Король Яков II Стюарт и становление движения якобитов (1685–1701)

В изучении деятельности якобитской общины в России в зарубежной историографии намечены лишь наиболее общие контуры. М. Брюс и Р. Уиллс исследовали более поздний период, последовавший за смертью Якова II [101]. В коллективной монографии шотландских историков П. Дьюкса, Г. П. Хэрда и финна Я. Котилайне «Стюарты и Романовы: становление и упадок особых отношений» [102] частично рассматривается деятельность якобитов в более ранний период — 1688–1698 гг. Однако указанные авторы сконцентрировали внимание на политической деятельности лишь одной личности — генерала Патрика Гордона. Историки постоянно говорят в своей работе о существовании в это время в России якобитской партии, но не пытаются выявить ни иных ее представителей, ни оценить ее численность и влияние [103]. Предположение П. Дьюкса, Г.П. Хэрда и Я. Котилайне о том, что Патрик Гордон пытался создать в Московском государстве якобитскую армию, чтобы затем перебросить ее на Британские острова, представляется явным преувеличением [104]. Отдельные биографические сведения о якобитах, служивших в России, можно найти в статье П. Дьюкса «Шотландские солдаты в Московии» [105]. Канадский историк Э.Б. Пернел посвятил статью деятельности П. Гордона в качестве корреспондента «Лондонской газеты» в России [106].
Л. Барбе, Э. Линклэтер, Д. Мидлтон, М. Моррис, Р. Б. Обрэйн, Ф.У. Сарджент, Ч.С. Терри, Ч.Т. Уилсон, М. Хэйл, К. Хескет, Дж. Ходжес создали яркие портреты лидеров якобитского движения: британской королевы и супруги Якова II Марии Моденской, его сына — герцога Берика, графов Мидлтона и Тирконнела, виконта Данди, генерала Патрика Сарсфилда, сэра Джорджа Маккензи, Уильяма Пенна [107].
Среди отечественных историков одним из первых на личность Якова II обратил внимание Н.И. Кареев. Его взгляд на низложенного Стюарта нельзя считать вполне оригинальным. Скорее исследователь обобщил огромный материал, накопленный к тому времени в зарубежной историографии. Н.И. Кареев рассматривал Якова II как олицетворение политических сил, которые в Раннее Новое время боролись с общественным прогрессом. Он наделил Якова II следующими характеристиками: «человек необщительный, угрюмый, скрытный и более упрямый в своих стремлениях, нежели его старший брат [Карл II — К.С.]», «фанатик католицизма» и т. д., а Англию периода его правления историк называл государством, где «господствовал террор». Н.И. Кареев одним из первых среди отечественных ученых связал «царствование двух последних Стюартов, Карла II и Иакова II» с последней попыткой установить в Англии абсолютную монархию и восстановить католицизм [108].
В дальнейшем в работах отечественных историков Яков II оказался в тени. На первый план вышли другие проблемы и другие личности. О низложенном Стюарте упоминалось лишь в общих работах по истории Великобритании и Ирландии или Европы в целом, в которых перечислялись отдельные (и, как правило, общеизвестные) события его правления и давалась краткая общая характеристика, почти дословно копирующая отдельные черты портрета, который создал Н.И. Кареев. Значительное влияние на оценки Якова II и его политики в отечественной историографии оказала британская вигско-либеральная научная школа. В итоге, противоречивая и неоднозначная личность Якова II получила в отечественной исторической литературе одностороннюю (и весьма упрощенную) оценку. Его правление трактовалось как поворот английской истории в тупик, время, потерянное на бесплодную попытку вернуться в эпоху, предшествующую Английской революции середины XVII в. Образ короля сложился исключительно негативный, а его взгляды признавались отсталыми и исторически ошибочными. С легкой подачи вигских историков во многих отечественных исследованиях утверждается, что конечными целями Якова II были установление абсолютной монархии и насильственная Контрреформация [109].
 
В последние десятилетия Т.Л. Лабутиной, Л. И. Ивониной, А. Б. Соколовым, И.М. Эрлихсон сделаны крупные шаги в изучении эпох правления Карла II (1660–1685) и Вильгельма III (1688–1702) [110]. Т.Л. Лабутина и И. В. Кеткова (Фадеева) обратили особое внимание на политическое значение «исключительного кризиса» 1679–1681 гг., ставшего важной ступенью в становлении Якова II как политического деятеля, что позволяет пролить свет на формирование его политических взглядов [111]. И. В. Кеткова (Фадеева) разработала проблему движения общественных низов в начальный период правления Якова II, в частности, мятеж герцога Монмута [112].
Л.И. Ивонина и В.А. Томсинов исследовали отдельные аспекты «Славной революции» 1688–1689 гг. в Англии. В.А. Томсинов сконцентрировался преимущественно на проблемах, связанных с законодательством и законотворчеством [113], в то время как работы Л.И. Ивониной посвящены, главным образом, изучению роли «Славной революции» в развитии международных отношений в Европе в конце XVII — начале XVIII в. [114] Л.И. Ивонина является автором единственного очерка о Якове II на русском языке [115]. Одна из ее статей посвящена борьбе герцога Мальборо с якобитами в Ирландии в 1691 г. [116]
Оценка личности Якова II частично пересмотрена в диссертации Д.О. Гордиенко «Корона в эпоху Реставрации Стюартов в Англии». В то же время следует отметить, что его исследование посвящено, главным образом, Карлу II, поскольку на его правление приходится двадцать пять лет из двадцативосьмилетнего периода Реставрации. В результате, Яков II остался в тени своего старшего брата. Д.О. Гордиенко упоминает о нем лишь как о неосторожном и неумелом продолжателе Карла II. Между тем для понимания природы якобитизма (связанного с именем Якова II, а не всей эпохой Реставрации в целом) и причин его возникновения, необходимо выявить специфику правления Якова II и проследить его политику не только в Англии, которой ограничиваются географические рамки диссертации Д.О. Гордиенко, но также в Шотландии и Ирландии [117].
Движение якобитов в отечественной историографии остается еще менее изученным, чем личность монарха, связанная с его возникновением. На настоящий момент единственным обобщающим исследованием по этой проблеме является диссертация Г.С. Зарницкого «Якобитское движение в Великобритании в конце XVII — первой половине XVIII в.». Центральной проблемой диссертации является идеология якобитов и социальная база движения в Англии и Шотландии [118]. Диссертант отказался от изучения Ирландии на том основании, что «ирландский… якобитизм отличался значительной спецификой и быстро (уже к 1692 г.) сошел со сцены» [119]. Полагая событийную сторону проблемы достаточно изученной в зарубежной историографии, Г.С. Зарницкий фактически отказался от рассмотрения самого хода развития движения, ограничиваясь приведением его периодизации в первой главе и кратким хронологическим обзором в приложении, содержащем много ошибок и неточностей [120]. Заслугой Г.С. Зарницкого является подробное изучение социально-экономического и политического развития Великобритании в период деятельности якобитов. В то же время, правление Якова II осталось вне хронологических рамок диссертации. Неясна личная роль монарха и в самом движении.