Пуля ставит точку
Крамер вдруг осознал, что в присутствии Зонди слишком пренебрежительно разговаривал с Ван Ниекерком. Поспешил исправиться.
— Скажите, дружище, куда это вы так спешили? Поставить на темную лошадку?
Он знал об этой слабости Ван Ниекерка, но на этот раз не угадал. Ван Ниекерк обиженно насупился, прежде чем ответить.
— Если на то пошло, лейтенант, меня взбудоражил Джордж Аббот. Позвонил и заявил, что спрашивают о мисс Ле Руке.
— Господи, но почему же вы сразу не сказали? Немедленно туда!
Ван Ниекерк сглотнул.
— Я дал ей уйти, сэр.
Только присутствие Зонди спасло Ван Ниекерка от немедленной кастрации. Поскольку менее жестокое наказание в глазах Крамера не имело смысла, он только спросил:
— Почему?
— Потому что это ничего не давало. Она представилась портнихой, которая как-то шила мисс Ле Руке несколько платьев. Запомнила её как очень симпатичную порядочную молодую даму.
— Почему же она не пришла на похороны?
— Не настолько хорошо её знала, лейтенант. Говорит, не хотела показаться навязчивой.
— Ну да? Она знала что-нибудь о её семье?
— Я спрашивал, лейтенант. Сказала, что ничего не слышала, но считала, та родом из Капской провинции.
— Но если она все это знала, почему же не пришла к нам?
— В этом все и дело, лейтенант. Говорит, ничего не знала о заметке в "Газетт". Была очень удивлена, когда я её показал.
— Тогда какого черта она приперлась к Абботу?
— Говорит, шла мимо, увидела траурное извещение и удивилась, с чего это умерла такая молодая девушка. Это её слова, лейтенант, я все записал.
— И что дальше, Вилли?
— Тогда она заглянула внутрь — хотела поговорить с Джорджем. Вы же знаете этих старух.
— Так это была старуха?
— Ну, точнее, пожилая женщина — лет шестьдесят пять.
— Ага. Говорите, она выглядела — гм, испуганной? Вы уверены?
— Тяжело сказать. Люди странно ведут себя с полицией. Сказал бы, что она нервничала.
— Ладно. Свое дело вы сделали. Но я хотел бы поговорить с нею, может ещё что узнаем.
— Разумеется, лейтенант, я записал фамилию и адрес. Миссис Джонсон, Гледис Джонсон.
— Отлично. И где она живет?
— Биддулф Стрит, 169.
Ван Ниекерк уверенно подошел к карте и пальцем провел по Биддулф Стрит до номера 169. Зонда, взглянув туда, тут же деликатно вышел из комнаты.
Потому что, судя по карте, скромная пожилая женщина миссис Джонсон жила в здании обувной фабрики.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Крамеру не пришлось ничего говорить. Все сказал Ван Ниекерк, сказал про себя, потом вслух и повторял снова и снова.
— Значит, она солгала, — прервал его Крамер.
— Змея…
— Теперь не до этого, сержант. Ее нужно найти, если это ещё возможно. Лгала она не вам, а нам — полиции. Но почему?
Ван Ниекерк наконец перестал биться головой об стену.
— Ну… потому что хотела что-то скрыть. Скрыть свои отношения с девушкой.
— Верно. Но меня интересует этот адрес, который она высосала из пальца. Как она его выдала? Запиналась, думала или нет?
Ван Ниекерк прикрыл глаза.
— Нет, сказала все гладко. Вначале номер. Я его записал. Потом улицу.
— Биддулф Стрит. Название она знала, но больше ничего.
— Наверняка назвала первую пришедшую в голову.
— Или единственную, которую знала в Треккерсбурге. Я хочу сказать, странно, что выбрала именно эту.
— Полагаете, она нездешняя?
— Вот именно, и потому считаю, что нужно поспешить с её розысками, пока не поздно.
— Можно по радио оповестить все патрульные машины.
Одна половина натуры Крамера была согласна с этим решением, другая против него.
— Как давно вы расстались с ней у Аббота?
— Минут десять-пятнадцать назад.
— Это не так много, попробуем позвонить вначале ему. — Крамер начал набирать номер похоронной конторы. — Может, он ещё что узнал.
Но Аббот напрасно чесал в затылке. Нет, он не спросил, где женщина живет. Ему и в голову не пришло. Крамер настаивал, чтобы тот вспомнил, что произошло после ухода Ван Ниекерка. Безрезультатно.
— Минутку, минутку, теперь он вспомнил — она о чем-то спросила мальчика, что на углу продавал газеты.
— Быстро к нему и спросите, что ей было нужно, — велел Крамер.
Ван Ниекерк вдруг щелкнул пальцами, взял лист розовой бумаги и напечатал на машинке несколько слов.
— Ну вот, — обернулся к ним Крамер, — спросила, как пройти на Биддулф Стрит. Вот это да! Спасибо, дружище. — Он перешел к карте. — Вот оно! Биддулф Стрит, конечная остановка пригородного автобуса! Как я не сообразил раньше! Вот оно!
— Мне ехать с вами, лейтенант?
— Будет лучше, если вы останетесь здесь, чтобы поддерживать связь с Зонди.
— Тогда, может быть, вы возьмете, с собой вот это? Крамер непонимающе взглянул на розовый листок.
— Основные данные, — пояснил Ван Ниекерк. — Что она собой представляла. Наконец-то он пригодился…
* * *Зонди купил мороженое тому мальчишке, который под ухмылки приятелей наконец сознался, что ухаживал за Шу-Шу последние дни перед его исчезновением. Еще одну порцию Зонди купил себе.
Они сидели за памятником павшим в войнах, облизывали лакомство и беседовали. Разговор был нелегким, потому что и для самого бедного зулуса непереносимо, что кто-то узнает о выполняемой им женской работе, но ванильное мороженое оказалось сильнее.
— Значит, Шу-Шу обещал тебе раздобыть какую-нибудь обувку, да? равнодушно спросил Зонди.
— Нет, земляк, он обещал настоящие высокие ботинки.
— И что бы это дало?
— Я мог бы найти работу.
Зонди подмигнул, мальчик рассмеялся. Разумеется, говорил он это не всерьез. Он прекрасно понимал правила игры.
— А как он собирался их раздобыть?
— Мечтал стать богатым, как белый человек.
— А все белые богатые?
— Ну конечно.
Маленький розовый язычок наслаждался лакомством по капельке.
— Как же он мог разбогатеть? Работать не мог…
— Конечно нет, но Шу-Шу был хитер. Чтобы разбогатеть, ему достаточно было только шепнуть кое-кому пару слов — он так сам говорил.
Зонди нахмурился, дав понять, что не верит.
— Святая правда! Полицейским я никогда не лгу. Оба расхохотались.
— А кому же он их должен шепнуть, не говорил? Маленькое худое личико сморщилось.
— Не говорил, но я-то знаю!
— Правда?
— Этот крохотный фунтик уже скоро кончится.
— Загляни в карман.
— Ура!
— Ну, как видишь, землячок, не один ты специалист по карманам.
— Ладно, я скажу. Конечно, белым — кто же ещё мог сделать его таким же богатым, как они?
Тут он был совершенно прав.
Зонди заметил, как мимо мелькнул автомобиль Крамера, и вскочил, но слишком поздно. Да и вообще это была глупая затея.
То, что ему сказал этот беспризорник, было интересно, но ни к чему не вело. И то, что он услышал от своих информаторов — тоже. И хотя все охотно соглашались с мыслью о том, что всегда мог появиться новый ганг на высшем уровне, никто из них никогда не слышал о "Паровом катке".
* * *Конечная остановка автобусов на Биддулф Стрит была практически пуста. Крамер, быстро оглядевшись вокруг, вошел в дежурку, где узнал, что большинство автобусов ушли около часу.
— И я не могу утверждать, не было ли в одном из них пожилой дамы в черном штапельном платье и шляпке с цветами, — сказал дежурный.. — Можно, пожалуй, спросить у кассиров.
Те переправили его к контролеру, потом к носильщику, укладывавшему багаж. Никто ничего толком не помнил, и то, что у миссис Джонсон была большая желтая сумка в клетку, могло быть хорошей приметой, но не помогло.
Крамер начал горько жалеть, что не взял с собой Ван Ниекерка. Сделанное тем описание оказалось недостаточным. Расхаживая по стоянке, он упорно старался не поддаваться логике, требовавшей взывать о помощи. Боже, от одной мысли об этом его мутило. Такого удовольствия он полковнику не доставит.