Любовь дракона (ЛП)

Двигатель трещит, а затем вспыхивает сам по себе. Это заставляет истребитель дёргаться, как только я захожу в посадочный отсек. Правое крыло поднимается и врезается в крышу. Искры сопровождают визг металла о металл. Я борюсь за контроль, но двигатель то загорается, то гаснет. Нос истребителя врезается в землю, после чего я разворачиваюсь. Сигналы тревоги кричат, мигают огни, а я продолжаю бороться за контроль.
Наконец он останавливается. Пламя пляшет за окном кабины. Сигнализация продолжает орать. Я расстегиваю свою упряжь и выхожу. Я убью Дрейкера, когда его увижу. Теперь я точно знаю, я никому не смогу доверять. Они не увидят меня слабой. Если они думают, что я от кого-то завишу, они используют это против меня.
Больше никогда.
— Шидан! — я кричу, мои глаза распахиваются, а сердце колотится в груди.
Он здесь, и я откидываюсь назад в его объятия, с облегчением увидев его. Может быть, я могу доверять ему. Было бы хорошо, ведь так приятно иметь хоть кого-то за собой.
— Спи, Амара, — шепчет он. — Я здесь. Ты в безопасности.
Говоря это, он гладит меня по волосам, и я снова засыпаю.
Глава 18
Шидан
Смачивая тряпку из-за остатков того, что у нас осталось от запасов воды, я провожу ею по её лбу и щекам. Она ярко-красная, её губы потрескались, и она дрожит. Прошёл как минимум час, с тех пор, как она в последний раз просыпалась и говорила что-то связное. Поправив её положение на полу, я проверяю мониторы.
Пираты собирают награбленное у главного входа в разбитый корабль. Они работают в командах по двое, исследуя останки и перенося то, что находят. Двое грузят собранный товар на свой транспорт. Я ждал несколько дней, но теперь у меня нет времени. Амара в критическом состоянии. Я не знаю, сколько ещё она сможет прожить без эписа, и я должен её спасти.
— Шидан, — бормочет она.
Вернувшись к ней, я беру её на руки. Она не открывает глаза, но, кажется, это успокаивает её, когда я держу её так. Я подношу бутылку с водой к её губам и наливаю небольшое количество ей в рот. Она, наконец, сглатывает, и я выдохнул, не осознавая, что задержал дыхание.
Мой желудок скрутился в тугой узел. Бездействие создаёт адское напряжение во всех мышцах, от которого мне хочется двигаться быстрее. Я должен вернуть её в город. Тёмный страх покрывает каждую мысль, и я избегаю думать о том, чем всё окончится, такими темпами. Она умрёт, если не получит эпис.
Я не могу потерять её. И не потеряю.
Выскользнув из-под неё, я возвращаюсь к монитору. Следующий час я провожу, изучая передвижения пиратов, составляя план. Я должен их убить. У меня нет возможности вытащить её отсюда незамеченной, а если я её понесу, я не смогу драться.
— Я не жульничаю, — бормочет она.
Подойдя к ней, я встаю на колени и касаюсь её лица. Она горит. Я снова смачиваю тряпку и кладу ей на лоб. Она вздрагивает и бьётся в конвульсиях, поэтому я держу её, пока они не пройдут. Я принимаю решение. Я спасу её, чего бы это ни стоило.
Я поднял её и отнёс в угол. Передвинул ящики, чтобы скрыть её из виду, если кто-то найдет путь в комнату, а потом достаю свой лохабер. Я дал ей ещё глоток воды, смачиваю полотенце и накинул ей на голову, затем иду к двери. Я пытаюсь работать с панелью управления, вводя ту же последовательность, которую использовала Амара, и в конце концов я открываю её.
Команда из двух пиратов должна быть в глубине корабля. Я разберусь с ними в последнюю очередь, пусть они сами придут после того, как я разберусь с теми, что в грузовом отсеке. Подойдя ближе, я слышу звуки их гортанного языка, хрюкающих друг другу. Прижавшись к стене, я пробираюсь к углу и выглядываю.
Их трое. Чёрт возьми, я хотел, чтобы они разделились.
Пригнувшись, я отхожу и жду, прислушиваясь. Звуки двигающихся коробок и эхо удаляющихся шагов. Я украдкой выглядываю и вижу, как один из них несёт коробку к транспорту. Отлично. Я считаю до десяти, затем делаю глубокий вдох.
 
Выскочив из-за угла с лохабером над головой, я бросаюсь к двум оставшимся пиратам. Один из них видит меня и хрюкает что-то, вытаскивая своё оружие, хотя его глаза расширяются, и он пытается указать что-то другой рукой. Мужчина рядом с ним ворчит, но я набрасываюсь на них прежде, чем он успевает обернуться.
Размахивая лохабером по кругу над головой, я опускаю его на руку, поднимающую оружие на меня. Лезвие попадает в доспехи пирата и отскакивает, но выбивает оружие из его руки. Пистолет гремит по полу, когда пират кричит от боли.
Я поднимаю рукоять своего лохабера и ударяю в подбородок пирата. Его голова откидывается назад, когда звук ломающихся костей наполняет воздух. Пират спотыкается и падает. Второй пират достал своё оружие и пускает его в ход. Крутя лохабер над головой, я замахиваюсь острием к его голове. Что-то ударяет меня в спину прежде, чем я успеваю его коснуться. Он отбрасывает мой удар, и я не попадаю тому в голову, когда меня толкают вперед.
Правая сторона моего тела онемела. Перекинув лохабер в левую руку, я угрожаю пирату перед собой, отступая в сторону, пытаясь поставить его между собой и тем, кто только что напал сзади. Ещё одна вспышка боли ударяет меня в правый бок, и мои мышцы содрогаются.
— АААРХ! — я кричу, пробиваясь сквозь боль.
— Амара! — Её имя даёт мне силы. Я не могу подвести её. Она нуждается во мне. Она уязвима и рассчитывает на меня. Я не подведу её.
Обогнув врага передо мной, в поле зрения попадает пара, находившаяся в глубине корабля. У обоих наготове оружие, и они прицеливаются. Мне нужно сделать что-то быстро, поэтому я делаю единственное, что поможет. Я ныряю за ближайшего врага. Моя правая сторона отказывается двигаться, поэтому я хватаю его левой рукой. Он сражается, когда мы ввязываемся в борьбу.
Его друзьям, похоже, всё равно на своего соратника. Вокруг нас двоих летят выстрелы, затем один из них попадает в него. Он хмыкает от удивления и боли. Я кружусь и изо всех сил пытаюсь использовать его как щит. Двое других, кажется, не утруждают себя прицеливанием, стреляя случайным образом электрическими зарядами. Один из них попал мне в левую ногу, и теперь я не могу стоять.
Я держусь за пирата и падаю на пол, увлекая того за собой. Борясь, я обхватываю его шею одной рукой и цепляюсь за неё другой, душа его. Он борется со мной, но я не отпускаю. Другие пираты приближаются, и через несколько секунд четверо из них целятся в меня. Они рычат и говорят на своём гортанном языке.
— Нет! — кричу я.
Двое из них смотрят друг на друга, пожимают плечами. Я пытаюсь перетянуть пирата на руки, чтобы скрыться от выстрела, но слишком медленно. Бластер стреляет, и всё покрывает тьма.
Глава 19
Амара
Что-то не так. Я поняла это, как только проснулась. Вырвавшись из моих лихорадочных снов, я всё поняла. Приподнявшись на локте, я кое-как сажусь. Всё болит. Мои суставы болят, мышцы болят, глаза сухие и горят, а пересохшее горло требует воды.
— Шидан? — мой голос срывается.
Я лежала не там, где заснула. Вокруг меня громоздятся ящики, закрывающие обзор комнаты. Что он сделал? Я качаю головой, заставляя себя встать на ноги. Я спотыкаюсь и удерживаюсь оперевшись о стену. Чёрт, вот отстой. Я закрываю глаза и сосредотачиваюсь на дыхании, пока головокружение не проходит. Как только оно исчезает, я открываю их, а затем толкаю себя в вертикальное положение.
Мне приходится передвинуть ящики, чтобы выбраться из маленького лабиринта, который он построил вокруг меня. Это невероятно утомительно, и моя головная боль возвращается с большей силой, когда я выхожу из заграждений. Наконец, стоя по ту сторону боксов, я осматриваю медицинский отсек. Никаких следов Шидана нет, но это неудивительно. Если бы он был здесь, он бы ответил на мой зов.
Мониторы. Может быть, я смогу увидеть его. По мере того, как я продвигаюсь вперед, балансируя, чтобы избежать нового головокружения и удержать тошноту под контролем, уверенность растёт. Я его знаю. Он опять делает что-то глупое. Конечно, чтобы «спасти» меня, но это глупо. Их слишком много, чтобы драться с ними, но я знаю его. Он попытается. Моё сердце увеличивается в груди, пока я не уверена, что оно разорвется, и качаю головой.