Полюби во мне тьму (СИ)
Повертев шеей до хруста, Темный Владыка блаженно улыбнулся.
«Власть нелегка», - подумал он, запахивая легкий халат.
Властитель Тьмы помнил то время, когда обладающие крыльями существа, живущие за Порогом, разделились. Каждая из сторон, ненавидя другую и нежелая быть похожей, придумала свои отличительные знаки, которые за тысячелетия до такой степени стали привычны, что уже невозможно было представить демона без рогов, а ангела без светящегося обруча, парящего над головой. Истинные рога наблюдались лишь у чертей, которые, несмотря на ум и изворотливость, приравнивались к животным, и на тех же правах жили в домах у демонов.
Черный цвет перьев пестовался годами, и то, что когда-то считалось неприемлемым у белокрылых, стало обыденным для обитателей Обратной Стороны. Решение, обладать ли демону хвостом, оставляли на его личное усмотрение. Мода на этот демонический атрибут то накатывала, то убывала, а порой доходила и до абсурда, если судить по тому, какой неожиданной длины позволяла отрастить хвост магия. О разнообразных стрижках волосяного кончика и вспоминать не хотелось.
Отправляя Краза к Порогу, Темный Владыка предусмотрительно посоветовал ему не заморачиваться с рогами и хвостом: «Нечего возбуждать ехидных заоблачников с их вечными обещаниями дать по рогам». На самом деле, он посочувствовал своему верному другу и помощнику, которого, за неимением детей, прочил в наследники. Мотаться десятилетиями по Той Стороне, обремененным демоническими знаками отличия, не стоило. Возни с ремнями хватило бы за глаза.
Приблизившись к нише, где стояли вазы с человеческими душами, Темный Владыка выбрал любимую. Опустившись на широкое ложе, заправленное кроваво-красными простынями, он осторожно, кончиками пальцев провел по длинному горлышку вместилища души и закрыл глаза.
Дивный по чистоте голос полился из глубины сосуда. Переходы и переливы плавной мелодии выводились так чисто, что у демона сжалось истерзанное безответной любовью сердце.
«Как только Кразмион вернется, мы разыщем белокрылого говнюка, что выстрел в меня. Пора положить конец мучениям и выяснить, кто же та женщина, от любви к которой я подыхаю».
Когда Светлый Владыка прибыл с переговорами на Обратную Сторону, демонический правитель едва сдержался, чтобы не поставить условием сделки не открытие портала в Красных горах, а ответ на мучивший его вопрос. И только нежелание вызвать злорадство у заоблачников остановило Темного правителя. «Сами найдем. Вот Краз вернется, и найдем».
А душа все пела и пела.
***
Кразимион стоял перед темным замком лендлорда и в задумчивости потирал шею. «Кто же знал, что подложенный болт возымеет такое действие?»
Он ясно помнил события того рокового дня. Замерев за спинкой кресла, демон видел, с какой яростью глава карательного отряда ворвался в кабинет Пхулия, и как с лица толстяка, ожидающего известий об аресте соперника, медленно сползла улыбка.
- Вы что, изволите издеваться над королем? - кричал полномочный посланник, опершись кулаками о стол и сверля взглядом вжимающегося в кресло доносчика. -Кроме детских вещей и всякой домашней утвари в сундуках ничего не обнаружилось!
«Ай да малышка! - присвистнул тогда демон, наблюдая, как на лице лендлорда меняются краски. - Смышленая. Нашла чем заполнить пустые сундуки!»
- А за обшивкой осмотрели?- еще тешил себя надеждой Пхулий.
Невидимый Кразимион щелкнул пальцем по бумагам на столе, где оставил арбалетный болт, и тот тут же выкатился, упав к ногам гвардейца.
- А это что? Знакомое оперение... - пробормотал воин, беря болт в руки, и уже в ужасе поднял глаза на побледневшего Пхулия. - Не таким ли убили принца?
Капитан гвардейцев свое дело знал: в замке не осталось ни одного помещения, где бы дознаватели не провели осмотр и не обстучали стены. Даже сам Краз не ожидал, как много тайн они хранили. Итог дознания - Пхулий Невоздержанный был признан заговорщиком, организовавшим убийство наследника, и в цепях препровожден в столицу. Вскоре после благополучного отбытия семейства Рондвилл восвояси, в крепости появились королевские исполнители, и теперь все обитатели замка стояли за его внешними стенами, прижимая к груди узелки с личными пожитками - это все, что им позволили вынести из перешедшего в собственность монарха имущества.
- Пойдем со мной, - рядом с поникшей Магдой переминался с ноги на ногу один из конюхов. Кразимион не раз наблюдал за тем, как умело мужчина дрессирует молодых жеребцов. - У меня есть руки, мы не пропадем.
Кухарка с тоской посмотрела на замок, чьи очертания серебрил лунный свет.
- Я... - сглотнула она, возвращая неслущающийся голос. - Я не знаю...
- Что тебя здесь держит? Лендлорда нет, работы нет, жить негде, - горячо перечислял конюх. - Смотри, все уже ушли.
Магда опустила голову, и демон заметил, как блеснули слезы в ее глазах.
- Иди, - шепнул он, наклоняясь к ее уху. Кухарка выдохнула и резко повернулась, пытаясь найти того, кто с ней говорит. - Иди, я тебя отпускаю.
Она кулем упала на землю и заплакала навзрыд.
Плечи Магды, обтянутые домотканым полотном, резко вздрагивали, и уже не демон утешал любовницу, а новый мужчина, что принял на себя ответственность за ее судьбу.
Ветер с реки доносил прохладу и шелестел умытыми дожем листьями. В ночи громко стрекотали цикады, и жутко, словно обезумевшая женщина, кричал сыч. Горько пахла скошенная трава. А демон взметнулся к небу, жалея, что не может закрыть собой луну. Может быть, если бы не ее серебристый свет, ему бы не было так больно видеть, как Магда в согласии протянула конюху руку.
Глава 9. Последнее свидание
Гулкие переходы некогда шумного замка навевали тоску.
«Я сам, своими руками, разорил гнездо, где мог спокойно прожить еще с десяток лет», - никак не мог успокоиться демон. Он не стал дожидаться, когда Магда и конюх скроются за поворотом, а, желая отвлечься, устремился туда, где заметил нечто необычное, чем не мог воспользоваться, пока в замке находились люди. Если бы не гвардейцы, он никогда бы не забрался так глубоко в подземелье и не нашел бы эту потайную комнату.
Вырвав одним движением тяжелую кованую дверь, накрепко, как им казалось, запечатанную королевскими служителями, Кразимион шагнул в помещение, стены которого не раз лизало пламя. Дыхнув на один из факелов, отчего тот загорелся, демон присел на корточки и тронул пальцем потускневший рисунок, выбитый на каменном полу: острые лучи звезды расходились на восемь сторон, оставляя в центре площадку, на которой едва бы мог поместиться стоящий человек. Непонятные символы и знаки густо украшали внутреннее поле фигуры. Проходя по кругу, Краз наклонял голову то к одному плечу, то к другому, пытаясь понять, что же могут означать рукотворные письмена.
Только по сохранившемуся запаху серы демон определил, что в эту комнату, кроме самого хозяина замка, наведывался один из обитателей Обратной Стороны.