СПИРИТ III (СИ)
— Тут могут быть еще паладины, и ей безопасней там, — ответил Хелл и добавил: — Нам нужно вниз, а она чувствует его силу.
— Отлично! Значит, вниз. Пускай все бывшие тирипсы почувствуют и нашу силу! — воскликнул Мяч и бегом устремился в коридор, где лежали сожженные Эйни солдаты.
Защищенные куполом щита, который передвигался вместе с ними, они спускались по обугленной лестнице. Впереди шёл Мяч, следом — Эйни, последними — Чак и Хелл. Время от времени девушка посылала вперёд мановые стрелы, чтобы они освещали путь в темноте, попутно поджигая висящие на стенах факелы. Чак возился с заклинанием геолокационной идентификации, повелев тому ориентироваться не на полюса, а на места скопления маны. Когда оно было закончено, взгляды волшебников встретились. Хелл одобрительно кивнул, понимая, что Чак проверяет правильность выбранного Хеллен пути до места силы. Бывшие Странники не доверяли суккубке и имели на это полное право, однако заклинание развеяло все сомнения. Хеллен действительно вела их к месту силы, причем сама дрожала от предвкушения. Демонесса искушений была настолько воодушевлена, что крабовый пророк видел, как мерцает её истинный облик в мире маны, разительно отличавшийся от того, в котором она представала ему для плотских утех. Но это уже совсем не беспокоило Хелла.
— Почему никого нет? — нарушил тишину Мяч.
— Может, потому, что ты всех убил наверху? — натянуто усмехнулась Эйни. Её трясло от нахлынувшего адреналина, и она старалась скрыть волнение за искусственно созданным хорошим настроением.
— А ты сама подумай, — бросил, не оборачиваясь, кот. — Мы приближаемся к самому важному объекту на планете, а нас никто не останавливает, кроме десятка несчастных паладинов в холле первого этажа.
— Ты намекаешь, что это ловушка? — тихо спросил Чак.
— Я ни на что намекаю, а всего лишь говорю, что все слишком просто.
— И о твоём этом дереве ничего нигде не сказано за все времена Сада… — добавила Эйни, обращаясь к Хеллу.
— Центр дерева близок! Не сомневайся, господин! — проговорила Хеллен, оборачиваясь к Клаусу.
— Чак, пока у нас есть столько маны, давай создадим силогенераторы. Такие, как тот, с которым ты пришел на Терру, — предложил Хелл.
— Ты думаешь, что мана вдруг иссякнет? — призадумался Чак. — Хотя Мяч прав: слишком всё просто идёт, а против нас не дети воюют.
Боги-маги тут же принялись за дело. Каждый колдовал свой блок заклинания, после чего они соединяли их в одно целое. Это ускорило процесс копирования силовых циклов, и уже через полчаса за Чаком и Хеллом уже тянулась целая туча серебристых, словно металлических летящих шариков, каждый из которых был условно разумен и способен в любой момент поддержать бывших странников силой.
Очередную попавшуюся на пути дверь Мяч вышиб играючи, и земляне оказались под высокими потолками круглого слабоосвещённого зала. Скрипнула тетива. Выпущенная Эйни стрела вонзилась в полусферический потолок и озарила всё белым светом.
Сверху капала вода. В центре зала на расстоянии примерно двухсот шагов от них прямо из пола возвышался черный цилиндр. В зал вело множество дверей разных размеров, расположенных по всему периметру подземного помещения.
«Все дороги вели нас сюда», — мелькнула у Хелла мысль.
— Ну что, пойдём обследуем это нечто. Чем быстрее справимся с джинном в цилиндре, тем быстрее всех победим! — улыбнулся кот и первым направился к черной колонне.
Глава 39. У центра мира
Гнетущая тишина разбавлялась эхом капающей сверху воды, которое разносилось булькающим звуком по всему залу. При взгляде на потолок складывалось ощущение, будто он держится всего лишь на одном-единственном цилиндрическом черном столбе, и чем ближе молодые боги приближались к нему, тем выше и шире он казался. Даже издалека цилиндр колонны выглядел изделием из совершенно другого мира. В отличие от грубо отесанных стен он был гладок и отражал невесть откуда бравшиеся блики света, хотя в кромешной тьме подземной арены светились лишь лук Эйни и нимб Хелла.
Бог-император шел последним. Казалось, что за это время он стал выше и крупнее — по крайней мере высокая лисодевочка едва доставала ему до груди кончиками своих ушей.
— Такое впечатление, будто эту штуку и вправду вставили между потолком и полом! — нарушил молчание шедший впереди Мяч. — По любому это и есть ЕГО тюрьма!
Ему не ответили. Обычно острая на язык Эйни молча озиралась и держала наготове свой лук, а Чак на ходу создавал очередной энергошар, которых в его поле, если смотреть через мир маны, и так уже накопилось немалое количество. Хеллен молча шла по левую руку от Хелла.
Когда до колонны оставалось шагов тридцать, темнота сгустилась вокруг них, и бывшие Странники, не сговариваясь, остановились.
Выходивших по очереди из-за черной колонны тэварских гигантов невозможно было не заметить. Их возглавлял бог-отец Груумш, чей ярко сияющий факел освещал всё вокруг так, словно его питало само солнце. Следом за ним, обходя столб слева и справа, показались мать-богиня Лутик и Ильневал, державший в правой руке острием вниз полуторный меч, который высекал искры из каменного пола. Лутик шла с опущенными руками, касаясь длинными когтями напольного камня.
Щит-сфера Чака помутнела, прикрывая землян от яркого света, а защитное заклинание информировало бога-мага о том, что вражеская магия идентификации успешно отражена. Сделав короткий пасс, землянин отразил заклинание на противника, продублировав при этом в божественный канал связи, что не вышедший на обозрение четвёртый тэварский бог-маг скрывается за колонной и оттуда вершит свою волшбу.
— У них трое бойцов ближнего боя, у нас один, однако их прикрывает всего лишь один маг, а у нас преимущество в магии и дистанции, — быстрее молнии пронеслась мысль Хелла в умах молодых богов.
— Они стали еще крупнее… — прошипел в ответ кот, сжимая в лапах по мечу.
Тэварские боги и вправду выглядели намного выше и массивнее любого из бывших Странников. Даже Бог-Император ростом был по пояс самой низкой из них, богини-матери Лутик.
— Хелл… — запищала суккуб, отступая назад.
От тэварских богов веяло силой, злобой, жаждой крови и неминуемой смертью.
— Воюем от обороны! — выкрикнул в канал связи Хелл. — Чак, на тебе защита Мяча. Мяч, не подпускай их к нам. Я и Эйни атакуем!
— Хелл… — заскулила суккуб, уходя куда-то глубоко в мир маны.
В ушах молодых богов зазвенело, а пространство вокруг вспыхнуло зеленым светом. Вражеский маг наложил на то место, где они все находились, «Обет молчания» — сложное антижреческое заклинание, блокирующее любые информационные потоки извне выбранного пространства. С его помощью тэварские боги отрезали землян и заодно себя от всех внешних потоков силы, в том числе и от божественных троп, по сути сделав зал ареной для последней битвы.
— Бежать некуда, насекомые! — басом прогремел Груумш, вращая в руке десятиметровое копьё-алебарду.
— Мы, твою мать, котики!!! — прорычал Мяч, вставая в левостороннюю боевую стойку и разводя мечи в стороны.
— Аккуратно, не ведись на провокацию! В этой партии начинают черные! — телепортировал ему Хелл.
— Зе-лё-ные… — сквозь зубы поправил его Мяч, чуть-чуть присаживаясь так, чтобы Эйни могла прицелиться.
Тэварский бог-отец, явно преисполненный желанием первым достать богов выскочек, перешел на бег.
— Не бойся принимать удар на защиту! — телепортировал Чак Мячу.
Со всех сторон в воздух взмыли созданные им циклы-генераторы и, подобно боевым дронам Терры, отрезающим путь к отступлению, заняли широкое построение. Вместе с увещеванием бог-маг послал часть их силы коту, стабилизировав его так, что страх, который уже начинал поколачивать бога-ниндзю, исчез, словно его и не было.
Вращавшееся копье Груумша в мгновение ока набрало сумасшедшую скорость, а лицо верховного орка исказилось ненавистью и боевой яростью. Кот прыгнул навстречу, совсем забыв, что говорил ему Хелл о защите. Мохнатый боец чувствовал, что никакая сила этого мира не способна сравниться с прямым попаданием копья, и понимал, что тела орков-титанов неимоверно прочны. Но отступать все равно было некуда, да и не в его правилах…