Я плету твою судьбу (СИ)

Переходя от тела к телу, я нашла ещё шестерых «счастливчиков», которым угораздило повстречать на своём пути психа-Ткача. И догадка Войнота с каждой обнаруженной жертвой обретала реальные черты. Маньяк тренировался. От первого до последнего убийства его вмешательства становились всё виртуознее, изящнее. А оттого и ужаснее. Если первая девушка погибла относительно быстро и легко, то последний мужчина, что лежал сейчас передо мной, мучился очень долго. В его полотне тоже угадывался букет, в котором я узнала тюльпаны.
— Тут тюльпаны, — едва слышно пробормотала я.
Больше для себя, чем для следователя. Но он услышал.
— Тюльпаны? — дёрнул он бровью.
— Да, — я устало закатила глаза.
Меньше всего мне сейчас хотелось пускаться в какие-либо объяснения.
— У девушки, к которой ты меня сегодня приводил, букет был из астр. Здесь тюльпаны. У остальных, — я махнула рукой в сторону осмотренных тел, — тоже самые разные цветы. Первые три тела, как я говорила, с едва заметными стежками, там даже критические узлы не сдвинуты. А вот дальше… Девушка — подснежник, причём всего один цветок. — Я начала загибать пальцы. — Девушка — ромашка, там их уже три, мужчина — букет нарциссов. И вот тут у нас тюльпаны.
Только закончив импровизированный доклад, я обратила внимание на то, каким хмурым выглядел следователь. Хотя нет, не хмурым — он был по-настоящему зол. Как тогда, когда выволакивал меня из номера отеля. Он смотрел на меня глазами, в которых от гнева расширились зрачки, практически полностью скрыв радужку.
Побоявшись, что Кэй снова выкинет какой-то номер, я сделала шаг назад. Наверное, это выдало мой испуг, потому что мужчина резко моргнул, легко тряхнул головой и, потерев переносицу, проговорил:
— Давай договоримся, Таис. — Прямой взгляд в мою сторону. — Ты говоришь всё, что видишь на этих проклятых полотнах. Даже если там будут сношающиеся ёжики. Ясно?
— Да без проблем, начальник. — Я вскинула руки. — Не думала, что вас интересует зоофилия.
— Язык прикуси! — рявкнул тот в ответ.
И я решила, что для своего же блага пора прекратить упражнения в остроумии. Хотя бы на время.
— Присцилла! — тем временем позвал Кэй. — Мы закончили, всех наших — в отдельный холодильник, стазис усилить. Пойдём, — это уже мне.
— Куда? — искренне удивилась я.
— Знакомиться с остальной командой.
И Войнот защёлкнул на моих запястьях хаттанты, отрезая все шансы на побег.
  
Глава 2. Нравится, не нравится — привыкай, красавица
 
— Сиди тут, — бросил мне господин следователь и, захлопнув дверь кабинета, оставил в общей комнате.
С десятком стражей и наглого вида секретаршей.
— Ты бы ещё сказал «Никуда не уходи»! — язвительно пробубнила я, присев на самый край дивана для посетителей.
Неизвестно, каких личностей тут держали до меня и чем они могли болеть. Мне до зуда некомфортно тут — настолько, что, будь у меня выбор, давно бы рванула в бега. В конце концов, удалось же мне сломать самые первые мои хаттанты, смогу заменить и эти.
Словно бы в ответ на мои мысли, проклятые браслеты нагрелись, и даже сквозь бархат коротеньких перчаток я ощутила их угрожающий посыл.
Тихо зашипев, попыталась оттянуть ненавистные украшения, но очень скоро поняла: гиблое дело. На любой намёк на снятие хаттанты реагировали лёгким, но ощутимым разрядом тока по телу.
Оставив попытки, я перевела взгляд в общий зал отдела убийств СКМП. Светлое помещение было заполнено сотрудниками, среди которых были не только секретари, но и рядовые оперативники. И вот внимание последних мне совсем не нравилось. Кто-то рассматривал меня украдкой и, я бы даже сказала, робко. А кто-то — внаглую, не скрывая презрения и откровенно враждебного отношения.
Я чисто машинально потёрла хаттанты. Предатели, выдавали меня с головой!
До смерти захотелось кофе, а потому воззрилась на секретаршу Кэя в надежде выбить из неё чудодейственный напиток. Миловидная девушка — таких полно в библиотеках и государственных бюро — сосредоточенно рылась в кипе папок и на меня бросила лишь один недовольный взгляд.
 
— Что? — буркнула она, вновь уставившись в перебираемые бумажки.
— Будь добра, налей мне кофе. — Я попыталась быть вежливой, постоянно держа в уме то, что это не моя прислуга из отеля, которая бросалась выполнять любой мой каприз.
— Ага, сейчас, бегу и спотыкаюсь, — хмыкнула эта нахалка и даже глаз не подняла. — Сама нальёшь, не хрустальная.
Видит Светлейшая, я хотела быть доброй и учтивой, но вспыхнувшее в груди раздражение резко поменяло мои планы. Быстро оглядела простушку и, к своему изумлению и радости, обнаружила, что пресловутого амулета против Ткачей на ней нет! Предвкушая, как проучу выскочку, я потянулась к силе. Всего-то несколько штришков и плетений в событиях ближайшего будущего этой стервы — и кофе будет моим!
— Ой! — Проклятые браслеты незамедлительно обожгли запястья.
— Даже не думай. — В этот раз секретарша удостоила меня своего взгляда.
И я поняла, почему хаттанты не просто предупредили меня о недозволительном действии, а именно что наказали.
Девушка передо мной, судя по фиолетовым отсветам магии в её глазах, чаровница. Та, кто умеет управлять эмоциями людей. У этих товарищей врождённый иммунитет к моим способностям. Самое обидное, что при таком потенциале чаровников почему-то именно мои сородичи несправедливо выставлялись чуть ли не главным злом, а чаровники спокойно существовали в обществе. На них даже блокирующих браслетов не надевали.
Их оправдывало то, что эмоции они не создавали с нуля — лишь мягко воздействовали на уже существующие. А значит, ничего противоестественного совершить не могли. К тому же чаровника, применяющего силу, легко заметить именно по светящимся фиолетовым светом глазам.
Но я скажу лишь одно: из любого правила есть исключения. Поэтому эти манипуляторы в моём списке нежелательных персон стояли на первом месте.
Так и не продавив упрямицу, я со вздохом поднялась с насиженного места. Бросила осторожный взгляд на дверь Войнота: надеюсь, мой священный поход за кофе не будет приравнен к ослушанию или побегу.
К кофемашине я даже не сунулась: мало того что ничего не понимаю в этом жутком агрегате, так там ещё и особые навыки нужны. Поэтому, вздёрнув подбородок и надев самую надменную из своих масок, я двинулась между рядами рабочих столов к стоящему у самого выхода автомату с кофе.
И прямо кожей чувствовала, как меня изучают — ещё больше, нежели когда я сидела у кабинета. Всё — от брендовых туфелек до дорогущей шляпки с вуалью — подверглось детальному осмотру и анализу. И я знаю: сейчас в головах местных клуш заработали калькуляторы.
Да, цыпочки, на мне надета ваша годовая зарплата, и мне от этого нисколько не стыдно. В конце концов, я заслужила это всё, годами прозябая в детском доме, борясь за каждую конфету или игрушку.
Пускай все мои нынешние блага добыты не совсем правильным путём, но, видит Светлейшая, я это заслужила!
Однако чувство собственной исключительности разбилось о суровую необходимость заплатить за желаемый напиток.
Я настолько привыкла ко всеобщему подобострастию, что я совсем забыла о необходимости иметь наличные! И теперь сумма в каких-то жалких пять магкритов казалась для меня непосильной.
— Д-давай у-угощу! — Пока я мялась у табло с выбором кофе, ко мне подошёл невысокий парень.
Судя по надписи на его форменной планке — младший аналитический специалист. Крупноватый, я бы сказала, орлиный нос и небрежная щетина на его лице делали внешность стража очень запоминающейся. Не говоря уж о янтарно-карих глазах, что смотрели на меня с искренним добродушием.
— Если тебя не затруднит. — Я наградила этого альтруиста самой сладкой улыбкой из своего арсенала.
Пока на мне эти чёртовы браслеты, придётся считаться с мнением окружающих и играть милую глупышку.
— Эй, Тио, что, на экзотику потянуло? — вопрос, сопровождаемый глумливыми смешками, донёсся до нас из самого угла кабинета. — Осторожнее, глазом моргнуть не успеешь — она тебе нити так натянет, что будешь ползать у неё в ногах!