ТЫ ИЯ (СИ)

Я молчу, а Ирина Федоровна отвечает:
— Ия написала заявление на увольнение.
— Что? — теперь в синхрон добавляется и Юля. Трехголосье.
— Так вышло, — пожимаю плечами.
— Ничего себе вы посовещались, — вздыхает Таня, и выглядит такой расстроенной.
Телефон звонит, на автомате беру:
— Привет, мелкая, — слышу бодрый голос Дениса, — Можешь молчать, я по твоему сопению могу тебя узнать. Ты на работе? Надо срочно увидеться.
Что-то много мужского внимания мне. Мне достаточно одного маленького Егора. Чем больше внимания, тем больший ппц вокруг происходит.
Голос Дениса звучит из динамика громко, Ирина Федоровна шепчет «Иди, на сегодня с тебя хватит, я отпускаю». Смотрю на часы, двадцать минут рабочего времени осталось.
— Привет, День. Я свободна, можешь подъезжать.
— Я уже здесь, выходи.
Беру сумку, со всеми прощаюсь и выхожу. В голове шумит, иду просто на автопилоте. Немного прихожу в себя, когда Денис крепко обнимает в знак приветствия.
— Отомри, — произносит негромко, — Что с тобой?
— Я решила уволиться.
— Оу. Серьезно, в который раз? — спрашивает с улыбкой.
— В этот раз я написала заявление, — немного его удивляю.
— Намечен прогресс. Поехали, — подталкивает легонько к открытой дверце машины, — Расскажешь за ужином.
Спустя час, Денис, крепко схватив мою руку и специально бурча себе под нос что — то вроде «Что за баба неуправляемая», тащит меня в двери одного из самых дорогих ресторанов города. Изощрённое наказание, он один из немногих, кто знает, я не люблю пафосные места, не могу там расслабиться, чувствую себя неуверенно. Теряюсь попросту. Однако каждый его приезд сопровождается таким походом.
— Сейчас упаду. Ты не заметил, я на каблуках. Мне тяжело, — пытаюсь вырвать свою руку.
Он резко оборачивается:
— Серьезно? Что же каблуки не помешали тебе полезть на ту сраную тарзанку? — резко бросает, но глаза как всегда смотрят по — доброму.
— Там я разулась.
— Это меняет дело. Конечно, — усмехается, и подталкивает меня к двери.
Осталось еще и здесь свалиться на пол. Я рассказывала, как в первый год службы упала на колене на ступеньках, ведущих в здание? Было очень забавно. Дважды. И тогда я была не на каблуках даже, что могут подтвердить человек двадцать свидетелей, просто опаздывала, что для меня явление редкое и волнительное. Во избежание казуса сжимаю ладонь Дениса сильнее, и смотрю исключительно под ноги.
— Добрый вечер, — слышится приятный голос хостес, — Вы будете вдвоем?
— Здравствуйте, девушка, — отзывается стоящий за моей спиной Денис, — Да, двое.
— Добрый вечер, — отмираю.
— Пройдемте, покажу вам возможные варианты посадки, — девочка оказывается на редкость милой. Нетипичный для города сервис.
— Тащи свои спички, если споткнёшься — поймаю, — шепчет на ухо. Снова напрягаюсь, не хотелось бы такого варианта.
— Не спички они. К сожалению, — вздыхаю.
— Ну не знаю, ты не показываешь, — делает грустное выражение, — А на слово я не верю, — подмигивает.
Пустых столов достаточно много, но все они зарезервированы. Мысленно прошу, пусть не будет свободных. Прекрасно понимаю, нам бы об этом сказали на входе. Когда в глубине зала для нас находят столик, в уютном уголке, я выдыхаю, он почти не просматривается.
Денис как всегда шутит, что со мной ходить очень выгодно, потому что кроме салата и кофе я редко что — то заказываю. Когда он дополняет заказ сам, то из всего перечисленного я понимаю только то, что нам сейчас принесут белое сухое вино. Смотрю на него выразительно.
— Мы должны отпраздновать. Событие значимое, сколько лет потребовалось для его достижения.
— Не начинай, — закатываю глаза, — А — то передумаю, — грожу ему пальцем.
— Нет, нельзя передумывать. У меня уже планы.
— Подожди, планы, мне еще две недели отрабатывать, — смеюсь, — Наполеон, блин.
— Возьмешь больничный, — не спрашивает, утверждает, — Давай втроем в Гелендж сгоняем, будет весело. Давно мелкого не видел, кстати.
— Он с Аней в Крыму, — меня начинает потряхивать, не могу понять от чего, может нервы из — за работы расшалились?
 
— И ты молчала? — возмущается, — Если я б не спросил, ты бы и не сказала. Так делать нельзя. Сейчас поужинаем и поедем навёрстывать.
— Что именно? Час потерянного времени? — хихикаю, точно нервное.
— Шесть лет. Готов поспорить, что это первое ваше с Егором долгое расставание за это время. Скажешь не прав? — не могу уловить его настрой.
— Я собиралась провести его отпуск за работой. Отчасти поэтому его и отправила отдохнуть, чтоб не скучал, пока я занята, но, — развожу руки, — Вышло, как вышло.
— Прекрасно вышло, тебе надо научиться отдыхать. Реально отдыхать, а не заменять один труд другим. Уловила?
В этот момент нам частично приносят заказ. Несмотря на мой протест, Денис настаивает на том, чтоб я немного выпила. Возможно, это поможет, но я не уверена, что меня не развезет, есть то мне тоже совершенно не хочется. В какой — то момент ковыряя свой теплый салат вилкой, я поднимаю голову и натыкаюсь на злой прожигающий взгляд Гайворонского. Да чтоб тебя. Это не моя жизнь. Моя не такая. Она спокойная.
По рукам и спине пробегает озноб. Ощущение, что я нашкодивший заяц, коты — то явно бесстыжее будут. Из рук, благо на стол, падает вилка, и звонко задевает тарелку.
— Тааак, тебе, кажется, хватит, — посмеивается Денис и в «подтверждение» своих слов подливает еще вина в мой бокал, — Бери чистую, — протягивает мне сверток со столовыми приборами, ему явно весело, — Я как знал, — тут уже становится и мне смешно, что я за человек такой, а.
  
Глава 31
 
Смотрю на эту мелкую засранку и такая злость берет. Все эти месяцы я думал, что она просто цену себя набивала отказами. В такие игры я не играю, или берешь, или проваливаешь. Предлагал ей лучше условия, чем кому — либо. Сейчас понимаю, что нет. Со мной ужинать она отказалась, а тут миленько улыбается какому — то мажорчику. Второй мужик за неделю. Как в плохом, но увлекательном кино.
Может я ей просто не нравлюсь? Или просто запись, блд, к ней имеется? Сколько еще таких? От внутренних споров на тему «Остались ли хоть где — то нормальные девушки» меня отвлекает знакомый.
— Макар, в чем дело? Ты в лице поменялся, — интересуется, — Не Москва, конечно, но кухня не плохая. Развиваются потихоньку курорты Краснодарского края. Раньше и пожрать было негде.
— Не плохая, — отвечаю, не отрывая глаз от Ии, она чувствует мой взгляд и заметно смущается. Забавная. Штормит от нее из крайности в крайность.
— Он походу девочку на ночь себе высмотрел, — ржет мой друг детства, почти пол века, мозгов не нажил, — Со свободными уже не интересно, или мужику её присоединиться, предложишь?
— Рот прикрой, — бросаю грубо, сжимая челюсть. Злость вспыхивает ещё ярче, не хочу чтоб кто — то задевал Ию.
— Макар, ты чего? — удивляется Илья.
— Ты слишком много болтаешь, — подавляю бурю зарождающуюся внутри, — Опасно болтать во время еды, мать твоя нас учила.
Вновь перевожу взгляд на Ию. Оказывается, она может легко и очень мило улыбаться, но стоит только начать на нее смотреть, плечи тут же напрягаются. Чувствует взгляд?
Уже не раз замечал, что в компании близких людей она ведет себя иначе. С «другом» Егоркой. С подругами. Без посторонних ведет себя открыто, шутит. С этим козлом тоже смеялась, пока меня не увидела.
Трепетная, любую эмоцию видно, собеседник с нее взгляда не сводит, Нравится определенно. Интересно наблюдать за такими девушками. Цепляет искренность, такую не сыграть, поэтому и не купить.
В момент, когда я уже хочу оставить своё дебильное занятие, и провести нормально остаток вечера, замечаю, к их столику подходит мужик, старше меня лет на десять. Уже перебор. Ия ему улыбается. Может быть, к козлу её подошел. Ситуация бесит. Перевожу взгляд на друга, тот с распахнутыми глазами за мной наблюдает, с каким — то абсолютно идиотским выражением.