Кланы вне закона 2 (СИ)

- Вы можете мне чем-то помочь? – прямо спросил я его.
- В пределах Чёрного зала – да! Но, как мы с тобой уже говорили, даже это не гарантирует твою безопасность, – глядя мне в глаза, ответил Отец Грэгор. – Я могу заткнуть особо ретивых. Но я ничего не знаю наверняка. Как ты видел, даже моя жизнь не находится здесь в безопасности… Но что касается заключённых за пределами зала, а тем более надзирателей, я, считай, почти бессилен. Меня там уважают и даже прислушиваются. Но всерьёз на что-то влиять не дают. Боятся, что я полностью подчиню себе Казематы. И справедливо боятся! Будь у меня возможность, так бы и сделал. Но возможности нет. Так что не обессудь…
Я кивнул. Конечно, мне бы хотелось большего. Но я понимал, что возможности Отца Грэгора не безграничны. Да и сам я уже большой мальчик. Могу о себе позаботиться. Значит, сосредоточусь на выживании. А дальше будь что будет…
Я встал с кресла и направился к выходу из-за ширмы.
- Ты куда? – удивлённо посмотрел на меня Отец Грэгор.
- Уже поздно, а завтра рано утром у нас тренировка, - ответил я. – Чтобы выбраться отсюда живым, мне нужно стать сильнее. Этим я и собираюсь заняться.
Сопровождаемый его взглядом, я вышел прочь и плюхнулся на свой матрас. День был тяжёлым.
И остальные обещали быть не легче.
  
Глава 15
 
Глава 15
Из-за того, что выбора у меня, по сути, не было, мне пришлось втягиваться в местную жизнь. И, сказать откровенно, у меня это получилось.
Каждое моё утро начиналось с раннего пробуждения и тренировки с Отцом Грэгором. Причём тренировки в его понимании не предполагали использования тренажёров и упражнений. Штанги, гантели, даже отжимания – всё это он считал ненужной ерундой, отвлекающей от сути. По этой же категории у него проходила и отработка ударов.
Единственная форма тренировки, которую он принимал, - это спарринг. Честный бой с использованием способностей. Без лишней жестокости и только до первой крови. От человека, своими силами прошедшего с самого низа иерархии Клана вне закона до Дона было сложно ожидать другого.
И надо признать, что его тренировки давали результат.
Сначала спарринги с ним были для меня подобны пытке. Я чувствовал себя крохотным малышом, борющимся с профессиональным спортсменом. Я не знал, откуда я могу ожидать удара, и каждый наш поединок завершал одинаково – лёжа на лопатках. А когда Отец Грэгор подключал свои особые способности, особенно Амок, у меня и вовсе не оставалось шансов. Даже с Тором, и то драться было намного проще!
Но, как и всегда, я стиснул зубы и продолжил учиться. Я отмечал все его движения, излюбленные приёмы и тактики. Передо мной как будто был опыт многих десятилетий, сконцентрированный в одном человеке. Не воспользоваться таким шансом было просто грешно!
Особо полезным оказался Атрибут зрения. Раньше я использовал его исключительно для того, чтобы ориентироваться в темноте или, например, разглядеть какие-то мелочи, которые были недоступны обычным глазам. Но на тренировках с Отцом мне открылись новые возможности.
Произошло это случайно. Отец Грэгор применил Амок и бросился на меня со скоростью выпущенной в упор межконтинентальной ракеты. Уклониться от его атаки было невозможно! Пытаясь сделать хоть что-то, я воспользовался Атрибутом, и мир вокруг изменился.
Теперь всё казалось медленным и плавным, как будто весь Чёрный зал разом погрузили в воду. А самое главное, теперь я видел движения Отца! Они были медленными и плавными. Теперь у меня был шанс увернуться!
Я наполнил тело силой молнии и резко отскочил в сторону, пропуская его удар над собой. Теперь я был совсем рядом с ним. И, разумеется, я такой шанс упустить не мог!
Я ударил его молнией, не особо пытаясь сдерживать свою силу. Получился отличный удар, способный зажарить на месте быка!
Но вот только на Отце он, к сожалению, никак не отразился. Защищающая его Энергетическая сфера прекрасно справилась со своей задачей, поглотив всю выпущенную мной силу. Правда, кое-какой след всё же остался – две небольшие подпалины на одеянии Отца. Ничтожно мало для такой атаки. Но мало кто мог похвастаться и таким результатом!
 
- Это что такое было?! – недоверчиво покосился на меня Отец. – Ты что, увернулся от атаки Берсерка?! И ещё нанёс ответный удар?!
- Я быстро учусь! – развёл я руками небрежно.
За это я и поплатился. Отец атаковал меня так стремительно, что даже при помощи Атрибута я едва остался в живых. Пусть я и имел огромные преимущества, опыт Отца всё равно значил очень многое.
Мы продолжили тренироваться, и скоро я понял, что способности Атрибута зрения были ещё шире, чем я мог представить. Благодаря ему я мог запоминать и повторять движения и связки Отца Грэгора не хуже его самого. Ни долгих месяцев тренировок, ни мучительных повторений. Достаточно отследить его движения, и я уже мог их повторить! Это было невероятным подспорьем в тренировках, благодаря которому мои результаты росли в геометрической прогрессии.
Мой мозг работал на полную, отмечая и запоминая всё, что я мог использовать. И как только я понимал, я тут же применял полученный навык на практике.
Через пару дней таких тренировок мой стиль боя, и так довольно продвинутый, начал меняться. Появились новые приёмы, блоки и болевые. Изменилась и тактика, весь рисунок боя. Благодаря постоянному изучению и наблюдению, я теперь читал противника намного лучше.
Теперь наши с Отцом Грэгором тренировки напоминали изящный танец, когда два противника кружат друг против друга, осторожно нанося меткие, но не очень сильные удары. Я даже мог несколько секунд на равных продержаться против первых уровней Амока! Достижение, которым могут похвастаться немногие…
Одними спаррингами с Отцом Грэгором мои тренировки не ограничивались. Буквально через пару дней наших с ним занятий он стал ставить меня в пару против бойцов из числа его доверенных людей.
Все обученные и мощные парни, опытные бойцы, выросшие на Дне, в Клоаке или других криминальных районах Хавока, они тоже многому сумели меня научить. Считывая их движения, на их примере я осваивал новые тактики и приёмы. При этом сражения с ними были в разы легче, чем спарринги с Отцом Грэгором, и я довольно часто умудрялся одерживать победу.
В чём мне ещё удалось добиться прогресса, так это во владении ножами. Навыку обращения с ними меня начинал учить ещё Тор, причём по принятой в Хавоке манере сражения двумя ножами одновременно. Один для защиты, второй для атаки. Уровень у меня был невысокий, и именно поэтому за меня взялся Амбал, фактически правая рука Отца Грэгора.
В отличие от Отца, его обучение заключалось не в постоянных спаррингах, а в заучивании основных стоек и приёмов, медленном, но верном совершенствовании навыков. 
Благодаря Атрибуту зрения в этом я был настоящим мастером! Наверное, именно благодаря такому подходу уже через несколько дней тренировок я почувствовал себя намного увереннее, и даже провёл несколько ножевых спаррингов. Победить Амбала, способного вытворять с ножами настоящие чудеса, пока не удалось, но я чувствовал, что ещё немного, и меня ждёт настоящий прорыв.
Продолжал я осваивать и собственные силы. Владение Атрибутом молнии стало по-настоящему виртуозным. Даже в пылу битвы я теперь мог наносить точные меткие удары, не боясь травмировать противника больше необходимого.
Освоил я и новое свойство молнии. Теперь, сконцентрировавшись, я мог выпускать на расстояние молнии, которые назвал «невидимыми». От обычных они отличались тем, что заметить их невооружённым глазом было невозможно. Их энергия была настолько тонко распределена в пространстве, что они были неуловимы для человеческого глаза. Конечно, для создания таких молний требовалось больше времени и концентрации, но зато я получил возможность использовать дальнобойное оружие без риска раскрыть свои способности окружающим.
Но вот в чём мне продвинуться никак не удавалось, так это в искусстве владения Энергией. Сколько я ни старался, заставить Усилитель работать у меня не удавалось. Я использовал Атрибут молнии, Усилитель начинал искрить, но дальше этого продвинуться мне не удавалось. Без силы Руны я не мог приманить к себе надлежащее количеством энергии, и поэтому всё оставалось бесполезным. Как заставить Руну работать, я тоже не понимал. Она жила своей жизнью и начинала работать как надо только в те моменты, когда моя жизнь оказывалась в настоящей опасности, и другого шанса на спасение просто не оставалось.