Иллюзия преданности (СИ)

— Вариантов всегда больше одного, ясно тебе? — с нескрываемым злорадством сказал Терри, обращаясь к испорченному чертежу, который вызывающе торчал из кучи мятых бумажек. А может быть, не столько к нему, сколько к Арри, который в очередной раз оказался прав. И проницательный Карьян будто видел отпечаток помощи Арри во всех готовых проектах, которые Терри хотел считать полностью своими. Как ему это удавалось?
Вытянув из-под кровати сумку, Терри сунул в нее «Толкования» и перекинул ремень через плечо. Он не знал, когда его вызовут на дисциплинарную беседу, и решил, что лучше носить послание от короля при себе.
* * *
На высоких ступенях Великой библиотеки собралась стайка девушек в белых студенческих плащах. Терри издалека приметил кудрявую голову Варии. Смуглая девушка сидела на ступенях, глядя перед собой и не участвовала в оживленной беседе. Терри помахал ей, привлекая внимание. Вария заметила его и встала, подхватив холщовую сумку. Разгладила складки на подоле форменного синего платья. Ее товарки хмуро посмотрели на Терри. Их разговор замялся, будто они говорили именно о нем.
Пока Терри поднимался по ступеням, девушки вспорхнули со своих мест и скрылись за распахнутыми створками высоких дверей бывшего храма Святых Хранителей. Только Вария замешкалась у проема, оглянулась. Терри прыжком преодолел последние ступени, чтобы успеть нагнать ее. Поймал за острый локоть, постарался заглянуть в темные глаза, но вместо этого получил упругими кудрями по носу. Девушка отвернулась.
— Вария, что случилось? — требовательно спросил Терри. По крайней мере, она не вырывалась. Просто отводила взгляд.
— Вчера тревога была, — неохотно ответила она. — Тем, кого застали на улице, а не вытащили из постели, влепили часы отработки. Из-за тебя.
Терри закатил глаза.
— Но ты ведь шла к себе, разве нет? Или тебя тоже поймали?
Вария выдернула руку и отскочила. Ее красивые темные глаза метали молнии.
— Меня не поймали. Как ты не понимаешь? Нормальные люди думают не только о себе. Мне стыдно, что я не предупредила друзей, и они пострадали.
Терри нахмурился. Скрестил руки на груди.
— Думаешь, это мне вдруг захотелось прогуляться по городу? Меня вывели. У человека был пропуск.
— Но это ведь из-за того, что ты набросился на Карьяна с кулаками? Ведь из-за тебя?
— Кто сказал?
Вария смутилась.
— Я так поняла.
Холодное раздражение, размывающее терпение Терри, нехотя отступило. Он даже заставил себя мягко улыбнуться.
— Ты ошибаешься.
— Но зачем смотрителю понадобилось выходить с тобой в город?
Терри с кривой улыбкой пожал плечами, мол, я человек подневольный — меня ведут, я иду. Он подумал: «Странно, что Арри не сказал про часы для всех, кого поймали в чайной после отбоя. Опять играл в благородство? Или была еще какая-то причина?»
— И почему этот разрыв не был согласован с безопасниками? Я имею в виду, они буквально искали нарушителей, будто паниковали. Разве в этом есть какой-то смысл? — продолжала вслух размышлять Вария.
Вымученная улыбка Терри увяла. Он шагнул к девушке и обнял за узкие плечи.
— Лучше не думай об этом, — негромко посоветовал он, проводя ладонью по непослушным кудрям. — Если искать смысл во всем, что здесь происходит, легко сойти с ума… Я, например, начинаю сходить с ума только от одной мысли о том, что любой разрыв барьера может поднять на ноги по тревоге весь квартал. Это ненормально.
Вария тесно прижалась к нему, как будто искала утешения в его объятиях.
— Говорят, раньше можно было покидать Сияющий квартал. Студентов даже отпускали домой на праздники, как в любой школе, — глухо сказала она.
Терри промолчал. Он всегда так глухо и надолго замолкал, когда подруга заводила разговор о том, как скучает о семье и доме. Ему оставалось только удивляться, что Вария до сих пор не запомнила, что есть темы, которые он просто не способен горячо поддержать. Девушка глубоко вздохнула и подняла глаза к небу.
— Прости, я забыла, что ты до сих пор остро это воспринимаешь. Знаешь что? Давай на следующую Ярмарку я возьму тебя с собой на семейный ужин? Познакомлю со своими.
 
— Твой отец горец из тех самых, вынужденных переселенцев. Для знакомства с ним мне лучше бы придумать другое родовое имя, — невесело хмыкнул Терри, осторожно убирая со лба девушки запутавшийся локон.
Вария сощурилась и чуть-чуть отстранилась.
— А и придумай что-то попроще, чем Риамен, я только «спасибо» скажу. Ты все равно теперь один из нас, а не из «них», — она кивнула в сторону купола, за мыльными многоцветными очертаниями которого терялась Народная площадь Акато-Риору.
Терри неискренне улыбнулся. Необдуманные, хоть и искренние слова Варии, полоснули по сердцу. Если бы он хоть однажды соврал, что смирился с тем, что больше не аристократ, ему было бы проще понять, почему она не щадит его гордость.
Вария быстро клюнула его в губы и ловко вывернулась из некрепких объятий. Поправила ремень сумки на плече и быстрым шагом направилась мимо белоснежных колонн бокового нефа в сторону западного вестибюля. Терри нагнал ее.
— Послушай, давай пропустим сегодня лекции, — попросил он.
На губах Варии заиграла понимающая улыбка. Но прозрачное предложение Терри не заставило ее даже притормозить, не то что остановиться.
— Парлас часы влепит за пропуск, она отмечает даже на потоковых. Тебе хочется в равинтоле столы протирать? Мне — не очень.
Терри помрачнел. Он и забыл, что сегодняшние «два часа» принадлежат куратору научных проектов.
— Тем более, тебе и так придется взыскание отрабатывать. Драка и самоволка, вдобавок привяжут эту попойку в чайной. Я, конечно, надеюсь, что тебе не сильно влетит, но… боюсь, все же влетит по первое число, — расстроенно проговорила Вария.
Колокол на вершине башни ударил дважды.
Они опоздали.
* * *
— …Первые утратили доверие Создателя или вопрос о смене власти, как всегда, лежит в плоскости перераспределения ресурсов? Что первично: идейное сопротивление или вызовы нового времени? Что могли сделать Первые, чтобы вовремя стравить давление в этом котле всеобщего недовольства?
Терри тихо пробирался по стеночке к галёрке, стараясь ступать легче, чем мышь. Следом за ним, пригнув голову, кралась Вария. Терри рассчитывал, что Парлас не обратит внимания на их опоздание, но не тут-то было.
— Быть может, господин Риамен расскажет нам? — колкий вопрос воткнулся под ребро как острый шип. Терри остановился. Расправил плечи. Вария остановилась рядом, потому что он загородил ей проход.
— Расскажу что? — с прохладцей переспросил Терри, злясь на ментора за то, что она поставила их с Варией в такое неудобное положение. Еще хорошо, что Парлас демонстративно не замечала девушку, а обращалась только к нему.
— Расскажите товарищам, как политика ваших предков привела к Лесной войне и последующей за ней череде Темных веков. Должно быть, вы позволяете себе опаздывать именно оттого, что и без меня прекрасно разбираетесь в теме.
Все глаза обратились к Терри. Тот подумал, что лучше быть просто не могло: именно на потоковой лекции по истории попасться Парлас под горячую руку!
— Мои предки проливали кровь по обе стороны линии фронта, — подумав, произнес Терри, вызвав одобрительные смешки. — Вас кто конкретно интересует? Мой дед и прадед защищали Акато-Риору от имперцев и горцев, в войне тысячелетней давности они участия не принимали.
Стекла очков госпожи Парлас отразили блик утреннего солнца.
— Меня интересует в первую очередь ваша семья, Терри Риамен. Специально для иноземцев переведу ваше имя на современный риорский с архаичного наречия: «белый огонь». Вы знаете, бакалавр, что означают эти слова и благодаря чему ваши предки оказались на страницах древних хроник?
По аудитории пролетел шепоток. Терри пригладил шевелюру, в которой проглядывали предательские белые прядки.