Сквозь века. Право на жизнь (СИ)

— Кто-то из вас готовить умеет?
— Нет, — от обоих мужчин.
И такой взгляд, ты же женщина, должна уметь. Нирл фыркнул:
— Буду подкармливать, а то загнетесь. Ника лимонами наестся, а вы, чем будете перебиваться?
На удивление работы стало больше, так что мы со Стасом едва успевали все делать. Глеб тоже не отлынивал и активно занимался третьим этажом. И по мелочи подремонтировал все в доме. Парни сами ходили на рынок со списком, что давал им Нирл, а он приходил каждый день проверял, как мы тут, и готовил нам. А потом уводил меня гулять. Я, увидев его мать, окончательно отпустила ситуацию и позволила парню за собой ухаживать.
В один из вечеров мы сидели на лавке, на окраине города, и смотрели на пустыню, когда мое внимание привлекло нечто несущееся в нашу сторону.
— Что это?
Нирл едва слышно выругался и сказал:
— Зомби. Но как? Точнее, откуда они? Их же всех зачистили!
— Их нужно остановить!
Хотела было побежать в дом за оружием, он меня поймал и прижал к себе.
— Не пущу! Хватит, это уже не твоя битва. И они не зайдут в город. Пустыня с той стороны огорожена энерго забором и там полно датчиков. Вон, смотри, уже корабль летит, он их уничтожит. Успокойся малышка, сейчас уже не нужно так рисковать.
Меня уже бережно прижимали и гладили по спине, пока я содрогалась от увиденного. Воспоминания о зачистках сами вышли наружу. И меня немного трясло.
— Вот и никого из монстров не осталось, — говорил ласково Нирл, поглаживая по спине.
Мы гуляли с ним до темноты, а потом он отводил меня домой.
— До завтра солнце мое, — сказал он ласково и поцеловал в щеку, — ощутила, как вспыхнули мое лицо.
Ушла в дом. Глеб уже закончил ремонт на третьем этаже. И парни оборудовали себе комнаты. Еще хвастались, что тут у них жилье лучше, чем раньше было. Утром все было как обычно, мы завтракали и каждый брался за работу. Глебу дедушка находил работу у соседей, а у нас он делал домашние дела — вроде уборки и стирки. А мы со Стасом чинили все, что движется и не движется и относится к механике. А порой и электрике, но это уже на пару с Глебом.
Сегодня было несколько заказов. Одним занялся Стас в мастерской, вторую машину я чинила на улице. Резко ударив по тормозам, рядом остановился микроавтобус черного цвета. Меня схватили за талию и горло. Я только и успела что пискнуть:
— Нет!
А потом была темнота. Стас выбежал на улицу, как только услышал, что затормозила машина. Но на него сразу направили оружие и не дали помешать меня забрать. А потом машина с неизвестными людьми уехала. Но парень догадался, кто это был. Нирлу о том, что меня похитили люди из правительства, сообщил его отец, а ему дедушка механик.
— Нет! — заорал парень — Нет!
Отец его поймал и крепко обнял. Мать с ужасом и болью смотрела на сына, переживая молча его утрату.
— Я выкину этот чертов агрегат!
— Поздно, что-либо делать, — сказал ему отец.
— Я этого не забуду! Я ее никогда не забуду!
— Мы будем помнить, — понимающе сказал отец.
А вечером, не поднимая головы и в кофте с капюшоном зашел Стас с моим рюкзаком. Нирл был за барной стойкой и яростно натирал стаканы.
— Нужно поговорить.
— Сейчас безопасно, свои не выдадут.
— Нику вирусологи забрали. У нее крайне редкий иммунитет к трем вирусам. Она скорей всего попала к ним в лабораторию. Это ее вещи, думаю, они должны быть у тебя. Я их спрятал сразу, как ее забрали. Чуть позже, в доме был обыск.
Парень поднял голову, у него лицо было в синяках.
— Обыск говоришь?
— Для них только обыск, мы с Глебом мелкая помеха, кого в расход пустить не жалко. Ника показала ее тайники, как чувствовала. Тут ее вещи, в тех, что она прибыла из разморозки. Оружие, никогда в жизни не видел такого и столько и деньги. Ее планшет я выключил остальная электроника и так выключена. Думаю, ее опять заморозят.
Стив горько улыбнулся и продолжил говорить.
— У моего брата был такой иммунитет, его забрали, и он не вернулся. Меня не просто поймали на магии, я пробрался в лабораторию, думал там все разнести. Они же опыты над людьми проводят. Жизнь людей ничему не научила, одни и те же ошибки допускают. Три волны было. И чувствую могут быть еще.
 
— Сами виноваты, — зло сказал Нирл, забрав мои вещи.
— Осторожно с курткой, там ножны для меча. И если вещи могут не дождаться ее, оружие ты сможешь сохранить и деньги. Посмотри два свертка. В меньшем старые, в большем новые.
— О! — выдал удивленно парень.
— Да. Прошла тысяча лет, а деньги те же.
— Что ты видел в лаборатории?
— Людей, у которых откачивали кровь.
— Твой брат?
— Нашел мертвым. Тогда меня и поймали. Но тогда же и узнал, что они перестарались с ним и его нужно было заморозить, чтобы он восстановился и потом еще можно было крови скачать. Но ее могут перевезти из центрального офиса. И думаю после моей вылазки и того, что я там наделал, безопасность они улучшили.
— Что теперь будет с тобой и Глебом?
— Дедушка вышел на работу. Говорит, лучше он будет за нами присматривать, чем думать, как отомстить мразям.
Нирл с пониманием улыбнулся. Он меня не забыл. Но и добраться до меня не смог. Через несколько лет ему очень досталось, когда он пытался пробраться в лабораторию, чтобы меня спасти. И отец попросил его дать время решиться этой ситуации с меньшими потерями.
— Мы не забудем ее и еще поможем. У нас есть преимущество перед людьми. И мы им воспользуемся.
Парень согласно кивнул. И через несколько лет смог найти себе жену и у него родилось двое сыновей, которые помнили и чувствовали, то же, что когда-то прожил их отец. Их дети тоже переняли эту память. А мой путь в лаборатории не закончился. Меня несколько раз замораживали и размораживали уже не для опытов в лаборатории. А для борьбы с монстрами.
Оба раза меня приводили в какую-то пещеру и давали меч и лазерные пистолеты и моя задача была зачистить монстров или умереть. Последнего я никак не хотела и делала невозможное, выживала. Выкладывалась на тысячу процентов как физически, так и магически. И молила единого о помощи и спасении. Последний раз меня сильно потрепали, но я смогла создать заклинание, которое уже спасало меня от зомби до первой заморозки. И так смогла победить странных слепых монстров, которые были ни на кого из животных не похожими. Меня едва живую положили в криокапсулу.
— Выходи! — рявкнул кто-то рядом со мной.
Тело едва слушалось, но из криокапсулы я вышла. Сколько прошло времени, я не знаю. Мне в руки сунули планшет с доступом в сеть и мой паспорт.
— Когда понадобишься, тебя найдут. Тут твоя временная квартира и немного денег на счету на первое время. Найди себе работу и постарайся не сдохнуть.
— С чего меня решили разморозить?
— Криокапсула начала барахлить. И начальство решило присмотреться к тебе. Может, больше и не понадобятся твои услуги. Вот держи, это билет на автобус.
Я почти ничего не видела, сознание пыталось меня покинуть. И свой путь от криокапсулы я не запомнила. В себя пришла от порыва ветра на улице, возле автобусной остановки. Смогла через сеть понять, что у меня за билет и куда я еду и когда автобус.
— Она появилась в сети! — в комнату к отцу влетел молодой этир — Папа, ее выпустили из криокапсулы!
— Наконец-то, — сказал с облегчением мужчина.
Он улыбнулся открыто счастливому сыну. Он видел в нем своего предка, и ощущал его так, словно его прадед переродился в его сыне. Потому что из всех потомков, его младший сын, больше всех переживал о девушке, что была дорога их прадеду.
— Уже знаешь, куда она движется или где она?
— У нее билет в наш город. Она залогинилась под своим именем, и ее планшет ребята запеленговали, она едет в автобусе. Я поеду к ней.
— Забирай к нам, хватит им ее мучать.
Пока ехала, много спала и почти не смотрела на изменившийся мир. А он очень хорошо развился технически. Моя квартира была в высоком здании. До двери я едва добралась и привалилась к стене. Сил ни на что не было. Мои раны никто не лечил, и они явно сами не заживут.