё, что нужно сделать, это поменять яйцо. И муары останутся жить, и Ситгар будет спасён. В приподнятом настроении он попросил отвести его наверх. Дилль брёл по вонючей воде, и улыбался до ушей — ещё бы, он получил помилование в тот момент, когда уже совсем потерял надежду на спасение.
Глава 17
* * *Едва карета въехала во двор пажеских казарм, как к ней подбежали Тео и Илонна.
— Ваша премудрость, мы готовы к походу в Запретный предел, — выпалила вампирша.
— Тише ты! — рявкнул Адельядо. — Ну, готовы, и хорошо.
— Мы ждём вашего приказа, ваша премудрость, — сказал Тео.
Адельядо поморщился. Вино у Одборга оказалось не только хорошим, но и весьма забористым, отчего гроссмейстера слегка укачало по пути. Вампиры не так поняли выражение лица главы Академии.
— Ваша премудрость, без нас Дилль никуда не доберётся, — сказала Илонна.
— Только мы можем провести его безопасными путями, — вторил ей Тео.
— Что-то вы заспешили покинуть Тирогис, — в Адельядо проснулись подозрительные мысли.
— Мы просто волнуемся за Дилля, — оправдался Тео.
— А он не хочет нас с собой брать, — дополнила Илонна. — Говорит, что с ним поедут мастер Криан и Гунвальд.
Адельядо даже закашлялся. Вот как? Диллитон, мечтавший спровадить свою возлюбленную из Тирогиса, отказывается её увезти, когда появилась такая возможность? Он внимательно посмотрел на вампиров — быть может, это хитрая игра всех троих, чтобы усыпить его подозрения.
— Сейчас я всё выясню, — буркнул он. — Найдите мне Дилля.
Однако Дилля нигде не было. К гроссмейстеру пришёл мастер Оквальд с вопросом, какие комплекты доспехов готовить. Адельядо снова удивился, услышав, что Дилль действительно решил идти в Запретный предел с Крианом и каршарцем. Мастер Криан, на лице которого ещё виднелись шрамы от ранений в Академии, но который был вполне боеспособен, подтвердил, что адепт приходил к нему и просил присоединиться к важному походу.
— Он спятил что ли? — недоумённо пробормотал себе под нос гроссмейстер. — Криан, как этот баламут появится, сразу его ко мне.
Адельядо рассерженно ходил из угла в угол. Дилль своей выходкой рушил его планы. Гроссмейстер на девяносто девять процентов был уверен, что кровавый дракон — это Дилль, но оставалась маленькая возможность, что им может оказаться вампирша. Ведь недаром Дилль передал ей драконий дар. А кровавый дракон должен добровольно сунуться в Запретный предел. Значит, Илонна должна идти — чего-чего, а желания у неё хоть отбавляй. Оставалось выяснить, почему вдруг этот сумасброд передумал.
Когда, наконец, Дилль появился в его комнате, Адельядо сразу уловил «ароматы» подземелья, хотя адепт и пытался отмыться.
— В клоаке был? — спросил он, глядя на его мокрые волосы.
— Да. Я обнаружил яйцо королевы драконов.
— Отлично! — Адельядо потёр руки. — Скоро Академию приведут в порядок, я выделю специальное помещение для яйца. А пока оно побудет под моей личной охраной.
— Оно осталось в зале, мастер, — последовал ответ.
— Тогда снова иди вниз и принеси его, — Адельядо нахмурился — адепт вёл себя как-то странно.
— Ваша премудрость, я считаю, что яйцо будет в большей сохранности там, где оно пролежало несколько веков, — спокойно ответил Дилль.
— Ты считаешь? — медленно закипая, спросил Адельядо. — Меня не интересует, что ты считаешь. Иди и принеси яйцо.
— Нет. Оно останется там до тех пор, пока не понадобится для предъявления драконам.
— Мальчишка, — в ярости прошипел гроссмейстер. — Ты смеешь мне возражать? Ты знаешь, что я с тобой могу сделать?
— Думаю, что угодно, — меланхолично ответил Дилль. — Но кто тогда отправится к драконам?
— Я найду, кто это сделает.
— Ищите, ваша премудрость. Правильно ли я понимаю, что меня вы отстраняете от похода в Запретный предел?
Ярость в гроссмейстере перешла все допустимые границы. Между пальцев у него засверкали крохотные молнии, а в глазах заклубился жёлтый огонь. С огромным трудом Адельядо удержался, чтобы не испепелить наглого адепта, несколько раз сжал и разжал пальцы, глубоко вздохнул и, восстановив контроль над собой, спросил:
— Чего ты добиваешься?
— Ваша премудрость, если бы вы не гневались, а рассудили спокойно, то поняли бы, что яйцо должно остаться на месте. Поход в Запретный предел — дело небыстрое. Кто знает, что случится за это время? Я вполне допускаю, что город может быть взят, так зачем же давать клятым тилисцам шанс стать владыками мира?
Адельядо почувствовал дикую усталость. Проклятье на его седую голову, а ведь мальчишка прав. Меньше всего гроссмейстер хотел, чтобы тилисцы получили такой подарок.
— Вы, конечно, можете возразить, что в случае опасности забросите яйцо в какую-нибудь глубокую пропасть. Но если оно останется под охраной муаров, всегда будет шанс достать его, — продолжал Дилль. — Предполагая худшее развитие событий, я подумал, что даже в случае взятия Тирогиса, король может спастись, чтобы потом при помощи драконов вернуть себе власть. И возродить Ситгар.
— У тебя на всё готов ответ, — проворчал Адельядо. — Не мог сразу сказать? А если бы я тебя спалил?
— Но не спалили же. К тому же, всегда интересно узнать границы выдержки гроссмейстера.
— Экспериментатор нашёлся, — Адельядо почувствовал себя виноватым — он действительно потерял края. Это всё демонов Генетт со своими пророчествами. — Когда собираешься выйти?
— Как только врачеватели восстановят каршарца Гунвальда. Ваша премудрость, поскольку вампиры отказались идти, прошу заменить их на мастера Криана и каршарца. Опытный боевой маг и великолепный рукопашный боец будут замечательной командой.
— А как насчёт боевой связки? У Криана нет такого таланта, как у Теовульфа.
— Пробьёмся.
— Почему ты не хочешь брать вампиров?
— Я же сказал, они отказались. Я не желаю насильно тащить их в опасный поход, пусть обороняют Тирогис.
— Вот что, молодой человек. Вы поедете втроём: ты, Теовульф и Илонна. Всё, решение принято и обжалованию не подлежит. С сегодняшнего вечера врачеватели начнут восстанавливать Тео, и как только он будет готов, вы уйдёте. Всё ясно?
— Как прикажете, ваша премудрость.
Адельядо напрасно ожидал, что на лице Дилля промелькнёт торжествующая улыбка. Адепт остался невозмутим.
— Возьми свою команду и идите к Оквальду. Он вас поучит обращению с атакующими кольцами. По большому счёту эти артефакты — простые безделушки для богатых, но в таком деле всё может пригодиться.
Адепт поклонился и ушёл. Адельядо снова принялся ходить из угла в угол, размышляя, не сделал ли он ошибку. Что-то слишком уж спокоен Дилль, наверняка задумал что-то. Возможно, надо было поддаться эмоциям и испепелить нахального адепта. В конце концов, у него в запасе есть ещё один обладатель драконьего дара.