Медный Аспид (СИ)

— Купил у одного из Заклеймённых.
— Либо он тебя обманул, либо Кайт что-то намудрила с формулой, — не сводя немигающего взгляда с весёлой суеты студентов, тихо произнёс Зэван. — Я предпочту думать, что тот Заклеймённый обманул тебя.
«Потому что, если Кайт самовольно избавила его от зависимости, приказ Оленя вынудит Зэвана убить её, — но эта мысль пронеслась в голове слишком быстро и потухла, уступив место иным измышлениям. — Чёрный волк уже освобождал Зэвана от этого поводка. Если Кайт удалось повторить трюк отца, то, быть может, удастся перебороть и внушение? Белый олень неспроста приказал убивать всякого, кто посмеет посягнуть на его власть над Заклеймёнными. Ведь достаточно всего одного свободного от приказов, чтобы остальные начали роптать и верить, что могут получить свободу. Всего одного Заклеймённого достаточно, чтобы войти в покои Белого оленя и перерезать ему глотку».
— Нет, конечно нет, — покачал головой Дэймос, спрятав ликование. — Она не глупа и не стала бы…
Они переглянулись, и Дэймос против воли улыбнулся.
— Точно нет, — поспешно повторил он, опасаясь, что приказ заставит Заклеймённого вернуться в коттедж. — Я предупредил её о последствиях.
— Буду думать, что попалась палёная партия.
— Но колоться ходи к Кайт, — добавил Дэймос.
— Конечно, — медленно кивнул тот и, шагнув глубже в тень, обронил: — Подстрахуйся и отправь несколько писем.
Кивнув, Дэймос вышел на мостовую под свет фонарей. Городовой проводил его недоверчивым взглядом. Игнорировать совет Зэвана он не стал и продублировал письмо.
Для исполнения второй части плана требовалось лояльное отношение Далтон, и теперь Дэймос как никогда жалел о том, что позволил усталости и раздражению взять верх. Пришлось потратиться на украшения, договорившись, чтобы хотя бы половина камней в колье была настоящей.
В день бала было морозно. Лёд сковал озеро. Улицы застыли, и даже вечно спешащая толпа замедлилась, замёрзнув. Остановившись на площади Академиков, Дэймос некоторое время стоял в стороне. Он провожал взглядом студентов, шумных, весёлых и беззаботных, для которых сегодня бал, а завтра выходные.
— Почему во время академических балов у вас всегда такой безрадостный вид, словно вас не танцевать сюда пригласили, а перемолоть в мясорубке?
Повернувшись, Дэймос обнаружил неприметного мужчину, что сутулился, спасаясь от холода и ветра. Обойдя скамейку, он сел на край и сверкнул льдистыми глазами из-под капюшона.
— Я сюда не танцевать хожу, а работать, — отозвался он, невольно улыбнувшись. — А вы почему не в платье?
Вытянув ноги в тяжёлых ботинках, покачала носками, наблюдая за следами на снегу.
— Маму ищу.
Кивнув, Дэймос поднял воротник, пытаясь согреться.
— Не думаю, что у меня много шансов, — вздохнула девушка. — Милиция и Серые искали её и не нашли. Я обошла все крыши в Медном районе, поговорила с фридами, они видели женщину с ружьём, но где она живёт, не знают.
«Хвостатые хитрюги, милиции они ни слова не сказали», — подумал он, приглядываясь к собеседнице.
— Мы проверили катакомбы и все оставленные дома, — заговорил Дэймос, — она когда-нибудь бывала в столице?
— Нет, папа приезжал один, брал за компанию кого-нибудь из братьев.
— До замужества она всю жизнь прожила на Востоке, так что едва ли стоит искать её в катакомбах, — рассуждал Дэймос. — Город она не знала, значит, будет искать знакомых… — сказал и осёкся, сообразив, где она скрывается.
Судя по Кайт, что на секунду замерла, схожие мысли посетили и её.
— Спасибо, — быстро поднимаясь, произнесла она, — вы бы хоть шарф купили, зима обещает быть холодной.
— Я южанин, — улыбнулся Дэймос. — Любая зима для меня слишком холодная.
— Вы просто недостаточно тепло одеваетесь, — улыбнулась она.
Поднявшись на ноги и сунув руки в карманы, она вновь ссутулилась, превратившись в неприметного прохожего.
Проводив её взглядом, Дэймос сделал условный знак, веля Заклеймённому приблизиться. Золотые глаза блеснули в темноте. Он остановился на границе света за кустами. Тихий, почти беззвучный, словно призрак.
 
— Проследи за ней.
— Плохая идея, — заметил Зэван. — О твоём письме узнали и теперь мечутся, словно осой ужаленные. Серые не хотят видеть над собой нового Чёрного волка, и самые отчаянные могут попытаться тебя убить, чтобы не делить власть.
Кивнув, Дэймос перевёл взгляд на толпу.
— Все они вылезут в ближайшее время, — качнулся он, поднимаясь на ноги, холод прокрался под пальто, заставляя несолидно сжиматься и ёжиться.
Зэван нахмурился, осознавая, что часть информации от него утаивают.
— Это ещё не всё. Группа лэртов прибыла в посольство.
— И что?
— Это не послы и торговцы, а военные. Они приехали встретить старшего Эльбирина.
«Неужто Вилинарий выполнит просьбу и привезёт дневник, вместо того чтобы отправить деду? — мысленно удивился Дэймос. — Хотя от него это не зависит, если военные успеют его перехватить».
— Ты знаешь, где он?
— Нет, но знаю, кто знает, и могу его найти.
— Тогда забудь о Кайт. Найди и защити Вилинария. Мне нужно встретиться с ним до того, как он попадёт в руки военных.
Заклеймённый кивнул и, отступив в тень, произнёс:
— Разведке не понравилось, как ты говорил с Далтон в «Кабане», и за твоим домом следят. Они обшарили квартиры, в которые ты водишь баб, побывали в «Последнем шансе» и «Бешеном псе». Думаю, они ищут дневник.
— Тогда нашли несколько обманок.
— Ты решил идти ва-банк? — осторожно спросил Зэван, сделав шаг навстречу.
Свет фонаря отбросил на лицо Заклеймённого тень, углубив шрамы.
— В некотором смысле, — отозвался Дэймос, направляясь в сторону замка Академии. — Если мне не повезёт, займёшься охраной Кайт.
Зэван поспешил следом и, не сдержав удивления, спросил:
— Это ещё зачем?
— Затем, что она не плохой человек, и мне искренне её жаль.
Тот недоверчиво сощурился.
Скрипел снег под ногами. Ветер, завывая, качал кроны деревьев.
— После твоей смерти контракт аннулируется, — напомнил он. — И твои приказы потеряют власть.
— Это не приказ, а дружеская просьба.
Обмануть Зэвана не удалось, но зато удалось заинтересовать. Кайт воспитана Александром, а значит, ей хватит глупости рассмотреть за грубостью страх и пожалеть Заклеймённого. Как знать, быть может, Дэймосу удастся пережить собственную глупость, и он сумеет направить эту дружбу в нужное русло. Всего одного Заклеймённого, способного нарушить приказ Хозяина, достаточно, чтобы вся система полетела в Бездну.
— Чего ухмыляешься? — останавливаясь, спросил Зэван.
Они вышли к хорошо освещённой аллее, и Зэван, стараясь держаться тени, остановился у дрожащих на ветру кустов.
— Я, быть может, совершаю глупость, возвращаясь в большую игру, — Дэймос вздохнул и улыбнулся, — но я давно не чувствовал себя таким живым.
Зэван как-то странно посмотрел на него, словно прощаясь, и, махнув рукой, скрылся в темноте заснеженного сада.
Пора играть свою роль.
Весь вечер Дэймос был преувеличенно весел, обходителен и обаятелен. Расточал комплименты другим дамам, чем привлек внимание Далтон, а едва им завладев, уже не отпускал до самого утра.
— Вижу, кто-то сменил гнев на милость? — лукаво улыбнулась она, выбираясь из постели.
— А разве был гнев? — сонно удивился Дэймос, нежась среди подушек. — Просто неподходящий момент. Усталость и голод делают меня не самым приятным собеседником.
— А сегодня ты сыт? Хорошо ли спал?
Словно кошка, она растянулась рядом, хищно поглядывая на Дэймоса.
— Да, — отозвался он и задержал дыхание, словно перед прыжком. — Я знаю, где остальные дневники и как их перевести.
На мгновение потеряв лицо, Далтон резко дёрнулась, порываясь встать, но вовремя вспомнила, что притворяется томной красавицей, и вновь расслабленно растеклась по подушкам.
— Я знала, что ты передумаешь, — довольной кошкой улыбалась она, ноготками царапая его живот.