Я плету твою судьбу (СИ)

— И? — Я сложила руки на груди и скептически поджала губы. — Если ты пытаешься убедить меня в том, что наш маньяк — это я, то мне стоит пойти к твоему начальству и спросить о твоей профпригодности. На кой мне участвовать в расследовании убийств, которые, по твоим словам, я и совершаю. Ах да, ещё неудачника-похитителя на мой счёт запиши.
— Я не говорил, что это делаешь ты, — ехидно улыбнулся Кэй. — Но мне нравится, что ты сама выдвигаешь такие подозрения. Волнуешься, что твоё злобное альтер эго может действовать, пока ты спишь?
Я уставилась на следователя как на умалишённого. У меня даже мыслей таких не возникало, а этот умник, оказывается, уже сотни теорий понастроил.
— Дурак, — только и ответила ему.
Широким шагом обогнула посмеивающегося Войнота и направилась обратно к маголёту. У меня было желание подойти к маленьким Ткачам, просто попытаться ободрить их. Но выходка Кэя отбила это стремление напрочь.
— Стой, там все доски прогорели.
Слова следователя прозвучали почти вовремя. Громкий хруст под ногами и взметнувшийся столб пепла ознаменовал моё падение. Даже взвизгнуть не успела, как уже грохнулась на каменный пол подвала.
— Ауч! — выдала я в сопровождении забористого ругательства.
— Ругается — значит жива, — донёсся сверху комментарий Кэя.
Затем послышался скрип половиц — следователь двинулся в мою сторону.
— Ты же вроде под высокородную косишь, а так выражаешься.
— Ни под кого я не кошу. Предпочитаю быть самой собой, — огрызнулась я, поднимаясь и потирая пятую точку.
Вроде и невысоко тут, но копчик умудрилась отбить.
— Теперь понятно, почему у тебя совсем нет друзей, — хмыкнул Войнот.
— Я бы тебе ответила, почему у меня нет друзей, но ты ведь всё равно скажешь «Так вам и надо», — проговорила я.
Больше для себя, чем для стража, но он услышал.
— А, ну да. Снова твои «Вы незаслуженно обижаете Ткачей, вы виноваты в том, что мы такие», — произнёс Кэй где-то совсем близко.
Доски под его весом угрожающе заскрипели, и я поспешила предупредить его:
— Осторожно, сейчас обвалишься.
Не то чтобы я переживала за этого высокомерного сноба, но если мне повезло упасть и не убиться — не значит, что и с его высокородием всё будет в порядке.
Войнот остановился, и лишь лёгкое поскрипывание досок выдавало его положение.
— Так, попробуй поискать лестницу. Как-то же они спускались в этот подпол, — отдал указание Кэй.
Да я так и так собиралась заняться поиском выхода, поэтому сделала вид, что подчинилась приказу.
— Что там вообще такое? — спустя минуту тишины поинтересовался следователь.
Видимо, надоело куковать, как аисту на брёвнышке, и он решил меня расспросами достать.
— Горы сгоревшей мебели, какая-то рухлядь, — начала перечислять я, пока пробиралась сквозь завалы.
Штаны и футболка ещё при падении испачкались в саже так, что я сейчас походила на древнего трубочиста. Надеюсь, теперь Кэй сподобится забрать мой гардероб из гостиницы. Иначе я все его вещи изничтожу.
— Ещё что-нибудь?
— Шкафы, столы… О, лампа, — перечисляла я, продвигаясь к дальней стенке, где, как мне показалось, увидела несколько ступеней.
Пройдя пару метров, замерла как вкопанная.
— Труп.
— Что?
— Я говорю, тут труп. — С каждым сказанным словом голос переходил на новый уровень громкости, к концу фразы превратившись в визг.
Ответом мне стал треск сломанных балок и грохот, с которым Кэй упал рядом со мной. Правда, сделал он это не в пример мне изящнее. Помогал себе воздушными потоками.
— Тебя на секунду можно оставить без появления новых жертв?
— Я случайно, — пошутила я, но тут же прикусила язык, поскольку Войнот наградил меня суровым взглядом.
Похоже, версия, что я на голову отбитый маньяк, которому просто интересно участвовать в поисках самого себя, для Кэя считалась приоритетной.
Неизвестный бедолага, обгоревший так, что идентифицировать его не представлялось возможным, сидел у той самый стены с лестницей.
— Бедняга, — протянула я и под недоумённо вскинутые брови Кэя продолжила: — Не успел выбраться.
 
— Знаешь, а он вроде и не пытался, — задумчиво произнёс следователь, присев перед трупом, осмотрел его со всех сторон и добавил: — Руки не связаны, ноги, на первый взгляд, целы. Он просто сидел тут и ждал смерти. Готова?
— К чему? — опешила я.
Опять смотреть полотно? Да не хочу я!
— К выполнению своей работы, — раздражённо бросил Кэй.
— А не надо вызывать ребят? Вдруг я что-то поврежу? Присцилла же ругаться будет.
Я сделала шаг назад, а потом ещё и ещё. Меня так пугала перспектива вновь коснуться очередного маньячного творения, что я чуть ли не ногами упиралась, когда Войнот потянул меня обратно.
— Госпожу Мелроуз я беру на себя. Смотри давай, иначе и впрямь решу, что ты чего-то не договариваешь.
Я выдернула руку и вернулась к телу. Гневное рычание непроизвольно вырвалось из моей груди.
— Такой настрой мне нравится, — усмехнулся Кэй.
— Плевать мне на то, что тебе нравится, — огрызнулась я. — Не мешай.
Не тратя больше ни секунды на препирательства, я потянулась к полотну лежавшего передо мной бедолаги… чтобы практически сразу упасть на многострадальную попу и в ужасе отползти от него.
В этот раз убийца постарался на славу. Шикарный букет из ярко-красных маков смотрел на меня из истории жизни жертвы. Но даже не это напугало меня. Я знала мертвеца. Тот самый охранник, что связывал маленьких девочек-Ткачей. Он не насиловал нас, нет. Ему просто нравилось наше беспомощное состояние. И страх, от которого большинство из нас плакало и просило не причинять боли. Большинство. Но не я. А потому чаще всего его ночной игрушкой становилась именно я. До самого выпускного ему так и не удалось сломить меня. Ни разу не расплакалась, ни разу не попросила прекратить пытку.
И сейчас мой очередной кошмар был уничтожен. Лежал передо мной пеплом прошлого.
— Что, очередной знакомец?
Кэй присел передо мной и внимательно следил за эмоциями на моём лице.
— Местный охранник, — выдавила я, сглотнув вязкую слюну.
— А он тебя чем обидел? — допытывался Кэй, даже за подбородок меня взял, чтобы в глаза смотреть.
— Ничем, — соврала я.
Скажу правду — и это точно похоронит мои мечты о свободе. Войноту не хватает именно этой последней капли в чашу подозрений о моей причастности.
В серо-голубых глазах следователя блеснуло разочарование. Но я так и не поняла в чём: что соврала или что не удалось привязать новое убийство именно к моей персоне?
— Цветы есть? — уточнил он, помогая мне подняться и отряхивая.
От этой заботы я подвисла и не сразу ответила. Тем более что судорожно пыталась сообразить, какой из ответов будет правильным. Всё-таки наличие букета в полотне — серьёзная улика.
— Значит, есть, — Кэй сам сделал вывод. — Какие?
— Маки.
Я не стала отпираться. Бросила взгляд на тело и замерла. Там были не просто маки.
— Мне надо ещё раз взглянуть.
— Вошла во вкус? — с издёвкой поинтересовался Войнот, пройдя дальше вдоль стены. — Посмотри, я пока попытаюсь расчистить нам проход.
В этот раз к почившему ублюдку я прикасалась со смесью отвращения и брезгливости. Всего одним глазком взглянуть, чтобы убедиться в собственном подозрении.
Маки по-прежнему были на месте. Горели ярко, будто отображая тот огонь, в котором сгинул их хозяин. И вокруг всего этого буйства разливался ореол удовольствия. Наконец до меня дошло, что же меня смутило ещё в предыдущей жертве. Я не просто видела, с какими чувствами умирали жертвы — я ощущала эти эмоции. Впитывала их.
— Кэ-эй, — протянула я, — у нас большая проблема.
— Что ещё? — Следователь в этот момент пробил очередную балку, что перекрывала выход из подвала.
— Наш маньяк действует не один. — Я вскинула руку, прикрываясь от яркого света, и успела заметить, как вытянулось лицо Кэя. — Смерти последних жертв окрашены эмоциями. Да так, что даже сквозь нити ощущаешь эти чувства.