Медный Аспид (СИ)

Из тонких прорезей маски блестели золотые глаза. Заклеймённые.
Они быстро нашли дневник и подали сигнал. В комнату вошёл человек в белой маске на всё лицо. Руки скрыты перчатками, шея стоячим воротником, уши едва видны за тёмной шевелюрой, но как верно заметила Кайт — кожа смуглая. Из-под маски на него смотрели тёмные глаза, что показались смутно знакомыми.
Остановившись перед Дэймосом, незнакомец ничего не сказал. Только пялился, словно наслаждаясь его коленопреклонённым положением.
«Южанин, — мысленно определил Дэймос. — Имперец, судя по костюму. Не военный, чуть сутулый».
От него исходил аромат Таланта, пряный и удушливый. Сильные чувства заставили тело вырабатывать энергию в удвоенном объёме.
Заклеймённые подали ему нож, и Дэймос с удивлением узнал его. Это был нож из одной из его тростей. Картинка в голове начала складываться. Жаль поздно.
— Это тебе за Майру, — прошипел Корин Кайм, замахиваясь.
В этот момент за окном что-то блеснуло.
«Оптика», — пронеслось в голове.
За очередным взрывом фейерверка что-то ткнуло в шею. Ахнув, Дэймос попытался вздохнуть, но не смог. Горячая густая жидкость пропитала воротник. В горле забулькало, а вздохнуть всё никак не получалось.
Корин в ужасе попятился, а Заклеймённые вмиг отхлынули.
Осознавая тщетность своих попыток, Дэймос попытался зажать рану, заваливаясь на пол. Кайт бросилась к нему, а Заклеймённые прочь.
— Не бойся, я рядом, — было последним, что он услышал.
Глава 35
Гадко пахло сигаретным дымом.
— Тебе обязательно здесь курить?
— Я уже открыл окно, — недовольно буркнул Зэван, — что тебе ещё нужно?
— Это, конечно, очень мило с твоей стороны, но ветер всё равно задувает весь дым в комнату.
Холодный осенний воздух касался лица, унимая жар. Комнату освещала одинокая лампа под бордовым абажуром с золотистой бахромой. Глядя на мягкий рассеянный свет, Дэймос пытался понять, почему всё ещё дышит.
— И всё же, пожалуйста, закрой окно, — твёрдо произнесла Кайт, устраиваясь на кровати, отчего та покачнулась, и Дэймос перевёл взгляд на девушку.
Маска осталась лежать где-то в стороне. Приглушённый свет смягчил черты, сделав волосы тёмными, словно карамель. Девушка хмурилась, смотря куда-то в сторону, но, заметив его пробуждение, тепло улыбнулась и спросила:
— Как вы себя чувствуете?
— Даже не надейся, — зло оскалился Зэван. — Как только он поймёт, что ты использовала на нём Талант, разъяриться, и никаких извинений не хватит…
— Я ничего в нём не меняла, только закрыла рану на шее, — вмиг посуровев, строго ответила она.
— Угу. Постарайся рассказать об этом до того, как он начнёт тебя душить.
— В больнице с ним делали то же самое и нашли всё то же, что и я.
— Не то же самое, — он сделал паузу. — Во всяком случае, они знают, когда нужно остановиться и куда лезть не стоит.
— Не знала, что среди нас есть ещё один врач, чья квалификация позволяет делать столь смелые выводы, — с ядом в голосе отозвалась девушка.
Дэймос открыл было рот, но звука не получилось. Тут же пришла жажда, а вместе с ней и болезненная слабость.
— Не шевелитесь, — Кайт поднесла стакан воды к его губам и осторожно наклонила.
Вода и чужой Талант волной прохлады пробежались по телу.
Подняв руку, Дэймос коснулся шеи. Чуть правее кадыка осталась неровность. Сосредоточив взгляд на девушке, он без труда отыскал красное пятно на её шее.
— Как вы себя чувствуете? — вновь спросила она. — Хотите ещё воды?
Дэймос кивнул и в этот раз постарался удержать стакан самостоятельно. В руках жила слабость, и пальцы, потеряв чувствительность, едва слушались.
— Наша любопытная лисичка покопалась в тебе, — тут же наябедничал Зэван.
— Поэтому от нелепых попыток флиртовать ты перешёл к грубости? — тихо спросил Дэймос. Голос прозвучал хрипло, горло болело.
— Я бы на твоём месте беспокоился о том, что наша не-врач в тебе изменила, — поднимаясь, ответил тот.
Щелчком отправив недокуренную сигарету за окно, он двинулся к кровати. Дэймос почувствовал, как Кайт напряглась, готовая в любой момент отскочить.
 
— Зэван, — прервал напряжённую тишину Дэймос. — Прогуляйся по залам, разведай обстановку. Нас едва не поймали, не станет ли это для нас проблемой?
— Нет, — ответил он, скрестив руки и вперив испепеляющий взгляд в девушку. — Это была ловушка. Всё это — один большой капкан.
— Всех, кого ловили в той комнате с сейфом, расстреливали за садом, — тихо произнесла Кайт.
— И никто не услышал выстрелов? — удивился Дэймос, неосознанно касаясь горла. — Не мы одни пришли сюда за дневником, там палить должны были без передышки.
В него стреляли и раньше. Во время войны порядочно изрешетили, и не будь в их отряде нескольких магистров-медиков, он бы тут не сидел. Оказалось, он отвык от танцев с Луной.
Холод пробежал по телу от запоздалого осознания. Не окажись здесь Кайт и не будь она в достаточной мере безрассудна, всё бы уже закончилось.
Закончилось. В некотором смысле это даже заманчиво.
— Потому фейерверки и грохочут не переставая, — отмахнулся Зэван, меряя шагами комнату. — Они знали, что многие захотят выслужиться и заполучить дневник, наплевав на правила.
«Знали. Знали», — эхом пронеслось в голове.
Дэймос повернулся к Кайт, что тихо сидела в стороне, устало привалившись к столу.
— Когда мы шли по балкону, вы слышали выстрелы.
Подняв взгляд, она словно не сразу сумела сфокусироваться. Дэймос вновь коснулся горла и небольшой вмятины, оставшейся на коже. Синяк на шее Кайт вышел куда больше и заметнее. Похоже, она истратила больше энергии, чем стоило, и теперь с трудом справлялась с откатом.
— Да, — бесцветно отозвалась она и, поморщившись, коснулась горла.
— А потому закрыли шторы.
Сонный взгляд сфокусировался на Дэймосе. Ответила она не сразу.
— Я ведь не единственная в этой комнате, кто по грохоту способен отличить пальбу из пистолетов от выстрела из винтовки. — Из-за усталости в голос прокралось раздражение.
— И что же ты услышала? — с ядом в голосе поинтересовался Зэван.
Она медленно вдохнула и шумно выдохнула. Чёрный волк делал так же, пытаясь унять гнев.
— Ровно то, о чём сказала. Я слышала выстрелы, потому поспешила отойти от окна.
— И всё же, Зэван, иди, — Дэймос сделал акцент на последнем слове, — присмотрись к тем, кто остался. Не вижу смысла торчать здесь, если уж с дневником ничего не вышло. Разузнай о Кайме, не хотелось бы, чтобы он вернулся закончить начатое.
Недовольно сощурившись, Зэван покинул комнату. Стало тихо.
— Что тут произошло, пока я спал? — медленно садясь, спросил Дэймос.
Кайт вздохнула.
— Я воспользовалась вашим бессознательным состоянием и провела небольшое исследование, — опустив взгляд, негромко проговорила она, ковыряя ногтем вышивку на платье.
— Вы первая, кто испытывает из-за этого муки совести.
Осторожно повернувшись, он свесил ноги с кровати. Только сейчас Дэймос сумел рассмотреть комнату и сжавшуюся в кресле девушку.
— Нашли что-нибудь интересное?
— Очень много, — виновато глянула она.
— Рассказывайте, — махнул он рукой и неловко завалился обратно на кровать.
— Осторожнее! — Кайт вмиг оказалась рядом, помогая подняться. Во всяком случае, пытаясь, куда её тонким ручкам поднимать кого-то вдвое тяжелее. — Во время операции я заставила все мышцы расслабиться, — видя, как перекосилось его лицо, поспешно добавила: — Почти все. Сердце билось, грудная клетка поднималась, лишних жидкостей не выходило.
Глупо конфузиться от перспективы обмочить штаны, когда в шее дыра, из которой хлещет кровь, но Дэймос почувствовал облегчение.
Придерживая его за плечи, девушка села рядом на кровать, с беспокойством вглядываясь в лицо.
— Голова не кружится?
— Нет.
— Чёрных мушек перед глазами нет?
— Нет. Только слабость и кисельные мышцы.
— Это пройдёт. — Бледные до синевы губы тронула слабая улыбка. — Вы потеряли много крови, некоторое количество залилось в лёгкие и залепило бронхи.