Медный Аспид (СИ)

В Бугенвиль он возвращался в расстроенных чувствах. Нужно как можно скорее вернуться в Кондому. Там под крылом Магистрата, как его неофициальный представитель, он под защитой.
Несмотря на поздний час, в окнах первого этажа мелькал слабый свет, словно кто-то ходил со свечой. С моря наступал туман. Где-то тоскливо взвыла собака.
Передняя дверь оказалась закрыта, и пришлось обойти дом. В саду сыро и уныло. Не убранные на зиму кусты тянули голые ветки к дорожке, хватая за штаны.
Кухня все эти дни, встречавшая его запахами еды и теплом печи, оказалась холодной и неприветливой. С писком под ногами проскочила крыса. У бочки громоздилась посуда, оставленная тут с завтрака.
— Кто здесь? — мисс Кайт выглянула на кухню, свет свечи сделал её похожей на привидение. — Ах, мистер Арус, это вы.
Что-то в её голосе заставило все мышцы в теле напрячься, словно в ожидании нападения.
— Что-то случилось? — спросил он.
— Боюсь, что так. Проходите.
В столовой у стены сидел Кент. Укутавшись в плед, он испуганно посматривал на людей, словно затравленный лесной зверёк на бойцовских собак. Когда Дэймос попытался приблизиться, он с криком бросился на пол.
— Что с ним? — отступая, спросил Дэймос. — Разве лоботомия так действует на людей? Я слышал, они становятся безвольными, но это что-то другое.
— Вы были знакомы? — осторожно приблизившись, девушка погладила рыдающего старика по спине.
— Да, много лет. Мы были друзьями. Даже представить не могу, отчего он меня так боится.
— Вы правы, лоботомия работает не так. Быть может, когда Ник придёт в себя, он сможет ответить точнее, что с ним сделали.
Девушка подняла печальные, полные жалости глаза, и Дэймос вдруг осознал, что она направлена не на старика, а на него.
Они вернулись в столовую, где завтракали. Ночные тени неохотно отступали перед светом свечи, делая и без того убогие комнаты жуткими. У стола на полу лежало что-то черное. Подойдя ближе, Дэймос неожиданно для себя замер.
Словно мало ему было плохих новостей на сегодня.
Силуэт накрыли пледом. Дэймос уже знал, кто под ним.
— Как это произошло? — безэмоционально спросил он.
— Паралич сердечных мышц. Она была больна, и сердце не выдержало агрессивного действия лекарств.
— Где Майра?
— Не знаю. Её комнаты пусты. Николетт тоже нигде нет, но она успела оставить записку.
«Не знаю, что нашло на маму. Надеюсь, вам удастся спастись. Мы в срочном порядке собираем вещи. Мама сказала, что нужно уехать. Она не хотела говорить куда, но я заявила, что останусь тут, если она не объяснится, зачем отравила вас и мессира Аруса. Она сказала, что мессир преступник, и, если власти узнают, что он здесь, у нас будут проблемы. Пока мы спрячемся.
Я молю бога, чтобы всё это оказалось страшным сном. Прошу, напишите мне. Адрес прилагается».
Глава 18
Что-то чинить, убирать в доме уже не хотелось, и Дэймос отослал служанок. Он подумывал сжечь виллу перед отъездом, но элемент хаоса в виде Кайт не позволил. Служанки вернулись. Дом убрали. Тело Поппи помыли и приготовили к похоронам.
— Думаю, пожилая леди заслуживает, чтобы её сопроводили к Луне со всеми почестями, — строго произнесла Кайт, словно они сидели в её доме, на её кухне и Поппи приходилась няней ей, а не Дэймосу. — Похороны завтра после обеда. Вы придёте?
— Постараюсь успеть.
В этот момент в комнату заглянула одна из служанок.
— Мессир, кэб подан.
Подхватывая трость, Дэймос поднялся.
— Мистер Арус?
Быть может, эта Кайт полезнее своей старшей сестры Миранды, и возможность соблазнить её весьма заманчива, но в отрыве от образа Леди в красном она ужасно раздражала.
Остановившись в дверях, он обернулся. Девица и не попыталась придать себе хоть сколько-нибудь скромный и кроткий вид. Смотрела прямо в глаза, подбородок держала высоко — с такими замашками ей следовало бы родиться мужчиной, вышло бы куда лучше, чем у Фиара.
— Что будет с Николетт?
Свою поездку Дэймос с ней не обсуждал и вовсе не считал нужным посвящать в подробности текущих дел, и всё же она догадалась.
 
— Это решит она сама, — ответил он, девушка по-птичьи наклонила голову набок. — Её приданного достаточно, чтобы самостоятельно распоряжаться своей жизнью.
— Кого которое проиграла мадам Дэшвуд?
— Да, того которое я отыграл назад. Не передивайте.
Ответ её явно не удовлетворил, но продолжать разговор Дэймос не желал, чувствуя растущее внутри раздражение.
Майра имела глупость спрятаться в одном из домов, принадлежащих Каймам. Интересно, чья это была идея: её или Корина?
К вечеру Дэймос добрался до посёлка. Без труда нашёл нужный дом. Майра не успела нанять прислугу, и он без особых усилий проник в квартиру. В первый момент, обнаружив пустую квартиру, подумал, что ошибся адресом, но найдя чемоданы и разбросанное по комнате бельё, успокоился.
Дамы вернулись с наступлением темноты. В дверях Майра крикнула кому-то, что все расходы следует записать на счёт месье Кайма, и заперла дверь. Николетт попыталась начать разговор, но была резко оборвана и отругана, громко топая, она поднялась на второй этаж.
Войдя в комнату, что она облюбовала в качестве кабинета, Майра продолжала ворчать на неблагодарную дочь, когда наконец заметила Дэймоса. Драматически прятаться в тенях или выскакивать из-за двери он не стал.
— Милая моя Майра, скажи, стоила ли эта интрижка твоей жизни?
Побледнев, она открыла рот, готовая закричать.
— Хочешь, чтобы я убил и Николлет?
Она всё же закричала. Так же легко, как он сделал шаг навстречу, нож, выхваченный из трости, вошёл под ребра женщины. Крик оборвался.
— Стоило убить тебя ещё двадцать лет назад, — шепнул он, обхватив её талию свободной рукой, не позволяя упасть. — Как говорят на Востоке: предавший однажды предаст дважды.
Она пыталась дышать, но пробитое лёгкое наполнялось кровью, что пошла горлом и окрасила губы женщины в алый цвет. Мягко опустив тело на пол, Дэймос отступил к окну.
Быстрые ножки пробежали по ступеням, торопясь к кабинету. Когда дверь распахнулась, посторонних в доме уже не было.
На похоронах Поппи он встретился с несколькими вдовами. Оставалось уладить кое-какие дела. Кента он оставлял на их попечение, предупредив, что в любой момент может явиться человек от него и проверить условия содержания старика. Если проверяющий заметит, что уход плох и с Кентом грубо обращаются, вдовам придётся вернуть сумму вдвое больше той, что он успеет им выплатить к этому моменту. Несколько женщин с воодушевлением отнеслись к этой затее. Всё что угодно, лишь бы выйти из-под пяты хозяйки вдовьего дома и его порядков.
Возвращаться в Бугенвиль не хотелось. Мисс Кайт, забрав вещи, сказала, что приедет в ближайшие дни, и скрылась в неизвестном направлении. Фиар, у которого наклёвывались интересные отношения с дочерью Каймов, уже был приглашён к ним на выходные.
Возвращался в Кондому Дэймос в одиночестве. Это и к лучшему. Терпеть самодовольство Фиара не было ни малейшего желания, а в Кайт ему нравилась лишь Леди в красном, что появлялась реже, чем хотелось. В тишине, убаюканный стуком колёс, он пролистывал дневник Чёрного волка.
Вторую часть на Востоке поищет Вилинарий. Единственная проблема, что может возникнуть, — это его дед, что захочет присвоить дневник себе. Но это повод съездить в Луринатти и попытаться восстановить союз, что распался со смертью Александра. Где искать третью часть?
На этот вопрос мог ответить Зэван. Чёрный волк много лет использовал его в качестве двойного агента, отчего бы Дэймосу не перехватить эту эстафету? Если дневник всплывёт в руках Серых, Зэван об этом узнает. Есть только одно НО. В отличие от Александра, перед Дэймосом у Заклеймённого нет обязательств, а значит, придётся постараться, чтобы заручиться его расположением. Что может заинтересовать раба, так трясущегося над остатками своей свободной воли? Ответ очевиден, но такой платы даже Александр заплатить не мог.