Просто игрушка (СИ)

Галлион с сумасшедшим глазами отрезал у возлюбленной волосы, бормоча про себя, что есть надежда и такой шанс он не упустит. Вар ничего не понял из его слов, он уткнулся в бездыханный стан девушки и плакал. Остальные поданные, ставшие невольными свидетелями такой сцены, лишь сочувствовали потере своего императора.
***
Перед Верховным стояла очередная душа, мерцающая изнутри восхитительным блеском. Она была чистой и невинной в своих помыслах. Каждое существо чувствует за собой вину, если оно совершило неправильный поступок. Вот и Верховный раскаянно посмотрел своими белёсыми глазами без зрачков на неё и заявил: — Я всего лишь хотел иметь родное создание. Прости, что из-за меня пострадала ты.
Душа улыбнулась, потянувшись за лаской к своему близкому. И в мыслях она не думала обижаться и обвинять кого-либо в случившемся.
— Ты пройдешь перерождение. Я дарую тебе жизнь, — утвердил он, — кем ты станешь в итоге — решать тебе самой. Если захочешь — то вспомнишь себя, таково моё последнее слово.
— Спасибо дедушка, — прозвучал звонкий голос. В мгновение ока после вынесенного решения, душа полетела к новому сосуду. А Верховный пообещал себе самому больше никогда не создавать себе подобных, чтобы не привязываться к ним навечно и не испытывать присущие обычным существам эмоции и чувства.
  
Глава 28
 
Трое мужчин стояли возле прозрачной огромной цилиндрической ёмкости, в которой плавала обнажённая женская особь, подключенная к проводам питания.
— Я все ещё не могу поверить, что тебе удалось воссоздать технологию клонирования, — Радий изумлялся.
— По идее я должен сейчас сообщить Галактическому Союзу о твоём опыте, — мрачно проговорил Варфоломей, — только одна причина останавливает меня от этого шага.
— Давай рискни, — с деловым видом Галлион сверял показания и что-то заносил в планшет, — и тогда ты лишишь нас и наших детей будущего. Сомневаюсь, что после этого, они с нами продолжат общаться.
— Как видишь, мой сын до сих пор избегает меня, — перекосил лицо Вар, — он не захотел меня выслушать и опять скрылся в неизвестном направлении.
— Я думаю, когда всё вернётся на свои места, он сам примкнёт к нам назад, — сказал Радий, — кроме того, ребята постоянно контактируют с ним, поэтому он в курсе этого эксперимента. Надо только надеяться, чтобы он оказался удачным.
— Всё идёт как надо, по правильному алгоритму, — сверив свои записи, — объявил Галлион, — скорее всего, она будет без прошлой памяти. У нас есть возможность начать с гладкого чистого листа. Однако, есть единственное но. Необходимо на первое время оградить её от наших миров и его обитателей, чтобы она не знала кем была и у неё не произошел срыв.
— Что ты предлагаешь? — занервничал Варфоломей.
— Её нужно вернуть на Землю, — изрек Галлион.
— Я против, — заявил он в ответ, — вы-то сможете там находиться и незримо наблюдать за ней, а я нет.
— У тебя нет выбора, — жёстко припечатал Галлион.
Варфоломей пробуравил его тяжелым взглядом и утвердил: — Даю вам полгода на её адаптацию.
Радий с Галлионом сомнительно посмотрели друг на друга и нехотя согласились.
***
— Семён Петрович, я подготовила документы, которые вы просили. Они лежат у вас на столе, — отчиталась я перед своим руководителем, нервно одёргивая короткую юбку вниз.
— Алиночка, когда мы с тобой находимся наедине, можешь просто называть меня Сёма, — проворковала эта сорокапятилетняя зараза, которая приняла меня на работу без высшего образования и предоставила вакантное место секретаря. Семён Петрович Синицын вот уже как два месяца был моим непосредственным руководителем и при любой удобной возможности пытался огладить ноги, схватить за попу или коснуться груди. Я стойко терпела и избегала его объятий, поскольку выбора у меня в ситуации, в которой я очутилась, не было.
Три месяца назад меня нашли на трассе недалеко от населённого города. Выглядела я не плохо в потерянном состоянии, но не могла вспомнить кто я и откуда взялась. Мне повезло и меня в этот же день опознал дядя Миша, приехавший с соседнего города и объяснивший полиции, что я скорее всего являюсь его племянницей, поскольку очень сильно похожа на его пропавшую сестру Алмазу. Тест ДНК показал родственную связь и мне сделали документы, по возрасту определив девятнадцать лет и дав имя Алина. Дядя Миша рассказал мне события давно минувших дней, про мою мать, её детство, показал привезённые с собой фотографии и предложил мне свой кров в виде однокомнатной квартиры, доставшейся ему от покойных родителей. Не знаю почему, но я не захотела сидеть у него на шее. Тогда он помог обустроиться, снял на первое время приличную комнату у одной глухой бабушки, завёл карту, сбросив деньги на проживание и одежду и велел обращаться к нему по любому вопросу. Он был одиноким мужчиной и не заводил семью, предпочитая работать в обычном сетевом магазине товароведом, а в свободное время занимался подводным плаванием, выискивая раритетные предметы на дне недалеко расположенной от города реки.
 
На работу мне помог устроиться обычный случай. По дороге из магазина у меня порвались пакеты, поскольку от жадности я решила не делать несколько ходок, а нагрузила их по полной программе. Ползая на карачках и ругая саму себя, я не заметила, как возле меня остановилась крутая иномарка и оттуда выскочил импозантный мужчина:
— Алмаза??? — стоял он и рассматривал меня с ног до головы, пока я пыхтела, собирая в кучу рассыпанные продукты.
— Нет, это моя мать, — бросила я. Вот не могу я её вспомнить никак и чувств она никаких у меня не вызывает.
— Позвольте я помогу вам, — он отмер, закинул пакеты на заднее сиденье автомобиля, довёз и донёс их до моего места обитания. Поначалу он мне показался общительным, весёлым, интересным, семейным человеком, бывшим сокурсником матери и просто великодушным человеком, трудоустроившим меня к себе в отдел продаж. Правда на невысокую оплату труда, но я была рада и этому. Позже выяснилось, что этот кобель цеплялся телом ко всему живому женскому полу, обладающему более-менее симпатичной фигуркой.
— Семён Петрович, — проигнорировала я его указание, — можно мне сегодня уйти на полчаса пораньше к врачу? — каждую неделю я проходила курс психотерапевта, назначенного мне социальной службой для обретения памяти. Шеф был в курсе этого.
— Конечно, конечно, Алиночка, идите-идите. Только пообещайте мне завтра составить компанию на ужин, — бл… опять он за своё. Боюсь эта вечерняя встреча, перерастёт из разряда дружеских посиделок в что-то горизонтально-другое.
— Семён Петрович, я так не могу, ваша жена, — замялась я, пытаясь надавить на его совесть.
— Алиночка, ты меня неправильно поняла, — рассмеялся этот хитрец, — у нас будет проходить встреча в ресторане 'Байкал' с новыми партнёрами и ты мне нужна для фиксирования протокола. Да и вообще для поддержки.
— Ааа, — облегчённо выдохнула я, — хорошо. Мне надо как-то особенно одеться?
— Обязательно. Возьми деньги на представительские расходы в бухгалтерии. Завтра после обеда наведи себе марафет и не забудь подобрать длинное платье в пол. Я заеду за тобой в двадцать ноль-ноль.
Полный абзац. Кто же проводит такие переговоры так поздно? Хотя моё мнение никто не спрашивал, радует, что послезавтра будет выходной и я высплюсь.
В бухгалтерии старая мымра долго обкладывала меня бумажками, собирая подписи несколько раз и напоминая предоставить опосля отчёт о растратах. И если останется сдача, обязательно вернуть её. Ха, интересно как я буду сдавать ей чек на платье? Получив деньги, я пулей выскочила с проходной завода, заскакивая на ходу в маршрутку, потому что чуть ли не опаздывала на приём к доктору.
— Алина, как ты думаешь, кто это? — доктор Никитенко показывала мне очередные картинки с тёмными неясными кляксами на тему, какие ассоциации вызывают они у меня.
— Кот, огромный серебристый ушастый наглый кот, — не думая, ляпнула я.