Проклятая герцогиня (СИ)

— Хочешь погулять? — как всегда незаметно подкрался Сэм, и через мое плечо посмотрел на веселящихся.
— Хотела бы, но мне не в чем, может ты съездишь в мое поместье и возьмешь зимнюю одежду? — с надеждой я посмотрела на него.
И тут Сэм понял, что не позаботился о моем утеплении, но забирать вещи из дома Бон, наотрез отказался, они недостаточно хороши для будущей жены маркиза Болтона.И извинившись отправил вестника Измире, мерки у нее были, а сшить новый гардероб, сразу на все сезоны для нее честь и хороший заработок.
После испытания жизнь вообще, казалось, изменилась: во-первых, приблизила меня к свадьбе, чему неимоверно был рад Сэм, а во-вторых, я наконец научилась лучше контролировать свою силу. Раньше она была будто чужая, и выпустив, я растворялась в ней, теперь все было иначе, сила меня слушалась, не замутняла разум. Я больше не боялась потерять контроль и опустошить весь резерв разом.
Я в предвкушении сегодняшней прогулки, топталась у конюшни, Рок от лошади отказался, ему нужно и во второй ипостаси хоть иногда находиться. Эл, Сэм выбирали лошадей, я ждала Мирем, а шимы и лис, носились в отдалении.
Герцог, как и сказал, а за язык его никто не тянул, в оранжерее организовал пруд, через который русалка могла попасть прямо в дом и сейчас она облачалась в мои, совершенно ей неудобные вещи, для прогулки с нами. Зиму Мирем никогда не видела, так как лед не позволял пробиться, и она это время оставалась у себя, в море. А когда мы предложили ей прогуляться, без раздумий согласилась, все же ей было очень интересно.
Мирем водрузили на лошадь вместе с Элом, навыка ездить верхом у нее не было, а на обучение нужно время. И сейчас абсолютно счастливая, русалка прижималась спиной к Элу, ее кожа искрилась и переливалась на солнце. Все же они чудесные, эти русалки и зря на них наговаривают, мол чудища морские. Все что подводные жители делают, так это сети путают и то ради развлечения, нет им дела до наших жизней, а вот кто чудища, так это сирены, тех хлебом не корми, дай заполучить мужичка, да на дно утащить.
Двигались неспешно, покачиваясь в седле, наши четвероногие друзья, обгоняли нас, возвращались и снова бежали вперед, слишком много энергии, а мы тут еле плетемся. Леса Болтонов обширные, густые, но непролазных дебрей нет, оттого гулять здесь раздолье, да и невероятно он красив — заснеженный лес.
Мы спешились, чтобы осмотреться, насладиться красотами природы. Незамедлительно в меня прилетел снежок, я в обиду себя не дала и Сэм уже уворачивался от моего. Мирем задорно смеялась, пока не получила и сама, вот тут веселись мы: холодный, мокрый, снежный шарик попал ей чуть ниже подбородка и обжег кожу на шее, она опрометчиво не взяла шарф, и сейчас растерянно хлопала ресницами, пытаясь сообразить, что произошло, Эл с улыбкой принялся отряхивать снег с ее шубы. Но она быстро втянулась и мы, разбившись на пары, устроили снежную войну. Рок даже пожалел, что отказался от теплых вещей и выбрал лисью шкуру, он тоже хотел играть, но попасть под обстрел ему никто не мешает.
И пока мы веселились, даже не заметили, пропажу Мона, он хоть и влился в нашу шумную компанию, но характер не переделаешь, все же шим был более серьезен, чем мы, по этой причине пошел осмотреть территории, пока детишки развлекались.
Сэм резко выпрямился и пропустил снежок, попавший в нос, но его казалось это не волновало, он как-то посерьезнел и будто слушал или говорил, с незримым собеседником, взгляд был потерянный и какой-то мутный.
— Он с Моном говорит, — сказала шима приблизившись ко мне и объясняя странное поведение блондина.
— Я даже не заметила, что его с нами нет, — растерянно проговорила я.
— Он воин, его задача была защищать наши территории, незаметно исчезать его прямая обязанность, как и, собственно, появляться. — пояснила она.
Придя в себя, маркиз быстро запрыгнул на лошадь, и приказав нам спешить за ним, умчался, поднимая хлопья снега. Не раздумывая, не на минуту, мы устремились вслед. Мирем только пискнула, когда эльф, схватив ее, ловко усадил в седло и сел рядом, а ударив ногами в бока кобылы, придал ей ускорение.
 
Мы мчались, не разбирая дороги, ветки деревьев били по лицу, сбивая снег за шиворот, но словно не замечая этого, двигались вперед, ведь что-то случилось и нужно помочь Мону. Почти на месте, были различимы крики мужчин и устрашающий рык шима, еще несколько секунд и открылась поляна, до этого скрытая пушистыми елками, там была борьба. Двое охотников, их выдавала специфическое одеяние, нападали с кинжалами на Мона, арбалет валялся рядом явно неисправный, «шим постарался», — пронеслось в голове. С лапы пушистика капала кровь, но он и не собирался сдаваться и даже не отступал, а нападал, запугивал своей решимостью и в момент прыжков охотники пятились назад.
А то, что я увидела в нескольких шагах от них, и вообще заставило содрогнуться, дыхание перехватило, а щеки обожгли две соленые дорожки стекающие из глаз: красный от крови снег и лежащие на нем два китара, уникальные, удивительные животные и они были мертвы, окончательно и бесповоротно, и подонки сделавшие это, стояли совсем рядом, угрожая Мону. Я не могла пошевелиться от шока и так и стояла бы, но вдруг заметила шевеление из-под тела одного из них. Я даже хотела броситься, не обращая внимания на вооруженных мужчин, но Мирем меня опередила, она двигалась так быстро, почти летела, обогнув противников, она уже вытащила из-под мертвого китара бирюзового котенка и крепко прижала к себе. «Это были его мама и папа», — пришло понимание.
Рок, больше не теряя времени, обернулся человеком и стоя в легкой домашней одежде и босой, поднял руки призывая замерзшую землю разверзнуться, почва под ногами задрожала и сильнее всего были толчки возле охотников. Мы начали отступать от эпицентра гнева мальчика, никто не пытался больше напасть на мерзавцев, а они лишь дергались в надежде сбежать, но Мирем одним движением руки обвила их ноги льдом, лишая любого шанса на спасение.
Глаза Рока сияли, и он сейчас не походил на восьмилетку, он был серьезен и беспощаден в своих намерениях. Еще один пас и появилась трещина, показывая скрытую почву и она росла, расширялась до тех пор, пока охотники не в силах удержаться свалились вниз. Крик отчаяния и ужаса донесся до наших ушей, и земля сомкнулась, словно здесь ничего и не было. Мы молча стояли, то, что произошло, парализовало всех присутствующих, никто не мог пошевелиться, и неизвестно сколько бы еще прошло времени, после чего пришли в себя, если бы не ребенок. Рок, осознав, что натворил, бросился к Сэму, обнял его и разрыдался.
— Я убил их, — говорил он сквозь слезы, а они катились по его щекам бурной рекой.
Но маркиз, словно пробудившийся от сна, поднял уже изрядно замерзшего мальчика на руки и прошептал:
— Тише, все в порядке, они это заслужили, ну же, не плач, — и по-отцовски прижал его сильнее. — Но, пожалуйста, больше так не делай, не нужно очернять свою чистую душу убийством таких мерзавцев.
Я виновато смотрела на них. Мы ведь все в состоянии были остановить Рока, но не сделали это, а стояли и смотрели на казнь, что совершал он. И ведь никто не догадывался, что Рок — маленький мальчик, настолько силен, чтобы заживо похоронить в недрах земли пусть и виновных, но все же людей. Я подошла и обняла их, тут же на мои плечи упали руки Эла, и прижалась Мирем, а из ее рук мяукнул котенок китар. Мы совсем забыли о нем, утопая в собственной вине. А он, напуганный и замерший, смотрел на нас, и совсем не боялся, китар еще маленький, а уже понимал, что мы сделали для него.
Похоронив родителей котенка, мы вернулись в замок порталом, лошадей привела Боня, они наотрез отказались, заходить в черное марево.
Глава 11
— Я его заберу с собой и точка, — протестовала русалка, глядя, как плещется и ныряет малыш-китар в пруду оранжереи.
— Ну как ты не поймешь? — терял терпение герцог, он все же самый взрослый из нас, а значит и знает куда больше, и наверняка может на нее повлиять. — китары не живут постоянно в воде, да они могут плавать часами, но не жить, им нужна суша!