Любовь дракона (ЛП)

— Отпусти меня! Ты и твои чертовски большие мускулы, и крылья, и ах! — Она поворачивается ко мне, затем бьёт меня руками в грудь. — Ай! Зачем тебе столько чертовых мускулов!
Я растерянно качаю головой. Я не знаю, что она делает и почему она так себя ведёт. А что хуже всего? Это заставляет меня возжелать её. Чем больше она сопротивляется мне, тем красивее кажется. Мой член напрягся от желания. Каким-то странным, извращенным образом это демонстрация её силы. Под вспышками этой агрессии, она хочет меня. Я знаю, что она делает. Воспоминания о вкусе её губ, о мягкости её тела, прижимающегося ко мне… мой первый член стал каменным. Я отворачиваюсь от неё, смущенный тем, что её гнев возбуждает меня.
— Тебе нужна была помощь, — говорю я через плечо.
Я знаю, что это было неправильно. Её глаза расширяются, а рот сжимается в жесткую линию.
— Мне не нужна была твоя помощь, — говорит она. — Я сама справлялась, пока ты не вмешался!
Я знаю, что не выиграю, поэтому киваю и указываю куда-то вдаль. Она подходит, чтобы встать рядом со мной. Она близко. Так близко, что мы почти соприкасаемся, но это не так. Небольшое расстояние между нами привлекает мое внимание и удерживает его. Я смотрю через огромную пустую пропасть. Я хочу, чтобы она коснулась меня, я хочу прижаться к ней, обвести пальцами её мягкие изгибы. Потерявшись в своих фантазиях, я пропустил её слова.
— А? — спрашиваю я, мысленно возвращаясь к реальности.
— Я спросила, как ты думаешь, насколько далеко идти? — спрашивает она с явным раздражением в голосе.
Между её глазами есть небольшое подергивание, когда она хмурится на меня. Мои руки сами собой тянутся к ней. Она скрещивает руки на груди, что подчеркивает её мягкие холмики. Свободная ткань, которую она носит, развевается на легком горячем ветру. Мой член пульсирует, отбивая собственный ритм, напевая мелодию желания и потребности.
— Не знаю, — отвечаю я, но мой голос хрипит и звучит резко для моих собственных ушей.
Мои пальцы дёргаются, и я изо всех сил пытаюсь восстановить контроль. Она смотрит на меня, и первобытный туман поднимается, затуманивая мои мысли. Её попка, такая мягкая, должна быть в моих руках. Я хочу, чтобы её губы касались моих. Как она выглядит под этими слоями? Я представлял это так много раз, но я знаю, что мои фантазии померкнут перед реальностью.
— Отлично, — бормочет она, отводя взгляд.
Я остаюсь во тьме, один, слабый и дрожащий от того, что слишком долго стоял перед красотой её взгляда. Словно хныкающий малыш, и, поняв это, вспыхивает гнев. Я не ребенок, я сильный, я покажу ей, какой я человек, и буду заботиться о ней, хочет она этого или нет. Сокровище не может выбрать не быть тем, чем оно является. Она моя и рано или поздно узнает.
— Будет ещё дольше, если ты не позволишь мне помочь тебе, — шиплю я.
Она поворачивается ко мне, на её лице явно видна ярость. Её маленькие ручки сжались в кулаки, а глаза вспыхнули.
— Мне НЕ НУЖНА твоя помощь! — кричит она.
Мой гнев раскален добела, но что-то позади неё привлекает моё внимание, и гнев исчезает. Я реагирую, не задумываясь, хватая её. Я поворачиваюсь так, что её спина оказывается у моей груди, затем разворачиваюсь и падаю на землю на бок, защищая её от удара.
— ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ…
Я прервал её, зажав ей рот рукой. Она борется со мной изо всех сил. Её дыхание через нос резкое и быстрое. Я переворачиваюсь, чтобы оказаться на ней, затем использую свой хвост, чтобы сдвинуть песок, зарывая нас под него. Я также двигаю крыльями, и песок сыпется на нас, пока мы не покрываемся частично. Она всё ещё борется и разрушает нашу маскировку.
— Стой, — шиплю я. — Пираты!
Я говорю тихо, но она перестает сопротивляться. Она поднимает голову, и наши взгляды встречаются. Только когда я уверен, что она больше не будет кричать, я убираю руку от её рта.
— Ты уверен? — спрашивает она шепотом.
Я киваю. Её сердце колотится в груди. Я чувствую его отголоски в своей груди. Вспышкой смущения я понимаю, что моё тело реагирует на её близость. Мой основной член жестко прижимается к её заднице. Я сосредотачиваюсь на том месте, где видел пиратов, надеясь, что это поможет его расслабить. Она ёрзает подо мной, пытаясь устроиться поудобнее. Я не знаю, помогает ли ей это устроится удобнее, но это привлекает моё внимание туда, где я этого не хочу. Я почти теряюсь, когда она вращает бедрами.
 
Металлический лязг неподалеку разносится по песку, и мы оба замираем. Её дыхание замедляется, но сердце продолжает бешено колотиться. Глядя вперед и вниз дюны, я вижу движущиеся темные фигуры. Они заметили нас? Время замедляется. Между каждым ударом моего сердца проходит вечность, пока я их считаю. Их трое, может четверо. Они идут свободным строем по пустыне. Все хорошо вооружены и экипированы. Они останавливаются и собираются в кучку.
Вот оно. Если они заметят нас, я узнаю буквально через мгновение. Тактика боя проносится у меня в голове, пока я разыгрываю возможные сценарии. Я должен защитить её. Что бы со мной ни случилось, она не может попасть к ним. Я не позволю причинить никакого вреда Амаре. Я рассматриваю и отбрасываю дюжину вариантов, пока, наконец, не остается только один, который поможет мне достичь цели.
— Если они нападут, прячься, — шепчу я.
— Ни за что, — шепчет она в ответ.
Вспыхивает гнев. Даже сейчас, в непосредственной опасности, она не хочет и слышать! Я хочу каким-то образом заставить её подчиниться. Мои эмоции настолько сильны, что я дрожу, из-за чего песок вокруг нас начинает двигаться. Я тяжело сглатываю, пытаясь восстановить контроль.
— Амара, — шиплю я. — Пожалуйста, другого пути нет.
Мы смотрим друг на друга, и, забыв на мгновение об опасности, я теряюсь в красоте её глаз. Они напоминают мне о том, когда я был молод и смотрел в бескрайнее черное пространство мерцающих звезд, мечтая о путешествиях. Я терялся часами, часто засыпая под открытым небом.
Она хмурится, но кивает. Я вздохнул с облегчением и снова обратил внимание на пиратов. Они снова движутся, прочь от нас в направлении, в котором мы сами двигались. Я жду, пока они не исчезнут из виду, прежде чем встать и предложить руку Амаре. Она долго смотрит на него, прежде чем взять её и подняться на ноги.
— Они ушли? — спрашивает она, все ещё говоря шепотом.
— На данный момент, — отвечаю я, глядя в том направлении, в котором я видел, куда они уходили.
— Хорошо, — говорит она и бьёт меня по лицу. Я повернулся к ней, она смотрит на меня, приставив палец к моему лицу.
— Никогда больше так не делай!
— Ты шутишь? — шиплю я.
— Нет, я не шучу. Ты и твои… — она двигает обеими руками, пока её глаза скользят по моему телу, пока она не смотрит на палатку моих штанов, где моя эрекция всё ещё пульсирует. — Мышцы и… — она замолкает, продолжая смотреть.
Я качаю головой в смущении, но затем я раздвигаю границы с ней. Я хочу её, и я уверен, что она хочет меня так же сильно, если бы только она признала это.
— А что я? — спрашиваю я, двигая бедрами так, чтобы моя эрекция указывала прямо на её бедра. Я двигаю руками так, что мои бицепсы напрягаются, а мышцы груди пульсируют. Мой хвост двигается из стороны в сторону, когда мой член пульсирует.
— Не используй их… против меня, — говорит она мягким голосом и не отрывает глаз от моего члена.
— Против тебя? — спрашиваю я, не понимая, почему она использует эти слова. Всё, что я делаю, я делаю для неё, а не против неё.
— Да… — она замолкает.
— Может быть, ты бы предпочла посмотреть, что работорговцы сделают с красивой женщиной?
Её глаза устремляются навстречу моим.
— С красивой…? — её мягкий розовый язычок облизывает губы, и она делает полшага ближе.
— Ты слышала меня.
Она касается моей груди, и жар вспыхивает, выжигая её прикосновение в моей памяти. Мой член пульсирует. Наши взгляды встречаются, когда я наклоняюсь навстречу её прикосновению.
— Как тебе угодно, мальчик-дракон, — бормочет она.