То самое чувство (СИ)
Как только ко мне пришло осознание, что Никита нравится мне сильнее, чем кто-либо когда-либо до него, сильнее, чем должен, сильнее, чем я могла позволить себе признаться, я стала думать о нем, не переставая. Приятное послевкусие сменилось горечью. Я думала и о нем, и о том, что не должна о нем думать, что так нельзя, нечестно, что это предательство. Эти чувства мне, видимо, внушал живущий во мне ангел, моя правильная - лучшая - половина. Дьявол же во мне нашептывал, что Вика не заслужила такого парня, что она его не любит, использует, держит про запас. Но другая я возражала, что это, в общем-то, не мое дело, и если Никита позволяет ей так с собой обращаться, значит, его чувства к ней сильны, и у какой-то случайной девчонки вроде меня просто нет шансов.
В этих противоречиях и переживаниях я провела всю ночь, даже не пытаясь уснуть. От переполнявших меня эмоций я то и дело вскакивала с кровати - хорошо, Алиска спит как убитая, - и ходила туда-сюда по комнате, протирая длинную дыру в ковре. Я бесконечно прокручивала в голове каждую секунду нашего времени вместе, анализировала каждый его взгляд, каждое сказанное слово, выискивая мельчайшие признаки того, что я ему тоже понравилась, и для меня не все так безнадежно. Но увы, не находила. И наутро пришла к решению похоронить в себе это проклюнувшееся чувство, название которому я давать остерегалась. Пришла к решению выкинуть - постараться выкинуть - прошедший день из головы, прибегнув к древней восточной мудрости про зло, которое если не видеть, не слышать и не говорить о нем, то его вроде как и не существует. А значит, не нужно никому рассказывать ни о том, какое впечатление на меня оказало это внеплановое знакомство, ни даже о самом его факте. Ни сестре, ни маме, ни Лельке, хотя на пробежке на следующее утро удержаться было очень трудно. Ни, конечно же, Вичке. Эмоции выплескивались через край, но я держалась и притворялась обычной Кирой. И даже думала, что у меня это отлично получается. До этого разговора с Аллой.
Но стоп! Хватит заранее себя накручивать - может, и правда, у Аллы дар чтения по бесхитростным детским личикам, или я при ней расслаблялась, и нацепленная маска беззаботности чуть сползала с моей мордахи, что и позволило ей проявить чудеса проницательности. Заметь мою ненормальность кто-то другой, уже бы тоже наверняка спросили о причинах, а не стали играть в молчанку. Кому это надо? Или же замечают, но не придают особого значения, списывая на осеннюю хандру, запарки в школе и прочие дополнительные нагрузки. Да мало ли поводов у современного подростка уйти в себя? Гораздо больше, чем я способна придумать. Короче, поднимайся-ка, Кира Владимировна, и дуй на кухню готовить ужин. Тебе еще сегодня наряжаться и наносить боевую раскраску, как именовал папа мои попытки в вечернем макияже, - Вика все-таки добралась до нас с Обуховой, и вечером мы идем в клуб. Теперь думать, что надеть…
И как будто эта мысль была условленным сигналом, телефон тут же оповестил о полученном сообщении от Виолетки.
"Кира, че серьезно в платья вырядимся?"
Я вздыхаю, вспоминая Вичкино заявление "Форма одежды максимально развратная. Будем ловить мужиков на живца".
"Клубника атакует меня месседжами с угрозами, но я собираюсь облачиться в слимы и, так уж и быть, топ выберу с пайетками. Выряжусь по полной. Чтоб не придиралась".
Ее скалящийся смайл в конце сообщения более чем соответствует моему настроению в отношении выбора наряда. Я тоже склоняюсь к тому, чтобы пренебречь советами клубной завсегдатайши, и ограничиться джинсами и каким-нибудь ярким - чтобы не совсем уж буднично выглядеть - верхом. Им еще придется озадачиться. Если у себя ничего стоящего не найду, возьму Алискин - у сестрицы полно подходящего барахла. Она и в школу наряжается, как в ночной клуб.
"Тоже думаю забить на ее указания и пойти в удобном. В этих клубах всегда так холодно, я постоянно мерзну и вряд ли вообще сниму свитер. Ради кого я должна в платье морозиться?!"
По дороге на кухню получаю от нее большой палец и боевое наставление: "оки, выступаем единым фронтом, держим оборону, не сдаем позиций", отправляю в ответ краткое "ОК" и принимаюсь за чистку овощей для фирменного фамильного рагу.
Не проходит и пятнадцати минут, я едва успеваю закончить с кабачками и картошкой, как смартфон вновь оживает. На этот раз к моей сознательности взывает сама Виктория. Но ее требования прямо противоположны, и текстовым сообщением она не ограничивается. Пользуясь тем, что дома одна, я прослушиваю ее голосовое через динамик.
"Шереметева, я не сомневаюсь, что вы с Виолкой дружите против меня в вопросе лука на сегодня. Ее не переубедить.
Не оденется как на лекцию о запрете раннего полового воспитания, и то счастье. Хотя с ее цветом волос она и так не затеряется. Но ты… Как спец, как подруга, в конце концов, прошу тебя: надень платье! Простенькое, без закидонов.
Классику - маленькое черное платьице от Гуччи"
Она смеется.
"Какие Гуччи?" набираю я влажной рукой, оставляя на экране разводы. "Мой папа не Илон Маск".
"А что, наследство предков-дворян уже потратили, даже на платье не осталось?"
Шутки по поводу моей графской фамилии я не приветствую и ничего не отвечаю.
"Ладно, не закатывай глаза. Гуччи - это же образно. Любое маленькое платье, хоть, блин, вязаное,
раз ты такая мерзляка. Надень колготки поплотнее, побольше дэн, и вперед".
"Я подумаю", отвечаю через минуту, чтобы не провоцировать дальнейший бессмысленный обмен сообщениями. Вика все равно не услышит мои доводы и не примет аргументы, да и не надо. Я - взрослая девочка и уж что и куда мне надевать, способна решить без чьих-либо подсказок. Начну копаться в гардеробе и что "на глаз" упадет, то и выберу. Не исключено, что это будет платье - как звезды сойдутся.
Надо признать, благодаря Вичке и ее look'овой борьбе, впервые за неделю мои мысли заняты чем-то кроме безостановочной прокрутки записи той самой встречи. Обнадеживающая тенденция. Надеюсь, этим вечером я к наизусть заученным сценам и диалогам не вернусь. Хотя на самом деле, я надеюсь, что в этом клубе меня ждет еще более судьбоносная встреча, и своднические планы Вики по моему парнеустройству, наконец, осуществятся. Но теперь у нее есть поддержка - я тоже этого хочу. Клин, как известно, клином.
ТСЧ: Интерес 4
Такси высаживает нас с Виолеттой прямо у входа в заведение с подсвеченной огнями вывеской - латинские буквы названия клуба. Фасадная стена и крыльцо перед входом преждевременно украшены к новому году, до которого еще целых полтора месяца, но настроение, надо признать, поднимают. Мы оглядываемся в поисках главной идейной вдохновительницы сего знаменательного события, потому что, признаться, чувствуем себя не очень уверенно. В клубах ни я, ни она гости не частые, и толком не знаем, как здесь все работает. Может, нужны входные билеты?..
Организаторша совместной вылазки в клуб объявляется звонком на телефон.
- Ну чего застыли на месте? Входите уже. Я вас не дождалась, потому что не одета для того, чтобы ждать на улице.
Ответить я не успеваю - Виолетта трогает меня за локоть и качает голову в сторону узкого затонированного окна справа от входа, по периметру в несколько слоев обмотанного гирляндой белого цвета. Вику в нем можно рассмотреть в полный рост. Да уж, она действительно одета не по ноябрьской погоде. Блестящее золотое платье на ней не скрывает ни сантиметра её длиннючих ног. И в мерцающем свете гирлянды выглядит она таинственно и сногсшибательно. Миллиона на полтора баксов.
Мы плетемся к дверям, с опаской поглядывая на грозного вида парней-фэйсконтрольщиков на входе, но они не удостаивают нас вниманием, равнодушно распахнув двери, и мы с облегчением проскальзываем внутрь. Оборачиваясь через плечо и бросая взгляд сквозь закрывающиеся резные створки на оставшихся с той стороны церберов, я с восхищением думаю, что с такими плоскими лицами им бы в покер играть - обогатились бы.