Борьба за свободу (ЛП)

Он переводит свой взгляд на меня, и мой рот захлопывается.
― Не твое собачье дело!
Все любезности от наших первых двух встреч исчезли.
― Винс, пожалуйста, посмотри на нее. Ты пугаешь ее, ― шепчу я, стараясь контролировать свой голос. Она не единственная, кто боится.
― Слушай, ты, маленькая шлюха.
Я вздрагиваю, его оскорбление глубоко задевает.
― Я сказал, что это не твое дело. Если ты хочешь стать частью этого, то я могу это устроить. Вы двое пойдете со мной, и я буду рад сделать это вашим делом… всю ночь.
― Ты не… я имею в виду… Доминик…
Издевательская улыбка, которая прерывает его злое выражение, объясняет мне все. Доминику все равно на меня.
Слезы обжигают мои глаза, когда меня накрывает реальность. Я тяжело дышу. Быстрый ритм моего сердца отдается в ушах. Я должна бежать, но не могу оставить Еву.
Он осматривает меня, от моих сисек до обуви, и облизывает нижнюю губу. Он оборачивает руку вокруг талии Евы, стаскивая ее со стула. Ее глаза не сфокусированы, пока он прижимает ее ближе. Его свободная рука тянется ко мне. Воздействие от его хватки подталкивает мое тело вперед. Он тащит нас через клуб. Я спотыкаюсь, пытаясь удержаться в вертикальном положении. Сквозь толпу крутящихся тел, через танцпол, он тащит нас к выходу из клуба.
С сильным ударом двойные двери распахиваются, и мы оказываемся в укромном переулке позади здания. Я делаю отрезвляющий глоток свежего воздуха, чтобы прочистить голову. Мне нужно освободить нас, чтобы мы могли убежать.
Но как?
Судорожно осмотревшись, я ищу выход, зная, что у меня всего несколько секунд, прежде чем мы будем заперты в его машине.
Мой мозг атакуют вопросы.
Что бы Гай сказал мне делать? Что бы Джона сказал мне делать?
И с этим приходит ответ, громко и четко.
Бороться.
Адреналин наполняет мои вены. Энергия укрепляет мои мышцы, пока борюсь с ним. Я пытаюсь вырваться из его хватки, уперевшись пятками в асфальт.
Он смотрит на меня и прищуривает глаза. Его хватка становится крепче, и Ева хнычет.
Я кручу руку так сильно, как могу, и его хватка начинает слабеть. Из-за этого резкая боль пронзает мое плечо. Отчаянно пытаясь освободиться, я толкаюсь через боль. Он останавливается, и я резко дергаю руку. Моя рука выскальзывает из его хватки. Он хватает меня другой рукой, отпуская Еву.
― Ева, беги! Беги!
Она сильно моргает, будто очнулась от транса, и убегает. Винс схватил меня, одна рука обернута вокруг моей талии, другая держит мое горло.
Из меня вырывается крик, пока его сокрушительные объятия не лишают меня дыхания. Я борюсь, чтобы освободиться, и у меня мутнеет в глазах. Звук тяжелых шагов позади нас стучит по тротуару, что заставляет меня дернуться в его хватке.
У меня темнеет в глазах, пока два слова раздаются в моей голове.
Помогите мне!
  
Глава 21
 
Рэйвен
В одну минуту я задыхаюсь, отчаянно нуждаясь в воздухе, а в другую стою на четвереньках, вдыхая драгоценный кислород в легкие. Услышав звуки драки, я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, что освободило меня.
Шок сковывает мое тело. Винс лежит на спине, а Джона сидит на нем. Он бьет Винса кулаками по лицу. Его разноцветные руки расплываются от скорости их движения. Тошнотворный стук ударов создает резкий контраст между красотой и плавностью его движений. Руки Джоны размахиваются со смертоносной точностью. Винс в отключке. Но его тело кидает из стороны в сторону от каждого удара.
― Джона, остановись. Ты убьешь его.
Из-за жжения в горле мой голос не громче шепота, но и этого недостаточно, чтобы достучаться до яростного Джоны.
Я ползу к нему с беспокойством и останавливаюсь возле кровавого лица Винса.
― Джона, прекрати. Я в порядке. Я здесь. Ты должен сейчас остановиться.
Мой голос нежен, и его руки замедляются.
Тело Джоны неподвижно, только его грудь поднимается и опадает от глубоких вдохов. Придвинувшись, я кладу руку на его предплечье. Его голова дергается, и взгляд встречается с моим ― дикий и далекий. Он пару раз моргает, и я вижу, как мой Джона возвращается.
 
― Боже, детка, ты в порядке?
Он запинается, стараясь восстановить дыхание.
Спрыгнув с Винса, он рывком поднимает меня на ноги. Его взгляд скользит по моему телу, вместе с его руками.
― Я был у входа. Увидел Еву, выбегающую из-за здания клуба. Я бежал так быстро, как только мог. Он держал тебя… Дерьмо, ты в порядке?
― Я в порядке. Немного испугалась. Где Ева?
― Я велел ей идти в машину и сидеть там. ― Он оглядывается на лежащего без сознания Винса. ― Кто, бл*дь, этот кусок дерьма?
Я опускаю глаза в пол, желая ударить себя. Я никогда не рассказывала Джоне о Винсе.
― Это Винс, парень Евы, ― я делаю глубокий вдох, ― и правая рука Доминика.
Он прищуривает взгляд, а его мышцы напрягаются.
― Сукин сын!
Эхо ругательства Джоны отражается от стен переулка. Я вижу Хаммер, который был припаркован возле дома Евы, он укрылся у служебного входа в складское помещение рядом с клубом. Вокруг ни души, и я благодарна, что никто не стал свидетелем того, что Джона сделал с Винсом. Я ничего не могу поделать и задумываюсь, что было бы, если б не появился Джона.
― Нужно выбираться отсюда.
Я потираю шею и вздрагиваю, чувствуя, как мое плечо протестует против этого движения.
На лице Джоны отражается сомнение, будто он думает, стоит ли закончить с Винсом или отвести нас к грузовику. Из окровавленного куска мяса позади нас доносятся стоны, и это заставляет Джону принять решение. Он оборачивает одну руку вокруг моих плеч, а другую вокруг живота, поддерживая меня, и мы спешим к машине.
Поездка в дом Евы проходит в тишине, периодически нарушаемой ее извинениями за поведение Винса. Я вижу боль в ее глазах, но боль не от того, что она только что узнала, что ее парень преступник. Боль в ее глазах показывает девушку с разбитым сердцем.
Она всегда будет привлекать мужчин, которые будут обижать ее, как ее отец?
Господи, надеюсь, нет.
Она настояла, чтобы мы оставили ее. Она хочет побыть одна, и я не виню ее. Ей есть о чем подумать. Джона заходит в ее дом, включает везде свет и убеждается, что она в безопасности, прежде чем Ева запирается изнутри.
В безопасности, в кабине грузовика, я позволяю себе почувствовать вес того, что произошло. Я поворачиваю голову к окну, не желая заставлять Джону больше беспокоиться. Тихий всхлип проходит через мое тело, когда слезы страха, вины и тревоги стекают по моим щекам. Дверь со стороны водителя закрывается, и теплая рука накрывает мою. Я переплетаю наши пальцы, держа крепко, и клянусь никогда его не отпускать.
Джона
― Вот сукин сын!
Ответ Блейка на мой пересказ вечерних событий, зеркально отражает мой собственный.
Я крепче сжимаю телефон в руках, прежде чем ослабляю свою хватку, вспомнив, что случилось в прошлый раз, когда я выместил на нем свой гнев. Чтобы избежать удара кулаком об стену, я заставляю себя пойти в кровать.
― В «Зевсе» ты сказал ему убрать всю слежку от Рэйвен. Я был там. Я слышал тебя!
Не знаю, было ли правильным позвонить Блейку. Разговоры о всяком дерьме с Блейком обычно помогают мне расслабиться. Сейчас он заставляет меня нервничать. Я откидываюсь и смотрю в потолок, надеясь, что смогу успокоить свою задницу, прежде чем Рэйвен выйдет из душа. У бедной девушки был билет в оба конца, в ад и обратно. Последнее что ей нужно, это ее бушующий парень, взбирающийся на гребаные стены, как животное в клетке.
― Я чуть не убил его. Клянусь, если бы я не услышал голос Рэйвен, умоляющий меня прекратить, я бы сделал это. Видеть, как этот ублюдок обернул руки вокруг нее…
Моя фраза прерывается, когда челюсть сжимается так крепко, что я начинаю выплевывать слова сквозь зубы.