Любовь зла (СИ)
— Я вас провожу, — вдруг бодро схватился за ручки коляски Ярослав Дмитриевич. — Куда вы идёте?
— В поликлинику. Спасибо, но кресло легко катить…
— Ну и что? Я всё равно хочу тебе помочь.
Мы вполне мирно дошли до того самого судьбоносного пешеходного перехода, а там на сына мэра накатила ностальгия.
— Я вёл себя, как настоящий кретин, да? — спросил он меня.
Я пожала плечами:
— Возможно, в вашем кругу принято ни во что не ставить интересы простых людей.
— В моём кругу… Я, знаешь, порвал вчера с друзьями.
Мои глаза округлились:
— Прямо во время подготовки к экзамену?
— Эээ, нет, до этого.
— И зачем же вы это сделали?
— По твоему совету.
— Я ничего такого вам не советовала!
— Они неискренни со мной. Один даже избегает встреч, но молчит о причинах.
— Может, вам стоит попытаться поговорить с ними начистоту?
— Я попытался, но они не понимают. Или не хотят меняться.
— Дайте им время привыкнуть к этой мысли. Это не так просто, как кажется. Представьте, что ваш папа попросил вас рассказать всё без утайки о вашем времяпрепровождении с друзьями…
Ярослав Дмитриевич пожал плечами:
— Может, ты и права. Но я хочу попросить тебя кое о чём.
— О чём? — я непроизвольно напряглась.
— Будешь моим другом?
Я не знала, смеяться или плакать. С одной стороны, минуй нас пуще всех печалей…* А с другой, как в такой просьбе отказать? И при всех недостатках этого мажора, трудно не растрогаться от такого предложения.
— Ладно, — кивнула я, притормозив. — Только учтите…
— Да знаю, знаю, — со счастливой улыбкой замахал руками молодой человек. — Ты всё говоришь прямо и ни под кого не подстраиваешься. Именно это мне в тебе и нравится. И что ты помогаешь всем, кому в состоянии помочь. Ты необыкновенный человек. — Он вещал громко, радостно, а потом вдруг пробормотал себе под нос: — И такая красивая сегодня…
Я вспыхнула, как щепка, поднесённая к огню. Только и смогла выдавить:
— Спасибо.
— Почему ты не одеваешься так в детдом?
Я пожала плечами:
— Там же маленькие дети… Нужен более практичный наряд. И мне не хочется слишком уж выделяться на фоне персонала. У них такая невзрачная униформа…
— Нет ничего плохого в том, чтобы выделяться. Пусть завидуют!
Я покачала головой:
— Не люблю вызывать у людей негативные чувства.
— Не бойся, я защищу тебя! Мы же друзья…
— Ага, тогда меня ещё больше возненавидят: решат, что я пытаюсь очаровать сына мэра… И небезуспешно.
— Нельзя лишать себя возможностей, основываясь на том, кто и что о тебе подумает. Это глупо и не продуктивно.
Я вздохнула. В принципе, он прав. Но это тяжело принять и ещё тяжелее ввести в практику. Похоже, моя жизнь пронизана страхом быть осуждённой окружающими…
— Сколько вы там пробудете? — спросил Ярослав Дмитриевич, закатив коляску на крыльцо поликлиники.
— А вы что, ждать нас собираетесь? Разве вам не нужно в полицию?
— Насть… Слушай, раз уж мы с тобой, вроде как, дружим, может, наконец перестанешь мне выкать?
Я смущённо опустила глаза.
— Ладно, я постараюсь. Но ты мне напоминай, если что.
— Нет, — качнул он головой, — это скучно. Я, если ты станешь забывать, буду тоже обращаться к тебе на вы и по имени-отчеству. Какое у тебя отчество?
— Сергеевна.
— Отлично! А полиция подождёт, не к спеху.
— Мы часа полтора тут пробудем, смотри, у блюстителей порядка, наверное, как раз обед начнётся.
— Значит, схожу после обеда.
— Тогда рискуешь опоздать на свои общественные работы.
— Насть, я же сказал: сам решу свои проблемы.
— Просто я не понимаю, зачем тебе тут торчать.
— Помогу вам домой добраться. Вдруг у вас опять колесо застрянет.
— Мы другой дорогой пойдём.
— Там ещё что-то случиться может.
— Ты станешь каждый сюда приезжать?
— Почему бы и нет?
Я засмеялась:
— Тебе срочно нужно найти ещё пару-тройку честных друзей, а то мне такой темп тяжеловато держать.
— Я душнила? — изумился Ярослав.
— Да нет… но со мной такое редко бывает, чтобы я с другом целые дни проводила.
Он нахмурился:
— Ладно. Не буду завтра приезжать. И сейчас отдохни, я пока сбегаю куплю себе что-то перекусить. Но потом провожу до дома!
Почему-то это было приятно. По груди разливалось тепло, и даже хотелось дотронуться до молодого человека. Я протянула руку и коснулась его кисти — он ответил с большим жаром, переплетя наши пальцы, а потом, неохотно отпустив мою ладонь, бегом сбежал со ступеней.
* «Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь» — строка из поэмы А. С. Грибоедова «Горе от ума».
Глава 14. Невеста
Ярослав
Я летел, как на крыльях. Я ощущал такой подъём — море казалось мне по колено, я чувствовал в себе силы сдвинуть горы. И всё из-за одной маленькой и наивной, но гордой девчонки, которая вдруг смягчилась и снизошла… А как она хороша сегодня… Я сразу решил купить что-нибудь ей и инвалиду. Кофе или мороженое — что найду. Однако, стоило мне примоститься к высокому столику возле ларька с шаурмой, зазвонил телефон. Батя.
— Ты где опять шляешься, чёрт тебя раздери?! — гневно начал он с места в карьер.
— Пап, всё нормально, я с Настей.
— С какой ещё Настей?
— Ну, эта девушка, которая руководит моими исправительными работами…
— И какого хрена ты с ней тусуешься вне места отработки?
— Ну… просто… помогаю…
— Финансово?
— Да нет, физически.
Дальше последовала нецензурная тирада на тему моей половой распущенности.
— Да не в том смысле! — вставил я, когда у отца наконец закончился воздух в лёгких. — Не сплю я с ней, мы просто друзья, у неё много всяких заморочек типа этого детдома…
— А ты тут причём?
— Я ж говорю, мы с ней друзья!
— Да с хрена ли?
— А в чём проблема-то?
— Да в том, *** ты сын, что невесте своей ты раз в месяц звонишь, и то по большому одолжению, а целыми днями шляешься с какими-то оборванками!
Я мысленно выругался. Эта г**баная невеста — как кость в горле. Из-за неё батя категорически против того, чтобы я с кем-то встречался по-нормальному. Ночные загулы с тёлками лёгкого поведения он готов пропускать мимо глаз и ушей: это же ничего не значит, это для "здоровья", а вот если генерал Савельев узнает, что у меня девушка есть, параллельно с его дочерью, — мне кранты. Начальник областного военкомата — это вам не хухры-мухры.
Матильда Фёдоровна Савельева (для своих — Мотя) — не противная по характеру, но не в моём вкусе. Ну не люблю я пышечек — что тут поделаешь? Однако, несмотря на мои бесчисленные возражения и объяснения, отец и слышать не хочет о разрыве помолвки. Они с генералом Савельевым ещё пятнадцать лет назад нас с Мотей "поженили", а ссориться с главой облвоенкомата — это большая глупость. Так батя говорит. И вечно требует, чтобы я с невестой созванивался и виделся, но, к счастью, происходит это нечасто. Она доброжелательная девушка, скромная такая, но мне с ней скучно и неловко, и всегда хочется поскорее завершить разговор.
Короче, батя строго приказал мне явиться домой прям щас — пришлось бежать обратно в поликлинику, дожёвывая шаурму на ходу. Настиного номера-то у меня нет — надо её найти и предупредить, чтобы не ждала. Блин, мне хотелось остаться! Я давно не чувствовал такого воодушевления, общаясь с человеком (неважно, мужского или женского пола) на трезвую голову. Мне интересно с ней, она нестандартно на всё реагирует, необычно мыслит. Это её стремление держать дистанцию — тоже заводит невероятно. Хочется добиваться… права на физический контакт. Даже за руку её держать — кайф неимоверный, а вчера — не удержался, поцеловал. И это было вообще феерично, хоть и по-детски, в щёчку.
Я обегал весь первый этаж поликлиники — насилу нашёл свою фею и её неполноценного пажа. Отрапортовал, задыхаясь после бега: