Тайная жена (СИ)
– Готова? – непонятно зачем спросил Ашер без стеснения даря мне улыбку. Это ещё больше взволновало разноцветное море из знати.
– Покончим с этим, – незамысловато ответила я. На что принц вдруг склонился ко мне и прошептал:
– Как только закончится этот фарс, ты получишь награду за терпение.
– Награда? – удивлённо спрашиваю, начав спуск в зал. После чего ровно произношу: – Не стоило.
– Поздно, я уже всё подготовил.
Наверное, не проснись во мне неясное желание доверять этому мужчине, то я бы очень напряглась после таких слов. В нашей истории есть несколько случаев, когда такая “награда” подразумевала под собой вечный покой. Вот только в нашем с Ашером случае есть свои «но». Первое – мой дар ещё не сыграл свою роль, потому глупо от меня избавляться сейчас. И второе – непонятная для меня связь, которая становится только крепче. Нечто во мне нашептывает: этот укротитель драконов ни при каких обстоятельствах не навредит мне. Все его жесты, все его взгляды настолько убедительны, что во мне не остаётся места для сомнений.
Когда мои туфельки коснулись пола бального зала, музыка заиграла вновь. Император, пряча удовольствие от вида общей паники, дал знак музыкантам играть и, как ни в чём не бывало, обратился к одному из стоящих рядом мужчин. Остальные гости, отметив реакцию правителя, стали говорить тише. Однако это не мешало им бурно обсуждать произошедшее, а также прожигать меня враждебными взглядами. Такое действительно придётся потерпеть.
Успокаивающе накрыв мою ладонь на своём локте, Ашер неспешно повёл меня в сторону трона. Именно там развернётся главное действо сегодняшнего вечера. Вот только путь нам неожиданно преградил тот, точнее та, кому безмолвное разрешение императора на наше появление показалось оскорбительным. Правда высказать это она поспешила не правителю Мэйвера, а нам.
– Ашер, как это понимать? Жена? Это шутка какая-то? —всё ещё пытаясь сохранить образ милой принцессы спросила Арабелла.
Ближайшие представители знати навострили уши и приготовились в числе первых узнать подробности такого скандала. Ашер это понимал, но не стал понижать голос, когда иронично говорил:
– Белла, я так похож на шутника?
– Но тогда… что вообще происходит? – спросила принцесса, чья улыбка всё больше походила на оскал.
Мой муж посмотрел на меня, потом вновь на сестру, и без лишних слов признался:
– Мы просто устали скрывать правду.
Слышавшие это гости тут же по цепочке начали передавать дословные слова принца и принцессы. Вал пересудов нарастал, так же, как и раздражение Беллы. Поняв, что давить на Ашера бесполезно, она переключилась на меня:
– Рейна, как ты могла? – её голос немного сорвался, а в глазах застыли слёзы. – Пока я так рассчитывала, что хоть ты не будешь увиваться за кем-то из моих братьев, ты взяла и так поступила!
Вопрос о наличии у меня совести повис в воздухе, потому что Ашер перебил принцессу, сказав:
– Сестра, ты кое-чего не понимаешь. В этот дворец Рейна вошла уже моей женой. Твоей фрейлиной она стала лишь из-за моей прихоти и настояний Астиона.
Такой расклад ошарашил Арабеллу не хуже громкой новости. Её глаза на миг яростно блеснули, когда она едва слышно сказала:
– Астион… он знал…
– Прости, – явно не чувствуя раскаянья произнёс Ашер, – но нам нужно поговорить с отцом.
Не знаю, что стало последней каплей: показательная отстранённость брата, или слова о том, что он по своему желанию идёт за наказанием. Милая личина первой принцессы дала трещину, и она взорвалась. Точно так же, как сегодня утром.
Магия затрещала вокруг неё подобно костру, золотые волосы зашевелились, но накрепко закреплённые шпильками пряди остались на месте, а в алых глазах вспыхнули искры гнева.
– Ты разве не знаешь, что теперь будет? – рычала с виду хрупкая принцесса. – Думаешь отец простит тебя из-за Дрейка? Этому не бывать! Тебя изгонят, лишат всего! И всё это из-за девки, посланной нам самой хозяйкой Вечного Царства!
Шепотки вокруг затихли. Видимо такой покладистую принцессу ещё никто не видел и потому поверить своим глазам было трудно.
И пока я усмехалась про себя метафоре Беллы (я-то думала меня вела за руку Судьба, а не хозяйка последних чертогов) Ашер решил одёрнуть сестру:
– Арабелла, возьми себя в руки. Твой образ вот-вот разлетится вдребезги.
Спохватившись, Белла сделала вид будто она опомнилась, зажала рот ладонью в ажурной перчатке, пустила слезу и поспешно захныкала:
– Вы меня так расстроили… Я теперь сама не своя!
Может ей и не поверили бы, но подоспевшие фрейлины бросились к своей принцессе, чтобы увести её подальше от чужих глаз. Однако некоторые из замерших неподалеку дворян прониклись расстроенным видом вечно жизнерадостной принцессы. Рядом начали нарастать осуждающие шепотки. В прочем они изрядно были разбавлены предвкушением и злорадством – их правитель жесток, но справедлив, и потому за такой серьёзный проступок император Мэйвера точно не пощадит даже своего сына.
– Мы только начали, а я уже устал, – со вздохом пожаловался Ашер. Вот только мне не надо было заглядывать в его душу, чтобы понять: эти слова призваны успокоить меня. Сейчас почти опальный второй принц Мэйвера выглядел вполне себе бодро и с каждым шагом к трону, весь его вид становился всё более оживлённым.
Правда, такие перемены в нём мало кто мог заметить. Откуда даже семье Ашера знать, что когда он удовлетворен происходящим, то кончик его правой брови чуть поднимается, а глаза становятся на пару тонов ярче? Такое невозможно узнать если жить по разные стороны дворца.
Мои мысли вились вокруг таких мелких, но важных привычек мужа ровно до тех пор, пока мы не оказались у подножья трона. Он отличался от престола моей Родины. Здесь было много помпезных завитушек, а рычащие львиные головы заменяли подлокотники. По-своему величественно, роскошно, но совершенно отталкивающе. Лично для меня.
Лорды, увешанные регалиями Мэйвера, поспешили освободить нам место. Или скорее шарахнулись как от прокаженных – боялись, что гнев императора может обратиться к ним. Отходить далеко, между тем, они не стали. Замерев достаточно близко, чтобы не пропустить публичного отречения императора от второго сына, главные лизоблюды начали выжидать.
Надо заметить, что во взгляде некоторых из них читалось явное облегчение. Не удивительно. Многие опасались, что старшие принцы, рано или поздно схлестнутся, вовлекая всех в гражданскую войну. Никто при Радужном дворе даже помыслить не мог, что Астион и Ашер разойдутся миром – слишком часто я слышала шепот о том, как права была императрица, когда решила избавиться от фаворитки из Даэрга.
Кто-то считал, что мать Астиона заслужено была сослана в храм, где спустя пару лет скончалась, а кто-то утверждал, что она была в своём праве. Будь дело в простом увлечении императора леди из Даэрга и проблем бы не было, однако он умудрился не только влюбиться, но и привести бастарда в свой дом. К тому же прошёл слух, что Ашер мог быть не единственным ребёнком вне брака. Второе дитя всего лишь не успело появиться на свет.
Зная всё это, мало кто ждал мирной передачи престола Мэйвера новому правителю, ведь второй принц мог просто затаиться, а потом в один миг отомстить и за мать, и за нерожденного брата или сестру. И я совру, если скажу, что они не правы. В душе Ашера хватает тьмы, но он научился ею управлять. Возможно как раз поэтому у него такая крепкая связь с драконом будто сотканным из тьмы и умеющим её же выдыхать. Вот только мало кто знал об этом наверняка.
– Сын мой, – достаточно громко пронеслось над залом, заставляя не только стихнуть музыку, но и замолчать всех присутствующих. – Ты разочаровал меня. Что это? Попытка привлечь моё внимание или проявление запоздалого духа бунтарства?
Обвинение в ребячестве? Никакой фантазии. Бросив взгляд в сторону Ашера, еле сдержалась чтобы не усмехнуться – на его лице читалась скука. Видимо он тоже был не впечатлён отповедью. Но даже так муж пытался подыгрывать изо всех сил: