Одиночество жреца богини Лу (СИ)

Другой бы аристократ мог оскорбиться таким покровительством, мне же это было в новинку и откровенно приятно; наконец-то кто-то решал все вопросы за меня, а я мог расслабиться и, как говорится, получать удовольствие от поездки.
Я много общался с Бренардом, пытаясь до конца понять, что он за человек. Как оказалось, он был хватким дельцом и, по сути, мог утереть нос многим купцам из королевской гильдии. Это было предметом зависти и пересудов при дворе, но де Гранжу было откровенно плевать на все эти разговоры, ведь он занимался укреплением рода, как и его отец, дед и прадеды. Я заметил, как Орвист старается соответствовать ожиданиям родителя, что не мудрено. Он был третьим сыном-бастардом, а теперь — целый наследник. Усердия виконту было не занимать, но я опасался, что тому банально не хватит того природного чувства, которое некоторые называют деловой чуйкой, чтобы приумножить достижения предков. С другой стороны, Бренард был не слишком стар и если Орвист поторопится с женитьбой, то старый граф сможет обучить не только оставшегося сына, но и своего внука, как это — быть графом де Гранжем.
Для себя же я решил, что с удовольствием начну вести дела с дружественным мне семейством, ведь мне было, что предложить благородным союзникам. Де Гранжи же могли обеспечить со своей стороны то, чего я был лишен: связи, вес в обществе Клерии, торговые контакты за рубежом. С последним у меня все было откровенно плохо, ведь чтобы наладить связи в тех же портах Бланда или Паринии, нужно было или отправлять одного из сыновей, либо снаряжать в поездку приказчика, которому доверяешь, либо тащиться самому. Все три варианта были для меня эти пять лет недоступны, мне нужно было обживать те дикие места, которые оказались под моим управлением. И это если не говорить о партнерах в той же Республике. А с гонгорцами все еще сложнее, потому что кроме деловых вопросов вылезала и политическая тематика, в чем я был откровенно слаб. Я даже не знал, как зовут монарха соседнего государства, что там таить, не говоря о том, чтобы разбираться, какие из вельмож при дворе имели вес, а какие — были нищими пройдохами.
На самом деле, у меня была небольшая лазейка в плане ведения дел с Гонгорским Королевством. Мои земли были приграничными, определенные контакты на заставе тоже были в наличии, так что если совсем прижмет, можно заняться контрабандой. Точнее, тут это называлось «обеспечить пограничный контроль своих земель». Главный переход на запад, по Королевскому Тракту и вообще, весь район полуострова Фейн, был под контролем короны, так что мимо казны товаров проходило немного. Но если я когда-нибудь начну производить что-нибудь кроме строительного и корабельного леса, который логичнее всего было сплавлять к морю по речному маршруту, я смогу «толкать» это прямо через приграничье, не выходя из своих земель. И ничего Кай Фотен с этим поделать не сможет. К слову, уже сейчас я имел «на пиво» с торговли провизией и изделиями из кожи с гонгорским приграничьем, но на фоне моих расходов эти несколько золотых в месяц были сущей мелочью. Но при этом мелочью приятной, что уж таить.
Пите встретил нас весенним солнцем и столичным шумом, который я уже успел немного позабыть. Мы сразу же проехали в королевскую цитадель, так как и я, и де Гранжи имели право на покои при дворе. Разгрузка лошадей много времени не заняла — товары с собой вез только я, у графа и виконта были только личные вещи — после чего я выдал премиальные своим дружинникам и отправил их обратно, домой. Тут им больше было делать нечего, я находился под защитой короля.
Кивнув знакомому гвардейцу, с которым мы вместе сражались еще в Миллере, я проследовал в кабинет короля с отчетом. Да, прямо так, с дороги — показаться на глаза монарху стоило, а более обстоятельная беседа состоится у нас сегодня вечером или завтра в течение дня. До отбытия посольства оставалось меньше недели.
Кай выглядел уставшим. Вообще я заметил, что с годами груз власти все сильнее и сильнее давил на плечи короля, иногда пригибая его к массивному письменному столу, за которым последний из рода Фотенов проводил почти все свое свободное время.
 
— Ваше Величество, — я демонстративно шаркнул ногой во время поклона, показывая свое презрение к этикету.
Эта маленькая выходка всегда веселила монарха, но не сегодня. Кай только раздраженно махнул рукой на кресло для посетителей, и я сразу же тяжело бухнулся на пятую точку. Все же устал с дороги.
— Ну, хоть ты приехал вовремя. Де Гранжи с тобой? — вместо приветствия спросил король.
— Конечно. Я немного погостил у них и мы вместе отправились в столицу. Что-то случилось?
Кай только раздраженно махнул рукой, мол, все потом, и уставился куда-то в сторону, думая о своем.
— Можешь сказать графу и виконту, чтобы не тратили свое время на визит вежливости, а спокойно отдыхали с дороги. У меня сейчас дел невпроворот. Приходите завтра все трое на обед в малый зал, тогда и поговорим.
— Я могу помочь? — спросил я прямо, намекая на свои способности менталиста.
Если у короля проблемы, то проблемы и у меня. Потому что если Кай Фотен не удержится на троне или с Клерией что-нибудь случится, то моя голова быстро будет насажена на пику какими-нибудь доброжелателями. Даже если опустить то, что для многих счетовод-выскочка был, как бельмо на глазу, у того же рода Регонов было достаточно друзей и союзников. И они не забыли, какую роль я сыграл в его истреблении.
— Нет, Антон, это не заговор, если ты беспокоишься об этом. Просто знаешь, как-то все из рук валится. Долги, счета, в казне назревает дыра, которую нечем закрыть. Налоги поднимать, опять же, тоже не с руки, куда уж выше? Наверное, я просто устал.
Такой откровенности от короля я не ожидал, так что сразу не нашелся что сказать.
— Это весна, мой король, — выдал я наконец-то.
— Что?
— Говорю, это весна давит на мозги. По весне и по осени вообще тяжело приходится, не замечал?
Я сумел чуть отвлечь Кая от невеселых дум. Он реально призадумался, вспоминая прожитые сезоны.
— Знаешь, наверное что-то в этом и правда есть… Вроде после зимы надо бы и радоваться, но как-то так паршиво бывает… Но это все равно не решает моих проблем!..
— И насколько они велики?
Вместо ответа Кай подцепил пальцами тонко выделанный пергамент и протянул мне документ. Я вчитался в текст и глянул на цифры и тихо присвистнул: почти тридцать тысяч золотом только за этот год! А тут прошло-то три месяца. И еще сто тысяч тянется с предыдущих. Да это дефицит бюджета почти в сто процентов!
Настроение резко испортилось и у меня.
— Этот флот меня разорит! Вот! Это все последствия войны! Сожженные корабли! Аренда у кланов Бланда! Еще и купцы ломят за материалы такие цены, что ни одной казны не хватит.
Услышав «за материалы», я навострил уши. Потому что лично я отпускал свои доски и лес по вполне обычным ценам. Я наводил справки: по сравнению с довоенным уровнем рост цен на корабельную древесину составил едва ли двадцать процентов. Это с учетом того, что сейчас все верфи были забиты заказом короны, то есть материалов постоянно не хватало. Я думал, государство закупает по фиксированной ставке.
— Мой король, а по каким ценам идет стройка флота? У меня тут вопросы появились…
Кай подвинул ко мне увесистую стопку бумаг, которая оказалась платежными чеками и поручениями за работу и стройматериалы. Я когда увидел цифры — опешил. Триста процентов накрутки! Сволочи! То есть у меня лес покупать по фиксу, а королю толкать втридорога?!
Монарх увидел, как у меня взлетели брови, и подобрался, как гончая перед броском.
 
— И что? Что нашел?
— Ну как сказать, нашел… — начал я издалека.
Фотен был в курсе, что я занимаюсь лесозаготовкой, но справедливо считал, что это так, лишь капля в море, потому что я мог в больших количествах только сплавлять бревна. Основная же стоимость материалов формировалась на этапе распила на доски и последующей перепродажи через торговые гильдии и представительства уже на верфи — это были исключительно сборочные мануфактуры с финальной обработкой стройматериалов, бревна они в глаза не видели. Только если это не были стволы под мачты.