Солнечный зайчик (СИ)
- Это кто там кота в лаваш заворачивает? — Я слышу веселый знакомый голос и поворачиваюсь. Макс с Никитой направляются в нашу сторону, неся в руках какие-то бутерброды.
- Не я, - мотаю головой, улыбаясь. И принимаю из рук Максима нечто в белом хлебушке и стеклянную бутылочку гранатового сока.
Лера от угощения отказывается напрочь, решая дождаться, когда доделают ее шаверму. Тем более продавец уличной еды, увидев Никиту с Максом, киснет на глазах. Он понимает, что с такими парнями ему тягаться бессмысленно. Поэтому Лера остается ждать свой заказ, чтобы попробовав то, что радушный повар с такой радостью для нее готовил.
Мы усаживаемся на лавочку, устроив импровизированный привал. Мальчишки раскладывают припасы, которые достали из машины. Шаверму с курицей мы с Максом съедаем на двоих. И мне даже в голову не приходит побрезговать лопающим мой бутерброд парнем. Все кажется вполне естественным, словно мы всегда с ним так жили.
Немного заморив червячка, мы неспешно отправляемся на выход из парка, на стоянку, где нас ждет припаркованный «Мерседес». Есть уже не хочется, но вот выпить и потанцевать никто не против. Потому забираемся в автомобиль и по узким брусчатым дорожкам, усыпанным Старый город, отправляемся в современный Родос, блещущий высотками, магазинами и клубами.
Ресторан Никита выбирал с традиционной кухней, потому что Лера очень желала попробовать знаменитое греческое мезе. Мне тоже интересно посмотреть, что это такое. Я еще в Москве прочла об этом любопытном ястве, и уезжать из Родоса, так и не вкусив его, совсем не хотелось.
Большинство ресторанов столицы острова — это небольшие семейные предприятия, где основную часть функций выполняют сами хозяева. Их отличает простота интерьера и блюд. Но мы подъезжаем к довольно крупному ресторану, украшенному высокими белыми колоннами, величественными статуями греческих героев и замысловатыми люстрами, и светильниками. По периметру на довольно большом расстоянии под полупрозрачными балдахинами стоят миленькие сервированные столики с видом на море.
Обстановка очень уютная и элегантная. Никита отодвигает для Леры стул. Макс поступает так же, помогая мне сесть. Принимаю его ухаживания, думая про себя, что, оказывается, приятно общаться с парнями постарше, они умеют быть галантными и внимательными, если хотят. Официант в черных брюках и светлой рубашке подает нам меню и коктейльную карту. И пусть мы уже неплохо поели на свежем воздухе, все равно охота попробовать долгожданное мезе.
Мезе - это не совсем блюдо, не совсем закуска — скорее набор блюд состоящих из небольших порций. Греция славится своим мезе, которое может быть овощным, мясным или из морепродуктов. Мы выбираем два варианта: рыбное, с креветками в кляре, сардинами, осьминогами, мидиями, нежнейшими кальмарами. И овощное, в которое входят фаршированные, маринованные или запеченные на гриле нежные соцветия молодой цветной капусты, свеклы, сельдерея; баклажаны, которые слегка обжаривают на оливковом масле с приправами. Королями закусок считаются многочисленные соусы: дзадзики - готовят из натурального йогурта, натертых и отжатых огурцов, чеснока и мяты. Скордалья — смесь чеснока, оливкового масла, размолотого миндаля, хлеба и картофеля. Мелидзаносалата — запечённые на гриле и растертые до пюреобразного состояния баклажаны с чесноком, лимонным соком, йогуртом и оливковым маслом. Мезе в Греции принято подавать с узо — традиционной анисовой водкой. Парни берут себе узо, нам же официант рекомендует домашнее белое вино, от которого мы с Лерой не отказываемся.
Уже через двадцать минут наш стол ломится от количества принесенных блюд. Я смотрю на это гастрономическое безумие и не понимаю, как все это может в нас влезть. - Макс, тебя не набирал старший брат? — Интересуется Никита, очищая для Леры королевские креветки. — Я не могу до него дозвониться.
Я сижу и настраиваюсь попробовать сырые устрицы. Я их уже полила лимонным соком, но пока никак не могу заставить себя проглотить эти сопливые штуки. Хотя раньше очень мечтала их продегустировать.
- Игорь будет в Москве семнадцатого, хотя это твой друг, а не мой. Чего спрашиваешь?
Отлепляю взгляд от устриц и заинтересованно смотрю на Макса:
- У тебя есть брат? — Спрашиваю, отставив в строну бокал вина, который держала. Я почему-то раньше не думала о родственниках Коршуна. Понятно, конечно, что он не из детдома, но все же.
- И брат, и сестра, Максим младший, - вместо него отвечает, улыбнувшись, Никита. — Ты не говорил? — Поворачивается к другу.
- Меня никто и не спрашивал, - пожимает плечами Макс, щелкая как семечки пузатые мидии.
Понятно, младшенький. Самый любимый и избалованный. Это по нему видно. Интересно, а кто у него родители? Даже слепому заметно, что Коршун вырос в богатой семье. Он ведет себя, держит, разговаривает как господин. Но вот дерется не хуже разбойника.
- Мама, папа есть? — Пытаюсь пошутить я, на манер Миши Галустяна. Уж очень интересно, кто они такие.
- Мама, папа есть, - кивает Коршун, чуть растянув, губы в усмешке. Поворачивается ко мне. Опершись локтем на стол, подпирает рукой голову. — Спрашивай, что интересует. У меня от тебя секретов нет.
Становится так приятно от его доверия, что хочется потянуться к нему навстречу и в знак благодарности чмокнуть в губы. Но я стеснительная, не могу перебороть себя на людях, поэтому отзеркаливаю его позу и с удовольствием задаю вертящийся на языке вопрос:
- Почему ты так часто дерешься? — Как-то само собой вылетает, хотя хотела спросить о другом.
У Макса удивленно вытягивается лицо, пару минут он просто, не мигая, смотрит на меня, а потом, усмехнувшись, проводит по лицу рукой.
- С чего ты это взяла? — Садится ровнее и, откинувшись на спинку стула, скрещивает на груди руки. — Кого я бил? Где ты это видела?
- На пляже, когда мы только приехали. На корабле ты Илье нос расквасил. Ну и вообще, - взмахиваю рукой в неопределенном жесте, а про себя думаю: «Не об этом я хотела поговорить. Ох, не об этом. Кто меня за язык дернул?».
Макс как-то задумчиво угукает, на пару секунд делает паузу, собираясь с мыслями. Бросает на Никиту озадаченный взгляд, но тот ему помогать оправдываться не собирается, наоборот, ждет его вариант ответа. Не получив желаемой поддержки, Коршун вздыхает, подбирая слова:
- Ну…- тянет, проводя пятерней по темным волосам, слегка растрепав их. — Потому что они меня взбесили.
- И ты всегда бьешь тех, кто тебе не нравится? — Тут же реагирую я, хотя уже сидела и настраивалась закрыть эту щекотливую тему. Чего дразнить зверя, если шкура дорога.
- Ты меня за бандита принимаешь? — Кривится он, фыркнув. — Нет, я людей так просто не бью, - немного сбавив эмоции, подается ко мне навстречу. — Просто накопилась усталость, все достало. А они попались под горячую руку. С тобой такое не бывало? И вообще, в некоторых случаях это твоя вина, - он ухитряется тыкнуть мне пальцем в лоб, пока я растеряно хлопаю глазами от неожиданного обвинения в свой адрес. — Потому что не надо меня дразнить и удирать. Я когда ревнивый — злой, запомни это.
Ну все, приехали. Сейчас начнет меня отчитывать и учить уму разуму. Илью припомнит и то, что я в аэропорту его кремом испачкала. Нет уж, спасибо, обойдусь. Надо срочно менять тему.
- Может, прогуляемся по пляжу, пока не совсем стемнело. Я больше не могу есть, сейчас лопну, зато воздухом подышать была бы рада, - обтираю рот салфеткой и поднимаюсь.
- Я согласна, - поддерживает меня Лера. Она в парке схомячила всю питу и с удовольствием поела желанное мезе. Теперь еле выползает из-за стола, потирая выпуклый животик. — А чем занимаются твои брат с сестрой и родители? - Вместо меня интересуется у Коршуна, беря его под руку. Она быстро разобралась, что я хочу об этом узнать, но стесняюсь устраивать допрос с пристрастием. И решила сделать это сама.
Лера никакого дискомфорта от своего любопытства не испытывает, потому что по большому счету Макс ей по-барабану. Зато Никита бросает на нее такие недовольные взгляды от того, что она держится за Макса, что я решаю поступить так же как подруга - цепляюсь за его локоть, чтобы никому не было обидно. Правда не успеваю насладиться компанией симпатичного строгого мужчины, как Коршун выдергивает меня, словно морковку, потянув за руку на себя.