Наследие Истинного Пламени. Дилогия (СИ)

– Заткнись.
И Таммит заткнулась, правда всего на несколько секунд.
– Я не заткнусь! Ты должна…
– Ничего я тебе не должна, Таммит. Ты сама себе вырыла могилу. Про твоего сынка давно ходили слухи, тебе не стоило так попустительски к ним относиться, и вот результат. Радуйся, что он не прикончил тебя прямо там, в зале.
Таммит побледнела и отшатнулась словно от пощечины.
– Ты же не собираешься все свалить на меня?.. – в глазах женщины блеснуло осознание ситуации. – Я не собираюсь становиться крайней!
– Как будто у тебя есть выбор, Таммит, – Тристи утомлял этот разговор. Раз Теон требовал провести расследование, значит кто‑то должен стать крайним. – Ты сама дала рычаг давления Владетелю прямо в руки. Хорошо хоть, что в украденных данных есть далеко не всё.
– Я не дам сделать из себя крайнюю, Тристи!
Тристи вздохнула. Разговор с каждой секундой утомлял все сильнее.
– А тебя никто не будет спрашивать. Веди себя как примерная девочка, прими наказание. Тебя скорее всего сделают Тусклой, но в память о былых временах не отправят в ссылку. Проведешь остаток дней в собственной постели.
От услышанного Таммит вздрогнула.
– Или беги. Бери, что сможешь, и покинь Риндерон. В Немланде хватает мест, где не выдают беглецов.
– Бежать, поджав хвост?! После всего?! Я Таммит дор‑Рунтоп! Старший Архонт! Я не собираюсь бросать все, что строила долгие годы! Нет, Тристи, я не побегу! Ты поможешь мне все уладить, иначе я потащу тебя за собой! Ты замешана в этом не меньше меня, и да выжжет меня огонь Таргарона, если я… кха…
Крупная мужская рука внезапно зажала женщине рот, а секундой спустя в горло вонзился костяной кинжал. В глазах Таммит мелькнул ужас, но что‑либо сделать она уже не могла. Кренталевые вставки на перчатке мужчины не позволили фурии использовать силу.
Тристи наблюдала за этим без особого интереса, с холодным равнодушием, которое сменилось раздражением, когда кровь замарала пол.
Наконец убийца отпустил свою жертву, и обливающаяся кровью фурия рухнула на пол, содрогаясь в конвульсиях. Она пыталась остановить кровотечение, зажимая рану, одновременно безмолвно моля Тристи о помощи.
– Не стоило угрожать мне, Таммит.
Тристи перевела взгляд на невзрачного мужчину лет тридцати с самой заурядной внешностью. Бездушные практически все такие, вместе с «душой» из них уходит и «индивидуальность», если можно так это назвать. Лицо сглаживается, лишаясь отличительных черт, их всех можно принять за братьев и сестер.
– Найди кого‑то с даром Восстановления. Нужно избавиться от раны и сделать так, чтобы все выглядело как самоубийство, – приказала фурия.
Бездушный покорно кивнул и занялся упаковкой тела для транспортировки, а Тристи тем временем уже мысленно составляла список тех, кого ещё нужно убить, чтобы зачистить хвосты.
* * *
Сложно представить, но с момента, когда Теон предстал перед Арбитражем, прошло уже больше недели. Для Самины это были тяжелые дни. Она и представить не могла, сколько работы ляжет на плечи помощницы Теона сразу после того, как была достигнута договоренность.
Совместным с Генриэттой решением стало превращение Школы в штаб Домена Власти. Пока временный, но как говорится «нет ничего более постоянного, чем временное», поэтому обустройством штаба занялись основательно.
В первую очередь было решено разблокировать законсервированные помещения, расположенные на более глубоких уровнях. Дожидаться, когда прибудет соответствующий специалист с ключами доступа, никто не стал, Кригер просто уничтожил дверь, а затем совместными усилиями после нескольких не вполне удачных попыток в комнатах восстановили энергосеть. Не все функционировало должным образом, но по крайней мере теперь места стало гораздо больше.
Но этого Теону, показалось мало.
– Нижние этажи для доверенных людей, – сказал Теон, раздавая указания перед тем, как отправиться отдыхать. – Так что нам нужно расшириться и снаружи.
Вначале Самина не понимала, что это значит, пока Кригер не переместил окружающие Школу стены, расширив внутренний двор раз эдак в пять‑шесть. Сами же стены стали выше, превратив бывшую Школу в чуть ли не крепость. Затем Кригер приступил к возведению зданий.
 
Самина наблюдала за этим со стороны, но и без этого проблем у девушки хватало. И первая – сам Домен Власти. После того, как Теон продемонстрировал себя Арбитражу, он на несколько дней выбыл из строя, находясь в полубессознательном состоянии. В итоге все решения относительно Домена пришлось брать на себя фурии, и к такой ответственности она не была готова.
Нужно было отправляться на первую встречу с Арбитражем. Теон помочь не может, а Кригер занят возведением нового штаба. Идти одной Самине не хотелось, поэтому она решила взять с собой Руннэт. Кригер был категорически против, но Самина убедила его, что одной ей не справиться.
– Послушай, – начала Самина разговор, пока они ехали в Арбитраж. – Может, ты будешь говорить от его имени? В смысле… Я понимаю, что Теон назначил главной меня, но я же ничего в этом не понимаю. Я легист, а не политик. И…
– В этом нет смысла, Самина, – Руннэт даже на посмотрела на фурию. Взгляд бывшей Королевы Шипов смотрел куда‑то в пустоту. – Я не могу взять на себя твою работу, даже если захочу.
– Я и не прошу. Просто…
– Самина, – Руннэт посмотрела фурии прямо в глаза. – Я могу дать тебе несколько советов, но не более, просто прими это. Я с вами ненадолго, и даже если сегодня я возьму на себя роль доверенного лица Теона, то лишь наврежу этим и ему, и тебе. Я буду бороться с Отсечением столько, сколько смогу, но в итоге оно все‑равно меня заберет. К тому времени ты должна быть готова обходиться без моих советов.
– Значит, чтобы научить плавать, хочешь бросить меня в пруд с пираньями… – Самина поняла, о чем идет речь. Руннэт на это лишь улыбнулась краешками губ.
– Теон доверил это тебе, веря, что ты справишься. А значит ты справишься.
– Мне бы вашу уверенность… Я вообще не знаю, что делать, когда мы окажемся там.
– Будь твердой и гибкой одновременно. Требуй много, внушай непоколебимую уверенность, но одновременно будь готова идти на уступки.
– Звучит просто…
– Звучит – да. Но на деле едва ли это просто. Ничего, ты научишься.
Самина кивнула, чувствуя легкую досаду. В душе она знала, что все так обернется, но неуверенность в собственных силах мешала ей. Одно дело – работа в Зеленом Этаже, а другое – представлять целый Домен, не имея в этом ни малейшего опыта.
– Можно личный вопрос? – поинтересовалась Руннэт.
– Конечно.
– Ты любишь Теона?
Самина от такого неожиданного вопроса едва не подпрыгнула.
– Я не знаю, – после недолгого раздумья ответила она. – Я не привыкла разбрасываться такими словами. Я чувствую к нему что‑то, но не уверена, что это именно любовь. Он такой самодовольный, самовлюбленный и эгоистичный… Порой мне хочется врезать ему от души. А ещё он такой печальный. В нем словно постоянно кипит борьба.
– Он не всегда был таким. Когда мы впервые встретились, Теон был другим. Молодым, горячим и решительным. Он странствовал по миру, ища неприятностей, пока однажды не оказался в Бонхарде, – на губах Руннэт играла грустная улыбка. – Случайная встреча двух Ткачей, которая переросла в страсть, а дальше – во что‑то большее… Встреча, изменившая мир. Лучше бы её не было..
Последние слова женщины удивили Самину.
– Самина, я хочу сказать, что нынешнему Теону нужен кто‑то рядом. Кто‑то, кто его поддержит и не даст потерять себя. Сейчас он нашел равновесие, но вряд ли это продлится долго. Очень надеюсь, что, когда это случится, тебе не придется столкнуться с выбором, который оказался передо мной.
 
Это был странный разговор, но особенно пробрали последние слова Руннэт.
– Позаботьтесь о нем, когда меня не станет.
И это был самый запоминающийся момент того дня.
Встреча с Арбитражем прошла на удивление рутинно. Несмотря на ожидание, никто из Старших Архонтов не соизволил снизойти до встречи с посланниками, хотя Самине пришлось пообщаться с парочкой простых Архонтов. Проблема, которая волновала фурию больше всего, а именно помилование, решилась практически сразу. Ей просто дали бланк, куда нужно было внести имена, после чего в течении нескольких дней все указанные люди получат прощение преступлений.