То самое чувство (СИ)
Лия Роач
То самое чувство
ТСЧ: Злость 1
- Кира, - приоткрыв дверь в спальню, негромко зовет папа, и я тут же открываю глаза.
Это наш ежеутренний ритуал, папа - мой личный будильник. Эта традиция повелась еще с младших классов, когда у меня и в помине не было своего телефона, но и теперь я ничего не хотела менять. Мне было тепло и спокойно от того, что меня будит голос папы, а не избранная мелодия в телефоне. Пусть и самая любимая.
Папа никогда не повышает голос, чтобы не разбудить сестру - мы с ней делим одну комнату, а вставать ей нужно гораздо позже меня.
- Спасибо, пап, встаю, - шепотом отвечаю я, но подниматься не тороплюсь.
Продолжаю лежать и таращусь в давно изученный потолок.
Первый учебный день второй четверти. Ну не четверти, а второй половины первого полугодия, но четверти были привычнее. Недельные каникулы пролетели чудовищно быстро, и я не готова снова включиться в утомительную гонку и за максимально высоким средним баллом аттестата, и подготовкой к ЕГЭ и будущему поступлению.
На время каникул я позволила себе выключиться из всего - и прервала занятия языками, и запаузила все тренировки, включая выматывающие каждодневные пробежки. Именно они и подтолкнули меня к желанию устроить себе полноценный отпуск - эти пробежки я ненавидела, потому что хорошей бегуньей никогда не была. Да уже и не буду. Я и спорт, в принципе, несовместимы, и необходимость сдавать физкультуру в Академии стала для меня серьезным потрясением. Я едва не отказалась от мечты пойти по стопам мамы и не решила менять ВУЗ. Но, к счастью, вовремя сочла это малодушием и первым делом отправилась в Адидас за кроссовками и шмотками для бега. И чтобы намерение так намерением и не осталось, объявила всем, что собираюсь бегать дважды в день. Пожалела об этом в первый же день, но заставила себя встать на час раньше и пробежать свои первые три километра.
Теперь, спустя месяц, уже, казалось бы, должна привыкнуть - если верить правилу формирования новой полезной привычки, о котором трубят и сайты, и журналы, ориентированные на ЗОЖ, - однако, на мне это правило однозначно не работает. По крайней мере, в том, что касается занятий спортом. И сейчас я вновь колеблюсь между желанием поступить ответственно и не давать себе дополнительных поблажек и робкой мыслью забить на пробежку и сразу собираться в школу - тем более первым уроком по понедельникам у нас обществознание, которое мне сдавать на экзамене.
Голос разума на этот раз побеждает и я, даже не умываясь, быстро надеваю теплый костюм, дутый красный жилет Феррари, прихватываю телефон с наушниками и выбегаю на неприятно слякотную ноябрьскую улицу. Лелька сегодня ко мне не присоединяется, чему я, признаться, даже рада - могу бежать в своем темпе и не сбивать дыхание разговорами. На аллее вдоль нашего квартала бегунов хватает, и таких, как я, любителей, и явно более тренированных, а, может, и спортсменов. Выбрав для прослушивания старый альбом Линков, я вливаюсь в нестройную колонну бегущих.
После переезда семьи в другой район в феврале прошлого года я отказалась переводиться в новую школу - за год до выпускных экзаменов менять учителей и привычную обстановку казалось мне неразумным, - и теперь вынуждена каждый день мотаться за тридевять земель. Алиска на два года младше меня, поэтому у нее времени на адаптацию к новым условиям неизмеримо больше, и она ходит в школу через дорогу от дома, а я езжу на общественном транспорте - в утренний час пик это то еще развлечение. Но хотя бы по выделенной полосе, поэтому на дорогу уходит не более получаса.
- Кирк, приветы! - догоняет меня на светофоре Вичка-клубничка, как она сама представилась мне, когда перевелась в нашу школу в конце восьмого класса.
Когда я в тот день вошла в кабинет физики, новенькая уже сидела за партой на месте моего многолетнего соседа, и явно ощущала себя как дома. Я пожала плечами и опустилась рядом - за свое место я бы сражалась, а сосед пусть разбирается сам. Но он или не рискнул связываться с уверенной в себе девицей, к тому же красавицей, или они успели решить вопрос с рассадкой до меня, потому что никаких претензий с его стороны не последовало.
- Привет, Вик, - отзываюсь я и улыбаюсь в ответ на ее ослепительную улыбку, демонстрирующую идельно ровные зубы.
- Как каникулы?
- Чудесно, - вздыхаю я по их скоропостижному окончанию. - Полный релакс и чилинг на родном диване.
- Звучит отстойно, - нахмуривается одноклассница. - Какой диван, когда мы молоды и прекрасны?! Диванить будем на пенсии. Сорри, что забыла о тебе на всю неделю, и не вытащила в клуб, как обещала. Просто Владик, наконец, объявился. Ну... ты понимаешь, - она смеется, выразительно закатив глаза.
Конечно, я понимаю. Уже третий год я - и не я одна - выслушиваю невероятные истории про сказочного Владика, хотя ничего прикольного в нем не нахожу. Вика настаивала, что я обязательно должна с ним познакомиться, и прошлым летом мне пришлось тащиться с нашей окраины в центр ради встречи с живой легендой. Наглый, вальяжный и какой-то скользкий на вид он мне сразу не понравился, и я ему, как мне показалось, тоже. Но я своим мнением с подругой не делилась, и Владик, видимо, тоже. Потому что Вика не скрывала своей радости от нашей встречи и выражала неизменные надежды на продолжение общения. Но уже вчетвером - четвертым должен был стать мой парень, которого у меня, кстати сказать, до сих пор не было. Но Вика не собиралась так просто отказываться от своих планов и поставила себе целью свести меня с кем-нибудь, несмотря на мои отчаянные возражения. В чем, в чем, а в целеустремленности Виктории Свяжиной не откажешь, и мне то и дело приходится отбиваться от поставляемых ею претендентов на вакантное место.
Перебрав одноклассников и парней из параллели, она решила расширить круг поиска и вот уже месяц собирается затащить меня в ночной клуб, но планы постоянно срываются. По разным причинам. Что меня одновременно и радует, и огорчает. С одной стороны, я отчаянно трушу - говоря, что у меня нет парня, я имею в виду, что его нет не только сейчас, но никогда и не было. Пару свиданий с сыновьями друзей родителей и случайными парнями, в которых дело даже до поцелуев не дошло, я в расчет не беру. А значит, ни с кем встречаться и даже целоваться я банально не умею! Как признаться в этом кому-то в почти восемнадцать лет?! С другой - как-то стрёмно оставаться последней девственницей если не в районе, то в школе точно. В выпускном классе почти все уже с кем-то встречаются, а есть и такие, кто перебрал уже полшколы в поисках подходящей пары, и лишь у меня одной безупречная репутация недотроги. Тем более стрёмно, что совсем уж уродиной я точно не была. Если совсем честно, то по шкале красавиц я не так и далеко от верхней границы. Не длинноногая блондинка с фигурой модели, как Вика, но внешними данными однозначно не обделена. И ростом не обижена, и волосы у меня длинные, и глаза, говорят, красивые. Ну разве что пара лишних килограммов, с которыми я безуспешно борюсь лет с тринадцати… Но, похоже, никто кроме меня не считает это изъяном.
Когда прошу у мамы денег на антицеллюлитный крем, она закатывает глаза и заявляет, что целлюлит у меня на мозгах, а это дефект врожденный и кремами не исправляется.
Оставив верхнюю одежду в гардеробе, мы привычно подходим к расписанию, хотя список уроков на сегодня нам известен.
- О, нет! - расстроенно восклицает Вика.
- Что такое? - удивляюсь я, быстро пробегая глазами ячейку с подзаголовком 11 "Б".
- Да не там! Вот! - она раздраженно тычет пальцем в лист А4, прикрепленный к основному расписанию, с напечатанными на нем фамилиями старшеклассников, помогающих учителям на продленке с пятиклашками.
Среди четырех избранников на эту неделю значатся и фамилии ее и Виолетты, другой нашей одноклассницы. С ней мы тоже вроде как дружим. Остальные счастливчики - парни из десятого класса.