Не время для героев (СИ)

— Тебе бы помыться.
— Не знаешь, где тут ванну с горячей водой найти?
Он прыскает, а я слышу голос Грайма:
— Магистр Старвинг в своём репертуаре. Притащить на занятие живую “куклу”... Как ректорат вообще на такое пошёл?
— Ей всегда разрешалось больше, чем другим, — отвечает Тормунд, тоже услышав его, — Я слышал, её и раньше приглашали провести занятия в группе экспектации. Методы у дамочки своеобразные, но действенные.
— Но мы же почти ничего не узнали! — возмущается пухлый Вик, ещё один сын зажиточного торговца. — Только Слэйт пообжимался с мертвяком, а мы и записать толком ничего не успели!
По аудитории пробегает смешок. Я тоже улыбаюсь — на толстяка нет смысла сердиться, он остёр на язык и подкалывает всех, но чаще всего делает это беззлобно. К тому же, ещё на второй день занятий он сам подошёл ко мне и высказал восхищение тем, как я фехтую. Оказалось что парень видел моё поступление. Он вполне искренне сетовал на то, что сам находится не в лучшей форме, вообще не умеет обращаться с оружием и я пообещал, что дам ему пару уроков, если он захочет.
Кстати, было бы неплохо и самому записаться к мессиру Вольфгарту… Тренировки с мечами дважды в день я забросил, и теперь занимался не слишком систематично, что расстраивало. С другой стороны — навалилось столько проблем, страхов, да и попытки обучится контролю магии отнимали массу времени…
— Какого хрраша нас тут заперли, как думаете? — спрашивает Тормунд, впрочем, ни к кому особо не обращаясь, — У нас следующее занятие в этой же аудитории. Мы же не малые дети, чтобы сбегать, как только уходит преподаватель. Думаю, среди нас вообще не найдётся желающих раньше времени уходить из академии.
— Я видел кое-что на перерыве, — как обычно растягивая слова произносит Грайм, соблаговолив поддержать разговор, — По главным коридорам ходят группы Трибунала. Газеты кто-то из вас, надеюсь, читает? Понимаете, что происходит?
Услышав эти слова, я холодею. Для остальных слова Грайма являются не более чем сплетней, а вот для меня… Спина мгновенно становится липкой от пота.
— Неужели они правда думают, что среди нас прячется малефик? — фыркает Алисия, — Это же бред!
Одногруппники начинают возбуждённо переговариваться и строить теории. Тормунд поворачивается ко мне:
— Не, ну ты слыхал? Идиотизм же полный! Как будто чернокнижник стал бы скрываться среди нас, ха! Всё равно что червяку забраться в птичье гнездо!
Я натянуто улыбаюсь, а сам чувствую, как сердце покрывается ледяной коркой.
Сразу же вспоминается день, когда я очнулся после охоты. Тогда Палландо сказал, что исцелил меня и вычистил следы тёмного воздействия. Тогда я вообще мало что осознавал и не придал этим словам значения, но теперь они шарахнули по мне, как молния!
Приглашённый отцом маг думал, что это воздействие осталось в моём теле из-за того, что я сражался с медведем, и его щупальца поранили меня. На самом же деле следы тьмы остались, потому что она вырвалась из меня!
Поэтому профессор Атрай ничего и не заметил, когда проверял мою кровь во время поступления! Просто нечего было замечать — Палландо всё вычистил!
А сейчас после выплеска прошло два дня, и никто не удалял из меня тёмные проявления! Их наверняка можно обнаружить!
Тормунд, заметив что я нервничаю, по-приятельски хлопает по плечу:
— Да ты не переживай! Стандартная проверка, её выдержит даже девчонка.
— Да я о другом думаю, — вяло отмахиваюсь я, а сам… Сам только и размышляю, как отсюда можно сбежать! Вот только нечего и думать преодолеть заклинание ректора. 
Остаётся только ждать.
А торчать в запертой аудитории приходится долго. До нашей группы очередь доходит только вечером, к двадцатому колоколу. Те несколько часов, что мы проводим в томительном ожидании, для меня просто невыносимы. Я как на иголках, не нахожу себе места и перебираю десятки вариантов, благодаря которым могу выбраться из академиии, или избежать проверки, но…
Ни один из них не является реальным. Так что остаётся сидеть на месте и надеяться, что меня пронесёт, как в прошлый раз.
 
Всё-таки тёмных нельзя излечить магией, а Палландо сделал это со мной. Быть может, не всё так плохо…
Когда дверь в нашу аудиторию распахивается, и внутрь заходят шестеро, мы мгновенно замолкаем.
Первым шагает Ищейка Трибунала. Я узнаю его сразу — по вытянутой костяной маске чёрного цвета, с нанесённым серебром орнаментом. Он в коротком приталенном плаще, с накинутым на голову капюшоном и в высоких сапогах. На поясе висят короткий меч и кинжал.
Не знаю, исходит ли что-то от колдуна, или это игра воображения, но меня пронзает странное ощущение, когда он появляется в помещении.
Словно меня вскрыли и бесцеремонно заглянули в нутро…
За ним ещё четверо. Одеты почти также, но вместо костяных личин, полностью скрывающей лица, на них лишь полумаски. Это Рвачи, боевики Трибунала, и они тоже при оружии…
Последним семенит целитель из ближайшего лазарета — низенький мужчина в возрасте, чуть полноватый, с залысинами и пухлыми руками, одетый в белую мантию перепоясанную золотым поясом. Он тащит в руках большой деревянный ящик, и когда ставит его на стол рядом с кафедрой, слышится лёгкий стеклянный звон.
Пока мы внимательно разглядываем вошедших, Ищейка встаёт посреди аудитории и обращается к нам, приковывая к себе взгляды.
Ищейка в костяной маске делает шаг вперёд, приковывая к себе взгляды. Его голос шипящий, как у змеи, слова и предложения отрывисты.
— Меня зовут магис-с-стр Равалонг. Мы ищем малефиция и подозреваем, что он может с-с-скрыватьс-с-ся среди вас-с-с. Ес-с-сли он здесь — пус-с-сть выйдет вперёд. Мы в любом случае обнаружим его, но если чернокнижник сознаетс-с-с-ся… Я подарю ему быс-с-с-струю смерть!
Группа молча и напряжённо переглядывается. Ищейка слегка качает головой.
— Значит начнём. Выйдите к кафедре и выс-с-строитесь в очередь! Проверка не займёт много времени.
Повинуясь жесту Ищейки все встают из-за парт, выходят на пустое пространство перед кафедрой и выстраиваются в очередь. Я специально мешкаю, чтобы оказаться в её хвосте, и встаю одним из последних, сразу Тормундом. За мной только рыжие близняшки и тихий тип из купеческих детей, чьего имени узнать я до сих пор не удосужился.
А между тем целитель открывает ящичек, достаёт оттуда несколько запечатанных пробирок и встаёт рядом с Ищейкой. Тот подходит к первому человеку в очереди — это оказывается одна из подружек Алисии. Девушка пытается улыбнуться мрачному магу, но тот только командует:
— Руку!
Худенькая девушка протягивает дрожащую ладонь, представитель Трибунала стискивает её стальной хваткой и… проводит по ней своим тонким, пульсирующим синеватым цветом кинжалом!
Девушка вскрикивает, но Ищейка держит её крепко. Он передаёт кинжал целителю, сам берёт у него уже открытую пробирку, капает туда несколько капель крови и лишь после этого отпускает чужую руку. Студентка бледнеет и, пока колдун мерно трясёт ёмкость, зажав её большим пальцем, целитель, что-то успокаивающе бормоча, одним движением залечивает рану.
— Не она, — глухо роняет Ищейка и подходит к следующему студенту.
Сказать, что я напуган — значит не сказать ничего. Мысли беспорядочно мечутся, в голове нет ни малейшего намёка на то, как можно избежать проверки!
Ищейка довольно быстро проверяет большую часть группы. Сейчас он подходит к Лианее. Она протягивает руку, представитель Трибунала проводит клинком по изящной ладони.
Девушка шипит сквозь зубы, капая кровью в подставленную пробирку. Ищейка трясёт смесь, целитель проводит светящейся ладонью над порезом моей одногруппницы. Он почти мгновенно затягивается, и в этот же момент сыщик Трибунала качает головой.
— Чиста.
Следующий на очереди Грайм вечно прямой, как палка. Из пореза на его ладони кровь начинает сочиться не сразу, и это вызывает в очереди возбуждённые шёпотки. Но ничего особенного не происходит — офицерский сын просто перепугался. Кровь отхлынула от его рук, так что ему приходиться несколько раз сжать и разжать кулак, чтобы накапать в пробирку нужное количество капель. На лице Грайма — ни кровинки, но целитель с лёгкостью залечивает и его порез, а реагент в руке Ищейки никак не реагирует.