Стать прочнее (СИ)
— Это точная копия Кодекса, — Ян повертел книгу в руках. — Все изменения в Кодексе сразу же проявляются здесь. Что вполне удобно, не надо каждый год обновлять свой экземпляр, чтобы не пропустить изменения. Для глав кланов Кодекс — это настольная книга, чтоб ты знал.
— Я догадываюсь, — усмехнувшись, я уже хотел сунуть книгу во внутренний карман куртки, но тут ко мне подскочил мастер, который и занимался версткой этих артефактов.
— Распишитесь вот здесь, — он ткнул пальцем в одну из строчек в огромном журнале. — У меня каждый экземпляр на счету. Отчётность должна быть без различных недостач.
— Как скажешь, — написал, что забираю именно артефактную копию Кодекса, а затем, совершенно не задумываясь, поставил подпись: «Керн».
Ян взглянул на меня, но быстро отвёл взгляд. Формально я ничего не нарушил. В документах, которые я так тщательно изучил, как ещё ни разу не изучал никаких других бумаг, чуть ли ни на зуб их попробовал, чётко прописано, что я могу пока пользоваться именем Кернов, до того момента, пока не приму клан Орловых. Этакий переходный период, который позволит мне смириться с таким положением дел окончательно. Именно поэтому Ян ничего мне не сказал, когда увидел, как именно я расписался.
— Вот, теперь твоя отчётность никуда не денется, — я вернул ручку мастеру, тот тщательно изучил запись, кивнул и вернулся на своё место.
— Ну что, на сегодня достаточно, или ещё куда-нибудь поедем? — спросил Ян, садясь за руль, потому что поехали мы на его машине, что было гораздо удобней, потому что юрист клана хотя бы знал, куда нужно ехать.
— Поехали домой, мне ещё очередную порцию Орловых нужно сегодня переварить, — я совершенно искренне поморщился, а Ян расхохотался.
— Ну что я тебе могу сказать, только посочувствовать, — и он вырулил на дорогу, ведущую к моему дому.
И вот теперь мы ехали в медленно передвигающемся потоке, лениво перебрасываясь ничего не значащими фразами. Внезапно меня осенило. Вот рядом со мной сидит представитель клана Орловых, который просто не может не знать о семейном даре своего клана.
— Ян, а какой всё-таки у Орловых семейный дар? — я выпрямился в кресле, где сидел до этого развалившись и повернулся к сосредоточенно глядящему на дорогу Яну.
— Я бы не назвал это даром, — наконец ответил Орлов до этого так глубоко задумавшийся, что я уже подумал, что он мне не ответит. — Это, скорее, способность подстраивать изначально нейтральный «чистый» дар под обстоятельства. Как бы объяснить: мы не можем даже теоретически владеть «чужим» семейным даром, но, если возникнет ситуация, что без этого никак нельзя обойтись, то можем подстроиться под уже существующий у кого-то другого дар, и применить его.
— Я с трудом могу понять, что ты имеешь в виду, — признался я, пытаясь пробиться сквозь его путанные объяснения. Внезапно мне стало понятно, что он не может нормально объяснить, потому что для самих Орловых это свойство их дара — само собой разумеющееся, не нуждающееся ни в каких объяснениях. — Может быть, ты пример приведешь? Так, по-моему, станет более понятно.
— Хм, пример, — Ян задумался. — Хорошо, вот тебе пример. Как известно, я не владею семейным даром Кернов. Влиять на пространство и время — это их прерогатива. — Я кивнул, подтверждая его слова. — Но, если вдруг, ни дай бог, конечно, я окажусь в огненной ловушке, из которой просто не будет выхода, то, призвав дар, я вполне могу телепортироваться из опасного места. При этом я понятия не буду иметь, что вообще делал и вряд ли смогу повторить, если только, конечно, мне снова этот дар Кернов не понадобится, ну просто до не могу.
— Как интересно, — пробормотал я.
— Если ты поднапряжешься, то, скорее всего, сможешь припомнить, что с тобой происходило нечто подобное раньше.
— Этот «чистый» дар, он как-то проявляется? Его можно целенаправленно призвать? — В моей жизни такие казусы иногда происходили, и я никак не мог объяснить данные феномены. Теперь же всё вставало на свои места. Я от отца не только дар воды и непереносимость спиртного унаследовал, но и вот такую милую особенность правящего клана.
— Нет, он никак не проявляется. По крайней мере, отдельными нитями ты его никогда не увидишь. Поэтому я и называю его не даром, а определенной способностью, которой владеют только Орловы. Передаётся она по мужской линии, так что наши девочки никогда не смогут отдать её на сторону. — Ян широко улыбнулся и подмигнул смазливой девице, которая сидела в машине, поравнявшейся с нашей. — Если ещё что-то хочешь спросить, то спрашивай, пока мы в этой пробке застряли.
— Хорошо, — я кивнул своим мыслям. — Что делают главы кланов с младенцами, которые хулиганят с даром сразу после рождения? — для меня это был очень важный вопрос, чуть ли не один из самых важных.
— Блокируют магию, — сразу же ответил Ян. — Стихийные дары чаще всего связаны с семейным. Они вообще инертны, семейный считается главным. Но, даже, если бы они отдельно сосуществовали, в данном конкретном случае не имеет значения. Глава блокирует основной источник, запечатывает его, и стихийные дары, если они имеются, засыпают вместе с семейным даром до инициации. Лично я считаю, что это правильно. Кодекс предписывает в случае, если направление дара у ещё не родившегося ребёнка тесты не показали, то при родах обязаны присутствовать представители обоих кланов, чтобы предотвратить катастрофу.
— А в моем случае, тесты определили направленность дара, если матери всё-таки удалось скрыть отцовство? — спросил я, в принципе, зная ответ.
— Скорее всего, да, — Ян хмыкнул. — Если бы целитель клана затруднился с ответом, она обязана была бы признаться. Так что Марии Керн безумно повезло, что ты не оказался скрытным малым. Хотя…
— Что? — я смотрел на него с любопытством.
— Твой хитровы… э-э-э, твой очень умный дед мог подстраховаться на этот счет. Подать официальное прошение императору, мол, так и так, дочь принесла ребенка в подоле, клянётся, что он сын какого-то клана, но какого, хоть убей молчит. Помоги, сделай милость, поприсутствуй со мной при родах, чтобы подстраховать. Не думаю, что Михаил отказал бы старому другу.
— То есть, император в этом деле может заменить представителя любого клана? — я даже закусил нижнюю губу от волнения, ожидая его ответ.
— Не просто император, а Михаил. Как глава клана Орловых он способен на гораздо большее, чем любой другой представитель клана. Да и корона даёт ему определенные бонусы, не без этого. — В этот момент мы подъехали к воротам моего дома. Охранники были уже другие, видимо до Громова быстро дошли мои претензии, и он уже увёл провинившихся на правёж.
— Если не хочешь с нами поужинать, и не хочешь ждать, пока нас проверят, то я, пожалуй, прогуляюсь, — сообщил я своему сопровождающему в клан Орловых.
— Пожалуй, не хочу, в другой раз не откажусь, может быть, даже завтра. А сегодня мне ещё к Матвею на доклад идти. Не удивлюсь, что и к Михаилу. Да и Лейманову пропуск надо всё-таки отправить. Я совсем про него забыл, а то бы завезли по дороге в типографию. — Ян отпустил руль и потянулся.
— Ну, тогда до завтра, — пожав ему руку, я выскочил из машины и пошел к дому через не слишком обширный парк. Мне нужно было многое обдумать, и пешая прогулка была для этого лучшим вариантом.
Глава 19
Четыре достаточно солидных господина собрались в большой гостиной в доме одного из них и с мрачным видом рассматривали фотографию молодого мужчины, лежащую на столе. Темноволосый с темно-голубыми глазами он, наверное, был красивым, вот только сидящие за столом господа в мужской красоте разбирались плохо. Собственно, им вообще было всё равно, как выглядит этот молодой человек, потому что объединяло их всех одно чувство — глубокая ненависть к этому сыну клана, который походя разрушил их полностью налаженную жизнь. Он сделал это просто потому, что его попросил глава более мощного клана, как сам молодой человек объяснил.
В просьбу Ушакова ни один из этих господ не верил. Они отчётливо понимали, на какой примерно высоте стоит клан Ушаковых, и, в их представлении Егор Александрович мог свободно приказать более слабому клану, и его глава, взяв под козырёк, пошёл исполнять данное приказание.