Ледяная принцесса (СИ)
О том, что и император, и лорд Тарьер и ещё многие лорды атаковали тварей, она решила не упоминать. Ведь первыми между нами и волной порождений Мрака на самом деле встали орки.
— Последите за языком, Ваше Высочество! — попытался осадить принцессу император. — Вы голословно обвиняете императора.
— К чему доказательства, если всё очевидно! Отец, вы даже мне проигрываете три шахматные партии из пяти! — усмехнулась принцесса. — Потому что ваша цель всегда понятна уже после нескольких ходов.
— Терриэль, ты моё дитя! Вспомни об этом, прежде чем задирать нос. — Свидетели того разговора в этот момент увидели не императора, а отца.
— Я всегда об этом помню, отец. Потому что природа взяла вас за образец, исправила все ошибки, и получилась я. — Нос принцесса и не подумала опускать.
Жаннет с нескрываемым восторгом пересказывала, что зал, где происходил этот разговор, принцесса покидала под гробовое молчание. К вечеру этот разговор оброс такими подробностями, что казалось, что Терриэль и Мраку его права и обязанности сможет зачитать.
Впрочем, император попытался взять реванш уже за ужином, когда посетовал, что орки живут по меркам имперцев почти на улице. А его дочь, принцесса, и привыкла к удобству и комфорту. И, мол, император переживает за здоровье и благополучие Её Высочества, а потому, предлагает дочери остаться во дворце.
— В конце концов, Саргал может просто приезжать в гости. — Улыбался император. — Правда Терриэль придётся дать клятву, что она ничем не будет стараться навредить Истинной своего давнего возлюбленного. Кстати, почему вы не привели её на ужин лорд? Неужели целительские артефакты не справились с ожогами от пламени вашей страсти?
— Отец, вы мне не напомните где и при каких обстоятельствах, а главное кому я признавалась в своих чувствах к лорду Тарьеру? Не вот это "да все знают", а конкретные имена? — уточнила вдруг принцесса, заставив замолчать разом и всех присутствующих, включая слуг.
— А разве это не так? — удивился император.
— Отец, вы не могли не заметить, что мой брат, официальный наследник, во много раз уступает по силе вашему же племяннику. Говоря откровенно, он посредственность и лентяй, долгие годы стремящийся только к праздной жизни и избегающий даже необходимых тренировок. — Видно решила раз и навсегда отбить охоту язвить в свой адрес её высочество. — И чем старше становился брат, тем явственнее вы, отец, понимали, что Империя, доставшись такому наследнику, просто рухнет. Поэтому решили и сохранить силу в роду, и посадить на трон того, кто действительно будет заботиться об этой земле. И чтобы не возникло проблем, мне с младенчества внушали, что лорд Тарьер предназначен мне в мужья. Что этот мужчина мой. Что странного в том, что я привыкла к этой мысли и воспринимала это как что-то неизменное?
— Но я встретил свою истинную пару. И выбора между тобой, которую мне прочили в жёны, и Истинной даже не вставало. — Непонятно зачем влез в семейный обмен ядом лорд Тарьер.
— Какой ещё Истинной, Тар? — рассмеялась принцесса. — Твоя, как ты говоришь, Истинная прокляла тебя неснимаемым проклятьем на любовь к себе, обернуть которое можно, только если убить проклявшую в первые семь дней от произнесения проклятья. Да ещё и приворот, который ты получил ещё здесь, во дворце, ослабил твою защиту.
— Это так, но приворот и проклятье лишь ускорили пробуждение связи Истинных. — И вот ведь тарелка стояла прямо перед ним, но лорд Тарьер предпочёл говорить.
— Да? Тогда почему эта связь до сих пор не подтверждена? Более того, пламя страсти, то есть сила, вырвавшаяся из-под контроля от близости истинной, обжигает, только когда оно не разделено. Не взаимно, Тар. Ты говоришь о пробуждении связи, раструбил по всей империи, что нашёл свою пару, но твоей матери приходится врываться в твои покои и спасать девушку, и так получившую сильные ожоги из-за твоего, и только твоего, желания. Где она сейчас? Сбежала, попросив забрать у неё твоё родовое кольцо и оставить её в покое. От истинных невозможно уйти добровольно. А она ушла. И она боится тебя. Не похоже на пробудившуюся связь. — В который раз подтвердила свою славу опасного врага принцесса.
А Саргал за всем этим наблюдал с видом довольного кота. Принцессу не одергивал, обращался вежливо, только грозно зыркал на иной раз забывавшихся придворных.
— Вам не кажется, что вы слишком много позволяете Её Высочеству? — процедил сквозь сжатые зубы император.
Почему-то отпускать принцессу в степь он резко перехотел.
— Нет, мне не кажется. Резвиться девочка. Ну, так характер такой. Говорят, что это у неё наследственное. — Улыбался орк императору, оставлять принцессу и идти на поводу у императора он явно не собирался.
Для него принцесса не переставала быть рычагом давления на империю. А сейчас, такая жена повышала и его собственный статус, как вождя.
Её Высочество не просто украденная в империи или близлежащих королевствах женщина, которую назвали женой по обычаям орков. Тут и Саргал принял её руку по законам империи, и принцесса проявила уважение к его народу. И одно дело привезти домой ту, от которой хотел избавиться собственный отец, чтобы не позорила. А другое, добыть себе жену, которую сильный сосед на самом деле отдавать не собирался. А разговоры императора, что, мол, дочери не обязательно отказываться от привычной обстановки, орки восприняли именно так.
Что удивительно, но позицию Терриэль, что отец планировал, а я привыкала к мысли о браке с кузеном, орки восприняли с пониманием. Долг перед семьёй, родом, подчинение воли родителя вызвали живой отклик у воинов степи. Что же поделать, если лорд Тарьер встретил свою пару? Тут никто не спорит.
Но слова Терриэль посеяли серьёзные сомнения в отношении к обретению лорда Тарьера. Вот совсем не вовремя он влез! Так что и тут орки объяснили, что видно их принцесса пыталась мозги на место несостоявшемуся жениху поставить.
Когда до императора донесли, что орки его дочь зовут "наша принцесса", настроение у него резко ухудшилось. А весь двор загудел как осиный улей. Версии одна удивительней другой придумывалась аристократами на ходу, но все уверенно утверждали, что всегда знали, что никаких чувств у её высочества к кузену нет и в помине. А сама принцесса давно интересовалась степью, и просто подвела отца к принятию именно этого решения. Причём, знали об этом все тоже уже очень давно.
Я окинула себя ещё раз взглядом в отражении. Тёмно-синее, глухое "под горло" платье с отделкой чёрным кружевом. Поверх него накидка из чёрного бархата с пышными рукавами. Застегивалась она тяжёлой брошью под грудью. Волосы были собраны мелкими косами с боков и ото лба, и закреплены тёмными заколками.
Моё появление в обеденной зале встретили с жадным любопытством. Но не успела я сделать и пары шагов, как меня окрикнули, нарушая всё правила этикета.
— Принцесса Арабелла! — ко мне навстречу, не обращая никакого внимания на окружающих, шёл молодой аристократ, едва ли старше меня самой. — Я слышал, что многие лорды позволяют себе утверждать, что мой брат, спасая Вас и Её Высочество, преследовал корыстные цели! Я хочу, чтобы Вы знали, что подобное было чуждо моему брату!
— Лорд… — намекнула я, что мы не знакомы.
— Винсент Дальгер, Ваше Высочество. — Склонился он в поклоне, на секунды пряча блестящие от злости и возмущения глаза.
— В отличие от лордов, что позорят себя, пороча память павшего, я там была. И видела, как доблестно и решительно сражался Верид Дальгер. — Я намеренно опустила упоминания титула, и это заметили. — Не жертвуют жизнью ради выгоды. А ваш брат закрыл нас с принцессой Терриэль собой. Он и его воины, выиграли для нас шанс на спасение.
— Ваше Высочество, — взгляд парня потеплел. — Были присланы цветы от вашего имени, лилии…
— Да, я тогда ещё была слаба, и я действительно попросила отправить от моего имени цветы. Я нарушила ваш обряд прощания? — неужели просто букет мог что-то там испортить.