Группа крови на рукаве. Том 2 (СИ)

— То есть ты пил с замом Андропова и главой 7-ки. Краса-авец! — с явным сарказмом произнес Зорин — А Брежнев тебе не наливал?
— Товарищ генерал … — я развел руками и улыбнулся.
— Так. Все. Хватит. Не хочу больше ничего слышать про тебя. Как минимум неделю, а лучше месяц или два. Вот езжай на Лубянку и чтоб духу твоего тут не было через десять минут. Молчать и кругомшагоммарш отсюда в быстром темпе! — кажется, у генерала опять начало портиться настроение, поэтому козырнув, я поспешил исчезнуть из его поля зрения.
На выходе меня поймал Незлобин:
— Что случилось? Чего Зотов хотел?
— Отправить меня обратно во Владик. Кажется рапорт порвал.
— Да ладно! И что теперь?
— Пойду в КГБ служить.
— Шутишь?
— Шучу — я тяжело вздохнул — Непонятно ничего, Веня. Нахеровертил я у генералов вчера немного лишнего, вот и завертелось.
— Что завертелось?
— Приеду — расскажу.
— Ладно, буду ждать — мы вышли на дорожку к КПП, Огонек понизил голос — Я тут покупателей на камни вышел. Можно и твой жемчуг пристроить.
— Ох, Незлобин — я тяжело вздохнул — А меня потом особисты пристроят. Лет так на семь, убирать снег за полярным кругом. Да и тебя тоже. Подожди пока у меня устаканится все, лады? Ты же кофейные деньги еще не потратил? Или просадил?
Я обернулся к другу, тот вильнул взглядом.
— Уже?? Так быстро??
Незлобин развел руками.
* * *
Добирался я до здания госужаса гораздо дольше, чем в субботу до Останкинской башни. Понедельник, все куда-то едут, что-то везут, толкаются и пихаются. Жара — народ потный, про дезодоранты еще лет двадцать никто ничего не узнает. А после последней пересадки в автобусе стало не продохнуть от детей и их мамашек. Визгу, писку и крика было столько, что у меня начало постукивать в висках. И чего бы детскому миру в свое время не выбрать себе другое место? Ну или товарищу Дзержинскому…
Поднявшись по ступенькам, я открыл монументальную дверь и войдя, тут же уперся в стоящий поперек прохода стол. За столом перед раскрытым журналом сидел лейтенант с таким ясным взглядом, что сразу становилось понятно, что руки у него чистые, а сердце холодное. Рядом стоял постовой с автоматом. Не забалуешь.
— Капитан Орлов, Николай Яковлевич. К Алидину Виктору Ивановичу — доложил я.
— Есть пропуск на вас. Ожидайте — сверившись с моей фотографией в удостоверении, он что-то начал записывать.
Ну ожидать, так ожидать. Прямо за лейтенантом был маленький холл, в конце которого на второй этаж уходила широкая лестница, по середине которой была зеленая ковровая дорожка с красными полосами по краям. Дорожка упиралась в какую-то стеклянную будку, в которой маячило еще одно тело. А что, логично. Пожелай я прорваться и утащить секретный документ, то всяко-разно успеют тревогу поднять, даже грохни я вахтера и постового. Все серьезно.
Наконец откуда-то сбоку вышел еще один лейтенант, забрал у моего какие-то бумажки и очень вежливо пригласил меня следовать за ним.
Добирались мы не долго, всего-то поднялись на пару этажей и попетляли немножко по каким-то коридорам.
Кабинет у главы 7-ки был элитный, с видом на Дзержинского. Правда стоял “железный Феликс” задом к Лубянке, как бы намекая… На что именно, я додумать не успел — Алидин начал меня грузить.
— Сейчас 12, предложение от тебя жду к 17:00. Пяти часов тебе должно хватить. Рабочее место и прочее обеспечит секретарь — генерал тоже был не в настроении и даже не ответил на приветствие. Видать, сильно я все-таки разворошил воображение генералов, вон как глазами сверкает и брови хмурит. Наверняка, дай мне кто-нибудь сунуться к Цвигуну, тоже мало радостного увижу.
— Распиши все. Штатную структуру подразделение, необходимое спецоборудование. Отдельным пунктом — цели и задачи. Это главное!
Главное — это финансирование. Но я промолчал.
Сев за стол в приемной и задумчиво начав грызть кончик ручки, я попытался вспомнить структуру “альфы” из моего времени. Испортив несколько листов квадратиками со стрелочками и каждый раз в конце обнаруживая херню, я в очередной раз понял, что наблюдать со стороны и участвовать — это две большие разницы. Ну не получалось у меня выстроить что-то более менее красивое.
 
Еще немного поморщив ум, я решил пойти с обратной стороны. Ведь основной список угроз мне прекрасно известен. А потом можно начать вспоминать инструменты для устранения бяк. Так … Я пододвинул к себе чистый листочек. Первой строчкой пошла сберкасса как “насильственное удержание граждан в жилых или производственных помещениях”. Отлично, идем дальше.
Следующие полчаса я превращал в канцелярит все, что вспомнил. От захвата самолетов и автобусов через террористов и стрелков в квартирах к бунтующим частям и срочникам, которые расстреляв своих сослуживцев, запирались в оружейных или шли бродить по лесам. Я специально решил не ограничивать свою фантазию, прикинув, разу уж пошла такая пьянка — режь последний огурец. Будем пугать генералов как следует. Ведь давно сказано, что прося больше обломится меньше.
Затем приступил к описанию необходимого снаряжения. Просто брал ситуацию из списка и прикидывал, что надо сделать. К моему удивлению получалось, что никаких убер-воинов или там терминаторов вовсе не требовалось, как и какого-то экзотического оборудования. Нет АКСУ 74? Ничего страшного — берем обычный АК в складном варианте. И так дальше по списку.
Основная проблема была в людях, а также в изучении материальной части. Ну вот возьми любого из нас и попроси открыть багажный люк в самолете, и чтобы тихо было. Или банальный поезд остановить вдруг надо, но только чтобы без травм. Облажаемся все и без вариантов. Значит что? Значит надо упирать на тренировки в реальной обстановке. С выездом на полигоны. Ну неужели в каком-нибудь Шереметьево не найдут старый самолет? Да там наверняка половина парковок ими забита. Или у железнодорожников не найдется тепловоза чтобы дать порулить? Ни за что не поверю — не те нынче времена. Прикажут — и в ракету пустят.
Спустя три часа, с опережением графика служебка была готова.
Пожилая секретарша быстро набила на пишущей машинке сопроводиловку и дала пару дельных советов с оформлением. Подровняв листочки, я решил что можно идти обратно к Алидину.
* * *
Генерал молча показал рукой на кресло около стола и принял у меня мои каракули.
— На, ознакомься пока — толкнул он ко мне скрепленную скрепкой пачку листиков.
Я глянул на верхний. “Секретно. В ответ на ваш запрос от …”. Понятно, канцелярщина. Перевернул лист, вчитался. Едрена корень. Передо мной был список, кто и когда угонял самолет или пытался это сделать. Я как-то считал, что до такого экстрима еще пару лет точно должно пройти, а тут уже. И даже в СССР народ уже вовсю практиковал такой тип развлечений. Вот к примеру, 54-й год. Два бандита, вернее, бандит и бандитка, попытались угнать Ли-2. Летел себе самолет в Таллин из Ленинграда, а его потребовали в Финку завернуть. Ну пока пилоты разводили турусы, Некий товарищ Т. Ромашкин, служивший на этом же самолете бортмехаником, начал бороться с бандитами. С одной стороны, боролся удачно — самолет приземлился в Таллине. А с другой — не очень, потому что на следующий день он скончался от ран. А вот еще один бортмеханик отличился, видимо урожайный год был на них. Товарищ Поляков взял Ил-12 и решил на нем протаранить дом неверной супруги. Но полетав кругами, остыл и пожалел то ли супругу, то ли самолет и вернулся назад. Арестован. Про дальнейшую судьбу не написано.
О! Опять Эстония, только уже пятьдесят восьмой год. Опять тот же рейс, только террорист оказался пожиже и просто передал через стюардессу записку. На что экипаж отреагировал “ну его нахер” и заперся в кабине. А гаденыш в ответ решил попугать и начал взрывать что-то мелкое прямо в салоне. И видимо переборщил, так как в салоне начался пожар и самолет пришлось экстренно сажать в какой-то Йыхви. Я было попробовал произнести “Йыхви” вслух, но после вопросительного взгляда Алидина снова уткнулся в бумагу. Так, что дальше? Самолет посадили, все хорошие люди успели выйти, а вот террористу то ли не дали, то ли помогли. Написано, что сгорел вместе с самолетом. Поделом.