Наследие Истинного Пламени. Дилогия (СИ)

– Да, – подтвердил Теона. Запрокинув голову, он несколько секунд молча смотрел в потолок.
– А вдруг это ошибка? – предположила Вестра. – Вдруг его обманули?
– Алчущего не обманывают, – покачала головой Руннэт. – Он отправляет Бездушных, лишь когда твердо знает, кто цель и где она находится.
– Значит он наш враг. Перемирию конец, – с легкой досадой сказал Теон. А ведь у него были мысли выяснить, существует ли Братство по сей день. Они могли стать для него хорошим инструментом, но теперь это не имело значения. Сегодня мог умереть кто‑нибудь из присутствующих, и лишь чудом этого не произошло. – Алчущий сделал ставку не на нас.
– Скорее всего, – согласилась Руннэт. – Он всегда выбирает наиболее безопасный и выгодный путь.
– И все же очень странно… он прекрасно знал, что тут нахожусь я, – продолжил Теон. – Но послал всего троих… Бездушным меня не убить. Зачем ему все это? Разозлить меня? Заставить не чувствовать себя в безопасности?
– Не думаю, что мы сейчас узнаем ответ.
– Верно. А может это такое предупреждение? Вроде: «Я знаю, где вы, значит и они знают».
– Глупости, – не согласилась Самина, скрестив руки на груди. Теону казалось, что она возражала лишь потому, что ей хотелось, а не из‑за каких‑то веских причин. – Для этого достаточно было отправить записку или сообщение. Да и знай Арбитраж и Магистериум, где мы, они бы уже прислали штурмовой отряд из фурий.
– Речь не про Арбитраж, – нахмурился Теон.
– В смысле? – не поняла его Самина.
– Думаю, пришло время вам кое‑что узнать. Враг, с которым я собираюсь сражаться – не Арбитраж и не Архонты.
– Теон, не думаю, что это хорошая идея. Порой лучше не знать, – попыталась образумить его Руннэт, но тут же замолчала, недовольно поджав губы, увидев его взгляд.
– Они в праве знать.
– Знать что? – нахмурилась Самина. Впрочем, это было почти её обычное состояние. Кажется, её брови не сходились на переносице лишь во время сна.
– То, кому именно мы объявили войну пару дней назад, – Теон собрался продолжить, но увидел за плечом Самины призрака Утрена, его старого учителя. Он положил свою гниющую руку фурии на плечо, но девушка этого и не замечала.
– Теон? Знать что? – повторила она свой вопрос, но инициативу в разговоре перехватила Руннэт.
– Мы объявили войну Старым Богам. По крайней мере нескольким из них.
Сказать, что присутствующие были удивлены – не передать и десятой доли их эмоций. Самина была в недоумении, Вестра изумлена, Алетра восприняла это как бред сумасшедшего.
– Стой‑стой, – Самина вышла вперед и оперлась одной рукой о стол, за которым сидел Теон. – Ты говоришь, что Старые Боги, те самые, которые якобы существовали две с хреном тысячи лет назад, сейчас тут? Разгуливают по этому самому городу? И мы собираемся с ними сражаться?
Она даже не пыталась скрыть насмешку, но Теона это не задело.
– Перед тобой сидит бессмертный император всего мира, – заговорил Кригер из дальнего угла комнаты. – Так ли странно после этого существования богов?
Самина бросила на Кригера сердитый, обжигающий взгляд, но сказать что‑то против этого аргумента не смогла.
– Зря ты это затеял, лучше им было не знать, – вздохнула Руннэт, после чего обратилась к присутствующим. – Давайте начнем с того, что именно вы слышали о старых богах.
Первой заговорила Вестра. Как Теон уже успел понять, она весьма сообразительная и эрудированная девушка.
– После того, как Тьма убила Истинное Пламя, Длань Света Таргарон пришел в этот мир и взял себе одиннадцать учеников. Он поделился с ними частицей своей души, но… Тьма оставила на нем свой отпечаток. В итоге он обезумел и возжелал испепелить весь мир, но ученики выступили против него и сумели его остановить. После этого наступил мир, Золотая Эпоха, когда Старые Боги с помощью своей силы развивали общество, а когда поняли, что больше не могут ничего дать, они ушли.
– Это ложь! – от тона Теона Вестра вздрогнула, да и остальные девушки попятились. Лишь тогда мужчина понял, что невольно зачерпнул энергии Иного, и каждая из присутствующих фурий это ощутила. Отпустив силу, он тряхнул головой, прогоняя нахлынувший гнев.
 
– Это ложь, – повторил он, уже гораздо спокойнее. – Тьма действительно тронула Таргарона, но он не был настолько безумен, насколько его описывают.
Даже я куда безумнее .
– Им двигали лишь благие побуждения. После смерти Истинного Пламени тысячи миров были уничтожены, а некоторые, и наш в том числе, уцелели, но прибывали в хаосе. Он пришел принести нам порядок, а те, кого мы называем Старыми Богами, прикоснувшись к его силе, предали его! Убили, принесли в жертву в угоду собственной алчности! Им было мало того, чем он поделился! Им было мало… Ещё! Больше силы! Ещё! Ещё! Они…
– Теон! – возглас Руннэт вырвал мужчину из мыслей, и он вновь понял, что потерял контроль. Он так крепко вцепился в подлокотник кресла, что тот треснул.
Воспоминания Черного Демона и его гнев накатывали волнами. Это случалось редко, но каждый раз Теону было тяжело удержать их под контролем.
– Думаю, будет лучше, если я продолжу, – сказала Руннэт.
– Да…
Теон прикрыл глаза рукой, ощущая, как его всего трясет. А ещё призраки… Сейчас их в комнате стало уже трое. Он ощущал даже с закрытыми глазами их взгляды и чувствовал вонь их гниющей плоти.
– Как уже сказал Теон, все это… не совсем правда. Мы не знаем, как было доподлинно. Источников того времени почти не сохранилось, но я могу сказать вам одно – Старые Боги были не такие уж хорошими, какими их сейчас принято считать. В наше время Старые боги оценивались крайне неоднозначно. Они действительно могли делать что‑то хорошее, но и ужасов в те времена хватало. Пока Лейва Дарующая основывала торговые гильдии, создавая Великий Путь Лей, Молотобоец уничтожил Рамкасовый хребет, в один миг стерев с лица земли двенадцать городов и сотни тысяч человек. И таких примеров масса. Они творили с этим миром все, что заблагорассудится, и никто не мог им противостоять. Весь мир был для них игровой площадкой, где они устанавливали правила.
– Я никогда ни о чем таком не читала… – охнула Вестра.
– Не удивительно. Наш враг мастерски переписывал историю. Сейчас никто и не помнит о тех ужасах, что они творили.
– Но, если они действительно так сильны, то почему открыто не объявили о себе? Почему мы ничего не слышали о старых богах? Тем более половина из них были мужчинами, – спросила Лифэтта.
– Потому что я убил одного из них, – Теон улыбнулся самой жуткой и безумной из своих улыбок. В этот момент он просто не мог улыбаться иначе. – Они поняли, что тоже смертны.
Руннэт вздохнула, бросив на Теона недовольный взгляд, но вслух ничего не сказала. Да и нечего было говорить – Теон был не в себе, и так было почти всегда, когда дело касалось Старых Богов. В такие моменты Банрат‑Тан‑Азур и его эмоции брали над мужчиной верх.
– Что за ерунду вы говорите? – не сдержалась Самина. – Старые Боги ушли две тысячи лет назад, вы сами это сказали.
– Они не ушли, – ответила на это Руннэт. – Их запечатали.
– Что? – Самина удивленно выгнула левую бровь. – В смысле запечатали?
– Заключили в магическую тюрьму, пока однажды одна из фурий случайно не освободила Могдина.
– А может и не случайно, – мрачно не согласился Теон. Они так и не выяснили, как именно это произошло. Та «головоломка» ходила по рукам две тысячи лет, и совершенно внезапно её сумели открыть именно в тот день, в Дармассе?
– Как бы то ни было, Могдин обрел свободу и испепелил всех жителей Дармасса. Ни осталось ни одного. Больше года мы вели с ним войну. Для него это была игра. Он, как и мы собирал армии, отправлял их в бой, захватывал крепости и города. А затем… – Руннэт запнулась и бросила на Теона короткий взгляд. – Затем они с Теоном сошлись в схватке, итогом которой стал Небесный Раскол.
 
– Двое мужчин решили подраться и уничтожили полмира, – рассмеялась Алетра. – Правильно, что вас лишили сил! Безумцы, возомнившие о себе слишком много.