Запах любви (СИ)
Лабутина побледнела.
— Не знала, что он женится…
— Кажется, её зовут Светой, — я решил открыть Ольге правду. Понимал, что своими признаниями причиняю ей боль, однако нужно было вывести Лабутину из любовного дурмана.
Информация оглушила её. Постояв некоторое время, она в полной прострации, не сказав ни слова, побрела в свой кабинет. Я с трудом подавил желание побежать утешать ее.
К концу дня снова попытался дозвониться до Влада, потеряв терпение, обратился к засланным казачкам.
— Он уже несколько дней нигде не появляется, — задумчиво сообщил финансовый директор. — На звонки не отвечает.
— Я не знаю, где он, — пожала плечами главбух. — На него это не похоже — забыть о работе и провалиться в неизвестность.
Встревоженный, накатал японскому льву длинное письмо. Никакой реакции. Потом увидел Риту, забыл обо всем и вызвался провожать ее домой.
Через несколько дней Марго вышла на работу, а вечером обрадованно рассказывала, сколько приставок ей удалось продать.
— Не знала, что это так легко! Я просто болтала с ними, и все получилось! Мне нравится то, что кругом люди с детьми! Люблю детишек! А сегодня ко мне подошел мужчина с сыном, представляешь, предложил работу в косметической компании! Купил игрушек на огромную сумму! Олеся похвалила меня! Я так благодарна тебе за то, что заставил выйти на работу!
Услышав про ее успехи, я обрадовался и встревожился одновременно. Почему-то вспомнил слова кадровика.
— Поосторожней с чужими людьми, которые по доброте душевной предлагают золотые горы, — предупредил я. — Это Москва…
— Но ты же тоже предложил! — рассмеялась она, заставив меня покраснеть.
— Не сравнивай! — расстроился я. — С сотрудницами я не сплю и никогда не нарушу свои принципы!
— Ты же сказал, что я тебе нравлюсь, — подразнила Рита. — А я размечталась…
— Это ничего не меняет, — уперся я. — Нравишься. Однако пока мы работаем в одной компании, ничего не будет.
— Вот ты какой принципиальный! — расхохоталась она. — Занят?
— Для тебя всегда свободен!
На встречу с ней летел, не чувствуя ног. Впервые за долгое время я встретил ту, с которой не мог наговориться, нагуляться, насмотреться, надышаться. Домой мы вернулись под утро — сонные, но счастливые. Рита постоянно что-то рассказывала и улыбалась, улыбалась чудесной солнечной улыбкой. Мне казалось, что этот поток тепла и добра делает меня другим — фантастически сильным и надежным.
На следующий день я пришел на работу невыспавшимся, но полным надежд.
— Рита не вышла на работу, — сообщила Марина, не успел я переступить порог отдела персонала. — Звонила Олеся, она в ярости. Грибова здорово подставила всех. Замены нет, игровая выставка откроется через полчаса. Вот тебе и Белоруссия…
— Наверное, что-то случилось, — стараясь не показывать волнения, сказал я, а у самого затряслись руки. — Не надо поднимать панику на пустом месте.
Закрывшись в переговорной, дозвонился до Марго.
— Прости меня, солнце, — голос у нее был мертвый, в трубке я услышал звуки железнодорожного вокзала. — Я возвращаюсь домой.
— Почему?! Что случилось?! Все же было хорошо!
— Мне негде жить, с ребятами не срослось, — выдавила она. — Все это неважно. Прости пожалуйста, я наверное, здорово подвела тебя.
— Где ты сейчас? — требовательно спросил я.
— На вокзале, — я услышал, как она плачет.
— Скоро буду, — отрывисто бросил я, взял такси и помчался к самой желанной и чудесной женщине на свете.
Увидев ее, замер. Под правым глазом красовался синяк, губа была разбита. В руках она держала небольшую черную сумку, до отказа набитую вещами.
— Кто это сделал?! — затрясся от ярости. — Кто?!
— Неважно! — Рита снова расплакалась. — Жить теперь негде, Вику не хочу стеснять, у них итак все напряженно.
— Никуда ты не поедешь! — я выдернул сумку и потащил ее за руку. — Жилье — ерунда, поживешь у меня.
— Не надо… — остановилась Марго.
— У тебя есть косметика? — спросил я, разглядывая ее разбитое лицо. — Срочно все замазывай, Олеся ждет, работа ждет!
— Я не могу, — покачала она головой.
— Сможешь! — отрезал я, запихнул ее в такси и сел рядом, назвав водителю адрес выставочного центра. — Вечером заеду. Вещи с собой заберу. Обратной дороги нет, только вперед, — рубанул рукой воздух. — Что за ребята?
— Местные наши, снимали жилье и предложили одну комнату мне, — Рита смешалась и отвернулась от меня. — Иногда я думаю, что делаю что-то не то.
— Понятно, — я с трудом сдерживался. — Напомни точный адрес?
— Не надо, пожалуйста, — взмолилась она. — Прошу тебя!
— Адрес?! — повысил я голос, Марго выдавила номер дома и квартиры. — Чего ты боишься? И кого? Козлов надо проучить!
Доехав до места, мы заперлись в туалете, где Рита дрожащими руками насыпала на свое личико много штукатурки, чтобы не выглядеть побитой собакой.
Вернувшись на работу, я не мог успокоиться, обзвонил миграционную службу, полицию, труд инспекцию и еще пару контор, которым сообщал о двух насильниках из Белоруссии. Я не был уверен в том, что это даст результат, но должен был что-то делать. Кто-нибудь наведается к ним и даст пинка под зад.
Недолго думая, разослал по всему офису письмо:
“Наша коллега ищет компаньонку для аренды жилья. Обращаться к Андрею Добровольскому.”
Через полчаса перезвонил генеральный директор:
— Не используй почту для решения личных вопросов, — буркнул он. — Что за дела?
Я промолчал, испытывая острое желание послать его лесом.
Но когда с такими же претензиями перезвонила Лабутина, не выдержал:
— Если моя работа кого-то не устраивает, завтра же уволюсь!
— Что с тобой? — поразилась она. — Разве я говорила, что недовольна твоей работой? Электронную почту мы используем для обсуждения работы, и это правильно.
— Не согласен, — мотнул головой. — Если для решения нужд сотрудников можно использовать эту самую почту, почему бы и нет? Чего все всполошились? Что я такого плохого сделал? Разве компания не должна помогать своим людям?
Ольга вздохнула.
— Не кипятись. Просто будь аккуратнее. Борис недоволен.
— А когда и кем он был доволен? — съязвил я и положил трубку. — Не зря написал. Ведь не зря…
“Здравствуйте, Андрей Владимирович. Я работаю в отделе локализации дизайнером интерфейсов. Снимаю комнату на Водном Стадионе. Вечером могу показать жилье. вдвоем получится недорого.”
Девушка не представилась, но оставила телефон. Переписав номер, я ответил, что в ближайшее время свяжусь с ней, и скинул свой позывной.
Вечером Рита вошла в квартиру, которую я снимал, послала солнечные зайчики Алексею и Роме, а ночью легла рядом.
— Ты мне нравишься, поэтому ничего не будет, — отодвинулся я. — Пока мы в одной конторе….нет.
— Я сказала Олесе, что ухожу консультантом в косметическую компанию. Косметика мне ближе, чем игры. Этот клиент с ребенком позвал к себе работать, я подумала и решила согласиться. Так что с завтрашнего дня мы не в одной конторе, — она положила руку на мою грудь.
— Ты не знаешь, с кем связываешься, — хриплым голосом предупредил я. — Я не смогу остановиться и достану тебя везде. Замучаю.
— Не страшно. Нисколечки, — засмеялась Рита и сняла с себя одежду.
Глава 28
Я чувствовал, как Рита целует меня, и не двигался. Откуда-то из самых глубин нутра поднимались раздражение и злость.
— Прекрати, — попросил едва слышно.
Рита дернулась и подтянула одеяло к подбородку. Она растерянно уставилась на меня.
— Сказал же, не нужно ничего.
— Я думала, что нравлюсь тебе…
— Ты притворяешься.
Встав, я натянул одежду и побрел на кухню — ставить чайник. Спустя какое-то время закутавшись в синий халатик, Марго вошла следом. Ее лицо было грустным и потерянным.
— Насилие к женщине бывает двух типов — когда ее насилуют и когда женщина притворяется, насилуя себя, последнее за пределами понимания!