Борьба за свободу (ЛП)

— Трахну вас позже, — бормочет он.
Я трясу головой.
— Ты свинья.
— Теперь мы одни.
Он плюхается на диван, все еще в трусах.
— Не хочешь надеть гребаную одежду?
Он смотрит на меня так, будто я попросил его надеть платье.
— Не хочешь сказать мне, почему ты вломился в мой дом ни свет, ни заря?
Садясь в кресло напротив него, я обрисовываю Блейку мою ситуацию. Его челюсть сжата намертво, когда я рассказываю ему каждую деталь о встречи Рэйвен. Он шепчет ругательства, когда я рассказываю ему о том, как, после всего этого, нашел ее.
— Вот ублюдок!
Блейк вскакивает с дивана и мерит шагами комнату.
— У меня есть план, но мне нужна твоя помощь. Я знаю, что Доминик является совладельцем «Зевса». Мне нужно, чтобы ты убедил одну из девушек узнать, когда он придет туда.
Он все еще расхаживает и не признает, что я что-то сказал.
— Блейк. Ты можешь сделать это?
Он останавливается и поворачивается ко мне.
— Безу-бл*дь-словно.
Схватив свой телефон, он садится на диван, в этот раз падает не резко, а с напряжением, наклонившись вперед.
— Ты не пойдешь на встречу с этим засранцем один. Я с тобой.
— Нет, я должен это сделать один. Я не хочу втягивать тебя в это.
Он прожигает меня взглядом.
— Втягивать меня в это? — он выпрямляет руку и пальцем показывает на окно во всю стену. — Та девчонка чертовски крута.
Он указывает на меня.
— Она твоя девушка. Что делает ее также и моей ответственностью.
— Блейк, всякое может случиться. Ты уверен, что хочешь вляпаться во все это?
Он кашляет со смешком.
— Позволь спросить тебя. Что ты будешь делать, когда Морретти сделает несколько комментариев о Рэйвен, отсасывающей за наличные, а?
Я подавляю рычание. Низкая вибрация в позвоночнике усиливает гудение. Мои зубы стиснуты вместе, и я хмуро гляжу на Блейка.
— Так я и думал. Ты бросишься на этого мудака, и он прострелит твою тупую задницу и заявит о самозащите. И с чем же останется Рэйвен, хм?
Я щурю глаза.
— Именно.
Дерзкая задница прав. Доминик, скорее всего, попытается взбесить меня, и я не в ответе за то, что произойдет, если он скажет что-то неуважительное о Рэйвен.
— Ты прав. Ты нужен мне там. Как скоро мы сможем начать?
Блейк уже приложил телефон к уху.
— Селена, детка, это я. У меня к тебе есть вопрос.
  
Глава 15
 
Рэйвен
Захлопывающиеся двери гаража, отрывают меня от починки электропроводки «Шевроле» пятьдесят седьмого года. Галогенные лампы в гараже заменили солнце, которое светило, когда я начала работать.
Как много времени прошло?
Полностью погрузиться в работу — это хороший способ отвлечься от хаоса в моей голове, но я потеряла целый день.
Осознание времени доставляет боль от зияющей пустоты внутри. Я ничего не слышала о Джоне целый день. Не ожидала, что он свяжется со мной, но надеялась. Я снова проверила телефон. Ничего.
— Закругляйся, Рэй.
Я хватаю свои инструменты и вижу, что Гай прибирается.
— Кто работает завтра? — спрашиваю я, бросая свой набор инструментов на верстак.
Он не отвлекается от сортировки проводов.
— Кейн. А что?
— Я подумала прийти, ну знаешь, эм, выручить…
Он с грохотом захлопывает металлический ящик с инструментами.
— Что происходит, Рэй? — он изучает мое лицо. — Ты держала рот на замке весь день, а твое лицо выглядит так, будто кто-то умер.
Так вот на что это похоже.
Я пожимаю плечами и ковыряю смазку под ногтями, избегая его глаз.
— Нет, просто хотела бы получить несколько дополнительных часов.
— Тебе нужны деньги?
— Нет, не из-за этого.
Мне нужно работать, чтобы не оставалось времени… чувствовать.
Его густые, седые брови хмурятся, отчего морщины вокруг глаз становятся более заметными.
— У тебя и парня проблемы?
Я выдыхаю, раздраженная своей открытостью.
— Можно сказать и так. У него много дел из-за предстоящего боя.
Чувство вины накрывает меня, когда я лгу. Я не могу сказать ему правду. Это слишком.
 
Он опирается на верстак и скрещивает лодыжки.
— Он тебе это сказал?
Я трясу головой.
— Наши жизни слишком разные.
— И разные это плохо?
— Ты не понимаешь, — бормочу я себе под ноги.
— Я скажу тебе, что понимаю. Я вижу парня, который прожил свою жизнь на глазах общественности, чуть меньше десяти лет. Его вкусы касательно женщин очевидны: быстро, непринужденно, доступно. Но ты появляешься в его жизни, и он все бросает, и стоит лицом к лицу со мной, давая понять о своих намерениях. К черту различия. Парень без ума от тебя.
— Некоторые различия слишком серьезные.
— Слушай сюда, Рэй. Я не специалист по отношениям. Я был влюблен всего раз. Это было более тридцати лет назад. Но я узнаю любовь, когда увижу.
— Ты был влюблен?
Я в шоке смотрю на самопровозглашенного на всю жизнь холостяка.
— Да, я был влюблен в ангела. — Его взгляд смягчается. — Но она была помолвлена с другим.
Я не знаю, что сказать, но хочу услышать больше. Я киваю, чтобы он продолжал.
— И знаешь, что я сделал?
— Что?
— Ничего. И так я ее потерял. — Он молча размышляет мгновение, изучая стены гаража. Затем качает головой. — Я не боролся за нее. Я мог попытаться освободить ее от обязательства, но не стал. Это самая большая ошибка в моей жизни.
— Но она была помолвлена. Откуда ты знаешь, что она оставила бы своего жениха?
Его лицо грустнеет, брови хмурятся, и он смотрит в пол.
— Я никогда не узнаю. Вот что меня убивает.
Боль в его голосе, заставляет меня сдержать слезы.
— Ты встречался с кем-то еще? После нее?
— Я люблю ее. Она мой идеал.
Он говорит не в прошедшем времени.
Я не могу решить, это самые грустные или самые романтичные слова, которые я когда-либо слышала, однако я обречена на подобную судьбу. Я никогда не смогу полюбить другого, кроме Джоны. Я вижу, как Гай закрывается, из-за одной девушки он приговорен к пожизненному одиночеству. Но разница в том, что Гаю стоило бороться за любовь. Он не боролся за нее, и теперь живет с сожалением, потому что она стоила этого. Но не я.
— Не все стоят того, чтобы бороться за них.
Он подходит и кладет руки на мои плечи. Его голубые глаза смотрят глубоко в мои.
— Я видел вас двоих вместе: то, как он смотрит на тебя, когда ты не видишь, как будто ты солнце и он благополучно застрял в твоей орбите. Я никогда не видел тебя с парнем прежде, поэтому я не могу быть уверенным, но я вижу и думаю, ты чувствуешь то же самое. У вас что-то особенное, Рэй. Борись за это. Это того стоит.
Его слова пробирают меня до костей. Что-то глубокое и инстинктивное принимает слова Гая за правду, но я не могу забыть разговор Джоны с Оуэном, как он отсылает меня к Еве, и не звонит весь день. Все указывает на разбитое сердце.
Моя голова пульсирует и появляется непреодолимое желание остаться одной.
— Спасибо, Гай.
— Не за что. Ты не захочешь быть мной — оглядываться назад и желать еще одного шанса, для чего-то дорогого. — Он взъерошивает мои волосы и отходит. — Теперь, иди поспи. Ты ужасно выглядишь.
Он перебрасывает руку через мое плечо и провожает меня до подножья лестницы. Помахав, он уходит, а я наблюдаю за ним, пока он не исчезает за углом.
Бремя сегодняшнего дня давит, пока я поднимаюсь по лестнице. Горячий душ, звучит все лучше и лучше с каждым шагом. Я включаю свет над дверью, и застываю, когда моя нога попадает на первую ступеньку.
Святое дерьмо.
Старая дверь от моей квартиры исчезла, а на ее месте прочная, из темного дерева, с огромной платиновой ручкой. Моя челюсть падает, пока я изучаю ее детали: глазок и три блестящих замка. Я хватаю ключи и тереблю их, чтобы найти… да, вот он: новый блестящий серебряный ключ. Джона, должно быть, надел его утром на мой брелок. Уголки моего рта поднимаются, пока я рассматриваю результат его заботы, и так же быстро, как улыбка появляется, она исчезает.